Агнесса Сорель - повелительница красоты - Принцесса Кентская

Все придворные, проводящие лето в Шалоне, пребывают в атмосфере расслабленности. Прохладными вечерами они гуляют по окрестным лугам, играют в жмурки и прятки, радуются, как дети. Иногда к ним присоединяется и сам король. Они ложатся на траву и смотрят на звезды и луну, загадывая глупые желания, которые никогда не сбудутся. Они делятся ими друг с другом – тем самым лишая себя даже призрачной надежды на их осуществление.

Однажды вечером, после ужина, когда придворные предаются вечерним развлечениям, Карл Мэнский, такой же гений веселья, как и его брат Лорд Рене, устраивает заговор. Вместе с графом Сен-Полем, королем и еще несколькими другими он разрабатывает секретный план. Рене, которого назначают глашатаем, объявляет:

– Мы решили, что нам нужно провести турнир!

Следуют восторженные вздохи и аплодисменты.

– Но не такой, как все остальные турниры, нет. Это должен быть самый величайший турнир в мире, самый грандиозный… такой, какой превзойдет даже легендарные турниры Бургундии!

– Ах! Вот это да! – слышатся возгласы среди собравшихся.

Король восклицает: «Ура!» – с таким же воодушевлением, как и молодые придворные, окружающие его. Дело решено – осталось только пойти в покои королевы и получить ее одобрение.

– Мадам, – говорит лорд Рене, входя в ее спальню и низко кланяясь, – нам в голову пришла идея провести турнир столь грандиозный, что Бургундия позеленеет от зависти! Надеемся, вы дадите нам свое благословение?

Королева улыбается и соглашается – а что еще ей остается делать?! – как и другие дамы из ее свиты. С Рене Анжуйским во главе это будет действительно грандиозный турнир – самый великолепный турнир всех времен и народов!

Король Сицилии знает о турнирах все – он изучал этот предмет всю свою жизнь: он знает, как они проходили в прошлом и как они должны проходить теперь. Подготовка к мероприятию занимает две недели – все детали должны быть тщательно спланированы. У каждого участника есть свита, и надо следить, чтобы была учтена каждая мелочь: их одежда, сбруя для лошадей, их снаряжение – все должно соответствовать. Кроме того, существуют определенные звуки, которые должны издавать герольды на каждом этапе состязания, нужен надзор за размерами ристалищ; цвета палаток и флагов участников должны соответствовать друг другу и служить опознавательными знаками для участников турнира… и так далее.

Приглашения разосланы, и все с нетерпением ждут ответа.

В первый день турнира воздух неподвижен, нет ни ветерка, и флаги безвольно висят на своих древках. Красиво украшенные трибуны задрапированы тканью, земля устлана коврами. В это время года цветы повсюду, и гирлянды из лилий, белых роз, сладких фиалок, переплетенных с лавандой, душистой акацией и ноготками, увивают стены павильонов. Бесчисленные вазы с пионами, ирисами и снова лилиями, с манжетками луговыми и желтофиолем расставлены везде, где только возможно. Все одеваются в самые лучшие платья самых разных цветов. Демуазель надевают шелка и атлас всех оттенков, венки из гвоздик, ромашек или маков украшают их головки, словно маленькие короны. Они ахают от восхищения храбростью сражающихся рыцарей, они аплодируют, они смеются и выкрикивают имена своих фаворитов. Земля дрожит от топота лошадиных копыт, древки копий трещат, когда рыцари с силой скрещивают их, и толпа дружно охает, когда признанный фаворит падает на землю, поверженный соперником.

Семь дней они в священном ужасе наблюдают, как самый знаменитый рыцарь Франции, Жак де Лален, подданный Бургундии, одерживает одну победу за другой в своей утонченной, куртуазной манере. Высокому, светловолосому красавцу Лалену всего двадцать два года, и он представляет собой образец рыцарства – именно такого рыцаря описывал в двенадцатом веке Кретьен де Труа в своих романах о поисках Святого Грааля. Мало того что Лален – самый красивый рыцарь всего христианского мира, чей мимолетный взгляд заставляет дам таять и краснеть от удовольствия – даже его лошади являют собой образец совершенства. Каждый день они предстают перед публикой в разных попонах, в золотых и серебряных одеяниях или в бархате всех цветов радуги, расшитом или простеганном золотыми нитями. Оружие Лалена, инкрустированное золотом и серебром, столь изящно и прекрасно, словно используется только для парадов, а не для сражений. Его узорчатый шлем украшают длинные страусовые перья, белые и красные, и легко трепещут на ветру. Это рыцарь, на которого хочется смотреть и которым хочется восхищаться.

Но есть и другие рыцари, которые пусть и повержены нашим героем, но тоже вполне достойны уважения: графы Фуа и Клермон, храбрый Буэль, граф Сен-Поль, несколько раз получивший приз симпатий от дам. Затем идут фавориты Агнессы – среди них Пьер де Бризе и Карл Мэнский – которые тоже достойно принимают вызов.

После поединков вечером – балы и пиршества, песни трубадуров, представления мимов, жонглеров, акробатов, которые исполняют трюки на трапеции или строят друг из друга живые башни. Король увлечен, и даже большие расходы его не страшат. Страна оживает и расцветает под руководством этого невероятно изменившегося монарха! За несколько прошедших месяцев Франция выиграла несколько сражений, и король выглядит сильным и уверенным. Агнесса с удовольствием признается сама себе, что и она причастна некоторым образом к тому, что у него такое чудесное настроение, к его победам, к его радостному волнению. Они оба уже знают, что она снова ждет ребенка, и их счастье видно невооруженным глазом. Агнесса не испытывает никаких проблем со второй беременностью, ее не мучает токсикоз или недомогание. Мари де Бельвиль всегда рядом с ней, а также вызвана кузина Антуанетта, чтобы помогать ей и удовлетворять любые ее желания и прихоти.

В последний день турнира, когда публика уже думает, что все закончилось, герольды возвещают вдруг о начале еще одного поединка – необъявленного ранее. И на арену в сопровождении свиты, выходят два рыцаря с опущенными забралами. Загадочные рыцари начинают сближаться, перья на их шлемах трепещут. Они скрещивают копья четыре раза, дважды ломая их, прикрываются щитами, сражаются в полную силу – но оба остаются в седле. Оба изящны, оба двигаются очень умело и выглядят весьма достойно. Зрители на трибунах переговариваются, предполагая, что оба всадника – известные на всю Францию рыцари. Каждый раз, когда они встречаются на середине арены, толпа ревет от восторга, и наконец оба рыцаря подъезжают к трибуне, где сидит Агнесса с королевой и другим фрейлинами.