Мадам Одиночка, или Укротительница мужчин - Юлия Шилова

Ленка не выполнила свое обещание. Она не проснулась… Онабольше никогда не проснулась… Наверно, это легкая смерть – умереть во сне…Когда я открыла глаза, то ощутила, что сжимаю довольно холодную, безжизненнуюруку, на которой как-то заострились и пожелтели пальцы…

Лена лежала с повернутой набок головой, а из ее приоткрытогорта тонкой струйкой стекала темно-бордовая кровь. Ее глаза были закрыты,казалось, она спит и должна вот-вот проснуться. На лице никакой мимики: нистраха, ни печали, ни разочарования, ни боли. Она просто спала и умерла во сне.

Посмотрев на стекающую из ее приоткрытого рта струйку крови,я нервно замотала головой и закричала что было сил:

– Лен, ты живая?! Ну скажи, что ты живая!!! Ты же мнеклялась… Ты столько раз мне клялась…

Но Ленка была мертвой, и с этой страшной действительностьюмне надо было смириться. Достав из сумки бутылку воды, я сделала несколькожадных глотков и, полив себе на ладони, умыла лицо. Затем взяла Ленку за рукуи, до конца не веря в происходящее, постаралась нащупать пульс. Но пульса небыло. Его и не могло быть.

– Ленка, Ленка, ну что ты наделала?! Ты же мне обещала!Ты мне клялась! Ты же сама говорила мне, что сейчас все будет совсемпо-другому. Нам бы только до родины добраться… Только бы оказаться дома… Ты жеговорила мне, что теперь мы станем другими, что больше мы никогда не повторимпрошлых ошибок. Эх, Ленка, Ленка…

Смахнув с себя комья земли, я взяла Ленку за руку ивсхлипнула.

– Ленка, говорят, что покойники еще некоторое время всеслышат. Значит, и ты меня слышишь. Я клянусь тебе, Ленка, что обязательно затебя отомщу. Обязательно. И за тебя, и за Нику, и за многих других девчонок,которых так подло обманули… Я найду этого Владимира и задушу его собственнымируками. Если такими, как он, не хотят заниматься наши правоохранительныеорганы, то я сама вынесу ему приговор. Мне бы только до дома добраться. Лен,если ты меня слышишь, то дай мне знак. Умоляю тебя, дай мне знак.

Ленка лежала так же неподвижно, как и раньше, и не подаваланикаких знаков.

– Значит, это все ерунда, что после смерти покойникислышат?! Получается, что вранье все это. Ленка, если ты меня слышишь, то дайзнак. Умоляю тебя, дай мне какой-нибудь знак.

Неожиданно струйка крови, стекающая на землю изполуоткрытого Ленкиного рта, стала значительно толще и забила небольшимфонтаном. Я слегка отшатнулась в сторону и заулыбалась.

– Ленка, миленькая. Значит, ты меня слышишь.

Значит, правду говорят, что, когда человек умирает, онслышит. Теперь ты можешь быть спокойна, ты же знаешь, что я отомщу. Я отомщу нетолько Владимиру. Я отомщу всем мужчинам на свете за то, что они так обходятсяс нами. Я хорошо запомнила, о чем ты мне говорила перед тем, как уснутьнавсегда. Я больше никогда не доверю мужчине свою жизнь и уж тем более не пойдуу него на поводу. Никогда. Я буду хищницей, эдакой укротительницей мужчин. Вотувидишь, Ленка, у меня обязательно получится. Вот увидишь. Хотя, как ты можешьувидеть?

Но ничего. Если встретимся на том свете, я обязательно теберасскажу. Посидим, поболтаем, вспомним, как мы с тобой мыкались. Я расскажутебе, сколько мужских сердец я разбила. Я буду разбивать их на этом свете, а тына том. Ты только представь, какая у нас с тобой будет встреча. Обнимемся,выпьем турецкой водки, проговорим всю ночь напролет. Знаешь, Ленка, это ятолько теперь поняла, какая я дура. Господи, какая же я дура.

Я, как идиотка, верила в вечную любовь, и только теперь японяла то, что вечной любви не бывает. В этом мире вообще не бывает ничеговечного. Умирают люди, умирают отношения и точно так же умирает любовь. Онаведь тоже смертная. Да еще какая! Не бывает любви, которая длится всю жизнь.Ой, не бывает. Я помню, о какой дистанции ты говорила. Я все помню. Я будудержать эту дистанцию.