Не встречайся с Розой Сантос - Нина Морено

– Вы не могли бы помочь мне с университетом? Может, вы умеете видеть будущее? Да, наверное, это так не работает. Но было бы здорово, если бы вы попросили помощи у других предков и сообщили бы мне, что вы все думаете. Кое-какая ясность мне бы не помешала.

Я развернула клубничный леденец, сунула в рот и перетасовала карты Таро. Разделила колоду пополам и выложила три карты друг за другом. Снова посмотрела на фотографии и собиралась перевернуть первую карту…

– Роза!

Дверь комнаты задрожала от громового крика Мими. Я отдернула руку.

– Что? – крикнула я в ответ.

– No me grites! – закричала она. Я закатила глаза, но шаркающий звук ее шагов приблизился, и я встала; подбежала к двери и совсем слегка приоткрыла ее, лишь для того, чтобы выглянуть наружу. Она встала передо мной.

– Что такое? – Я оперлась на косяк.

– Я думала, ты на работе.

Она завила волосы и была сегодня в небесно-голубом домашнем платье. В руках она держала вешалку с моей поглаженной желтой юбкой. От Мими пахло ее любимой пудрой и травяным кремом собственного изготовления, которым она мазала больные суставы.

– До нее еще час. А утром я занималась свадьбой.

Мими попыталась заглянуть мне за спину, но мы обе были одинакового невысокого роста, так что я с легкостью заслонила ей обзор. Она подала мне юбку, я схватила ее и прижала к груди.

Мы молча смотрели друг на друга несколько секунд, стоя по разные стороны двери.

– Что сегодня будешь делать? – торопливо спросила я. Кажется, юбку после моей хватки придется гладить заново.

– Я буду в саду, – сказала она, а затем показала мне за спину: – Убери.

Я оглянулась через плечо. Торопясь добежать до двери раньше Мими, я рассыпала карты и опрокинула бутылку Florida Water, и запах распространился по всей комнате.

– О нет! – Я виновато посмотрела на Мими, но ее уже не было. Я взглянула на фотографии. – Мне очень жаль.

Через пятнадцать минут я стояла на пороге оранжереи в своей желтой юбке.

– Мими! – уже в третий раз позвала я. Сегодня здесь особенно сильно пахло мокрой землей и цветами.

– Aquí! – отозвалась она откуда-то со стороны горшков с полынью и тысячелистником. Я подошла к горшку полыни. Ее пряный запах, похожий на шалфей, бил в нос, но Мими нигде не было видно.

– Я тут! – прокричала она, находясь при этом где угодно, только не тут. Я повернулась на пятках и пошла на голос. Когда я была маленькой, то научилась находить ее по звуку браслетов. Но на другой стороне оранжереи я обнаружила только лаймы, сыть и бананы, но никаких следов abuela.

– Мими, ну серьезно! – крикнула я, и она вдруг вынырнула из кустов по левую руку от меня. – О господи!

Она ухмыльнулась и обрызгала меня из пульверизатора водой, которой обрабатывала перец.

– Qué pasó?

– Ничего не случилось.

Ну, на самом деле много чего случилось в последнее время, но я не знала, как ей об этом рассказать, и это страшно меня мучило. Мне хотелось поговорить с ней об университете, но после их с мамой ссоры было слишком страшно снова заходить в эту воду. Еще мне хотелось рассказать ей про свидание, но сначала надо было вообще сообщить об Алексе.

– Просто хотела поболтать с тобой перед работой. Что у тебя в шатре, Мими? В бодеге все думают, что я знаю.

– Ну так скажи им, что ты не знаешь. Тем более, так и есть.

– Почему ты не хочешь мне говорить?

– Лучше ты сама увидишь. – Она подобралась и поставила бутылку с водой. – Я хочу все тебе рассказать, mi niña, и я расскажу. Вот увидишь.

– Что увижу? – отчаянно спросила я.

– Все. – Она обняла ладонями, пахнувшими мятой, мое лицо и поцеловала в лоб. – Я бы так хотела показать тебе свой дом – наш дом. И я попробую.

– Я могу поехать на Кубу прямо сейчас, – прошептала я и взяла ее за руки. Такого я ей раньше не говорила.

Ее глаза погрустнели.

– А я нет. – Она отбросила назад мои волосы и посмотрела так, как будто мне снова семь лет и я со слезами умоляю маму не уезжать из Порт-Корала. Чего ей стоило встать между мной и моей матерью? Мими и есть мой дом, моя бухта. Мой остров. Я хочу, чтобы она поняла, как сильно я ее люблю. Может быть, если у меня получится вернуть нас к нашим истокам, мы сможем вырастить что-то новое поверх того, что уже успели натворить.

Она еще раз поцеловала меня и растворилась в своих растениях. Ветряные колокольчики вызванивали негромкую мелодию. Если бы у меня только были слова – на любом из двух языков, – которые могли бы сделать все это проще!

Я попыталась вспомнить, как мама говорила мне, что я найду свою волшебную раковину. «Она унесет тебя, куда ты захочешь», – шептала она в лунном свете, наклонившись к моему лбу, и скрепляла обещание поцелуем, а потом я засыпала. И я до сих пор, как ни странно, в это верила. Как и в то, что однажды смогу попасть на Кубу.

Верила в свою семью.