Королева Алиенора, неверная жена - Маривонн Микель

— Они остались теми же самыми, — отвечает он. — У меня есть обязательства по отношению к императору.

Ренальд де Дассель думает про себя, что надо было бы предложить Генриху другой проект, более тонкий: официальное предложение брака его дочери Матильды. Эту помолвку следовало бы обсудить с большой осторожностью.

— Я хотел бы особо рекомендовать вам кузена нашего императора, Генриха Льва, герцога Баварии и Саксонии, молодого человека, дорогого сердцу нашего императора, который проявил себя с лучшей стороны и чьи заслуги достойны похвалы. Он является наследником Вельфов, баварского княжеского рода, сыном Генриха Гордого и Гертруды, дочери императора Лотаря III Сюплимбургского, который до своего избрания[103]был герцогом Саксонии. Наш император смеет надеяться, что из него выйдет вполне подходящий муж для вашей дочери Матильды.

— Моя дочь, — отвечает король, — получит приданое, достойное дочери короля Англии.

— Чтобы благословить этот союз, нам нужна послушная и преданная Церковь, — уточняет Генальд.

Некоторое время Генрих молчит, зная, что визит Генальда плохо принят нормандским духовенством, до сих пор верным его матери и Плантагенетам, но находящимся на стороне Александра. Чтобы не вводить в замешательство своего собеседника, он добавляет:

— Благословлять этот союз будете вы, мой дорогой Ренальд.

Генрих сомневается, что нормандское духовенство поддержит его политику. Вот уже Конрад Виттельбах, Майнцский архиепископ, человек образцовой честности, вызывающий у Барбароссы неподдельное восхищение, высказался в пользу Александра III. Архиепископы Трира и Магдебурга последовали его примеру. Епископы Ульрих де Халберштадт и Конрад Австрийский, близкие Барбароссе люди, смотрят на церковный раскол недоброжелательно и не понимают, почему эта тема превратилась у императора в навязчивую идею.

Ренальд де Дассель воздерживается от разговоров о расколе. Он скромно просит, чтобы ему представили юную Матильду, и справляется о здоровье ее матери. Генрих использует несколько минут разговора с глазу на глаз, чтобы недобро высказаться по адресу своего старого соперника, Людовика VII.

Ренальд разделяет его мнение: он не испытывает никаких чувств, кроме презрения, к королю Франции, которого заставил напрасно ожидать себя, когда они договорились о встрече, конечно, только для того, чтобы вывести Людовика из себя. Людовик попался в ловушку и мог поздравить себя с тем, что так и не состоялась встреча на границе княжества бургундского, владения императрицы Беатрисы.

— Я должен был встретиться с Людовиком в Жизоре, и там должны были оказаться Томас Беккет и Папа Александр, но я от этого уклонился, — уточняет Генрих.

Ренальд облегченно вздыхает. Он почти уверен, что Генрих в настоящий момент не принял на себя двойных обязательств: одно по отношению к Людовику и к Александру III, а другое — по отношению к Барбароссе. Следуя за Генрихом, который поднимался по лестнице замка, он оказывается в комнате детей, а потом в покоях Алиеноры.

— Что происходит? — спрашивает Генрих у слуг. — Что оправдывает отсутствие супруги на приеме моих друзей?

Так он назвал посланников Фридриха Барбароссы.

— Сеньор, — отвечает один из слуг, — ваши дети дают представление пасторали, и королева восхищается ими.

Ренальду не терпится увидеть маленькую принцессу Матильду, чье будущее имеет шансы развернуться при императорском дворе. Красива ли она, здорова, каково ее телосложение — ведь она должна обеспечить королевское потомство и быть способной стать императрицей? Такие вопросы задал Фридрих Барбаросса о принцессе, которая должна достаться Генриху Льву. Подойдя к двери комнаты, Генрих Плантагенет стучит очень громко. Он обнаруживает неописуемый беспорядок, который приводит Генальда в изумление. Сундуки с игрушками открыты. Дети примеряют костюмы. Посреди всего этого царит Алиенора, а поэтесса Мария Французская руководит действием на сцене. Матильда, будущая невеста, декламирует отрывки из «Поросли жимолости» Марии Французской, те, которые больше всего нравятся королеве.

«Какой красавицей она станет, когда вырастет, — говорит себе Ренальд де Дассель. — Ведь ей всего девять лет».

Он даже забыл о матери принцессы, которая внимательно слушала дочь, ее глаза блестят от гордости, и она не обращает на него никакого внимания. Похоже, он искренне взволнован сценой, но Алиенора замирает под сердитым взглядом Генриха. Король посчитал уместным выразить свое неодобрение, и она прореагировала, скорее из вежливости, чем из благожелательного отношения.

— При дворе Барбароссы, — заявляет Ренальд, — перед таким талантом все придут в восторг. Юная девушка из Франции, или скорее из Аквитании и Нормандии, вы осветите своей улыбкой мрачные замки нашей великой Германии.

Но Матильда, предчувствуя еще неизвестное, но для себя нежелательное событие, выпрямляется и своим взглядом, словно стрелой, пронзает то отца, то Ренальда, которым от этого становится неуютно.

— Матушка, — кричит она, прижавшись к Алиеноре, — это посланник, который должен меня увезти? Я не хочу, нет-нет, я не хочу ехать к Барбароссе…

Она начинает дрожать, совсем как ее отец, когда того охватывает гнев. Алиеноре удается успокоить дочь, и в этот момент маленький Ричард слышит крики своей сестры. Вооружившись деревянной саблей, он бросается на Ренальда:

— Оставьте же в покое мою сестру, она не хочет уезжать с вами, а если вы будете настаивать, я проколю вас своей шпагой.

Генрих воспринимает происходящее очень плохо. Он обращается к Алиеноре:

— Уведите этого ребенка. Поторопитесь, мадам. Он заслуживает розог.

Алиенора не двигается с места, чувствуя себя не в своей тарелке перед этим рыцарем от Барбароссы. Пока она по очереди рассматривает Ренальда и своего супруга, в голове проносятся кровавые сцены: осада Милана, которую ей точно описали. Барбаросса велел выгнать всех миланцев и проявил немыслимую жестокость, приказав: «Дома, церкви, собор и его колокольня, стены — все должно быть разрушено, все до последнего камня, чтобы ничто не сохранилось».

Алиенора не может привыкнуть к насилию: когда, вернувшись с острова Уайт, она узнала о том, что в Лондоне и Вестминстере во время рождественских праздников малолетние дети, женщины, старики были выброшены в снег и холод на улицы, то упрекнула Генриха в отсутствии чувства меры в наказаниях.

Королева уважает человеческое достоинство, и это мешает ей с улыбкой встретить железного канцлера Барбароссы и своего супруга, который так с ним спелся. Генрих и Ренальд удаляются. Помолвка маленькой Матильды с блестящим Генрихом Львом обошлась без согласия Алиеноры. Генрих Плантагенет и Ренальд де Дассель договариваются, что столь важное решение должно быть принято только между ними. Фридрих Барбаросса будет удовлетворен.