Счастье для начинающих - Кэтрин Сэнтер

Надо снять с него рюкзак, решила я. Расстегнула плечевые лямки, но когда просунула руки ему под бедра, чтобы расстегнуть нижний ремень, Хью очнулся с криком:

– Нет, Нет! Не надо!

Я все равно это сделала.

Его рюкзак упал наземь.

– О’кей. – Переводя дух, я отступила назад. – Встать можешь?

С секунду он обеими руками пытался оттолкнуться от ствола, потом по его телу прошла судорога боли.

– Нет.

Вот в чем заключалась проблема. Пусть он и казался самым хрупким из парней, но все равно был намного крупнее меня. Я повернулась к Сестрам.

– Снимайте рюкзаки, – велела я. – Надо его переложить.

– Нет! – закричал Хью.

Он висел вниз головой.

– Тебе нельзя так оставаться, – сказала я.

– Не трогайте меня! – взмолился Хью.

– Разве раненых можно перемещать? – нахмурившись, спросила одна из Сестер, но рюкзак сняла.

– Не знаю, – ответила я. – Но я знаю, что нельзя его оставлять вниз головой.

Девочки кивнули. Они поняли, о чем я.

– Вы двое берете за плечи, – велела я. – Я – за нижнюю половину. Просто перевернем его как оладушек и посадим вот туда. – Я указала на свободный от стволов участок тропы.

Каждая девочка взяла за плечо, а я обеими руками обхватила Хью за бедра – все это время Хью орал.

– На счет три! – крикнула я. – Раз! Два! Три!

Он орал так громко, что я думала, у меня лопнут барабанные перепонки. И, господи, какой же он был тяжелый! Но нам помог адреналин, и мы умудрились более-менее скоординированно перевернуть его и как можно мягче уложить на ровном месте.

На полпути Хью перестал орать, поскольку опять потерял сознание.

– Чертовски больно, наверное, – сказала Доси.

Тогда я провела ладонью по его бедру и ляжке. Я даже не знала, что нащупываю. Торчащие кости? Огромные гематомы? Я не только понятия не имела, что ищу, я понятия не имела, что буду делать, когда это найду. Но я ничего не нашла. Просто самая обычная нога. Может, все не так плохо?

И вот тут одна из Сестер, которые отступили на шаг, спросила:

– У него правда одна нога длиннее другой или так только кажется?

Я встала посмотреть. Да. Так и есть.

– Это плохо, – сказала другая Сестра.

Но Хью приходил в себя.

– А ну, тихо! – велела я Сестрам и повернулась к Хью: – Ты меня слышишь?

– Черт, черт, черт… – откликнулся Хью.

– Надо полагать, ты в сознании.

– Что-то сломано, – сказал он. – Я слышал треск.

– Ты вообще ногой шевельнуть можешь? – спросила я.

Он покачал головой.

– Даже не попробуешь?

– Я пытаюсь, – сказал он, и мы уставились на ногу. Абсолютно ничего.

– О’кей, – сказала я. – Значит, возможно, нога сломана. Или бедро. Или тазовая кость. – Тут я наклонилась и надавила ему на грудную клетку. Он снова завопил. – Или, возможно, ребра.

Хью, задыхаясь, закрыл глаза.

– С чего ты вообще стал наступать на деревья? – сказала я, роясь в рюкзаке в поисках тайленола, самого сильнодействующего болеутоляющего, какое у нас было. – Разве не помнишь, как Беккет меня в первый же день унижал?

– Он вечно из-за чего-нибудь бухтит, – сказал Хью.

– Ну, теперь мы знаем почему.

Я заставила его принять тайленол, хотя он едва им не подавился.

Выглядел Хью скверно. Кровь отлила от его лица. И хотя на ощупь он был холодным, лицо покрывали капельки пота.

– У него начинается шок, – сказала я.

– А кто бы не был шокирован? – сказала Доси.

– Кто пойдет за помощью? – спросила я, пропустив мимо ушей глупую реплику.

– Ты, – ответили Сестры хором.

Я не стала спорить. Пусть даже я была тут самой компетентной, это все равно немного. Достав карту, я задумалась, стоит ли брать с собой весь большой рюкзак или только маленький. Я решила, что, хотя с меньшим грузом пойду быстрее, но в случае, если потеряюсь, поранюсь или на меня нападет медведь (что казалось не столь уж невероятным), чем больше у меня будет при себе, тем лучше. Я взвалила на себя рюкзак и как раз застегивала его на бедрах, когда девочки меня остановили.

– Что нам делать? – спросили они.

Я покачала головой.

– Не знаю. – Но они были почти так же бледны, как сам Хью, и я поняла, что надо хоть что-то сказать: – Давайте ему почаще пить. Накройте чем-нибудь. Держите за руку.

Я протянула им малую аптечку с остатками тайленола.

– Записывайте все, что заметите. Разговаривайте с ним. Подбадривайте. Свадьбу планируйте.

Я уже собралась уходить, но Доси последовала за мной и схватила за руку.

– Что, если он умрет? – шепнула она.

Я потрясла головой с уверенностью, которой не чувствовала.

– Он не умрет.

Она все еще не отпускала мою руку.

Я сжала ее пальцы.

– Держитесь, – сказала я. – Я приведу помощь.

Она стояла на тропе и смотрела мне вслед, но довольно скоро я начала замечать, что тропа, по которой я иду, нисколько не походит на то, что я нарисовала у себя в голове, когда в прошлый раз изучала карту. Конечно, это было задолго до того, как мы начали анализировать, насколько сильно Джейк влюблен в Уинди. Надо полагать, обсуждение отвлекло меня гораздо больше, чем я думала, потому что вдруг до меня дошло, что мы спускались в пологий овраг, тогда как должны были идти по ровному участку. Остановившись, я сверилась с картой. И совсем как на уроке Беккета, увидела в трехмерной проекции, как должна выглядеть тропа, по которой мне полагается идти. А еще поняла, что место, на котором стою, совершенно на нее не похоже.

Я вдруг поняла, что мы шли неправильным путем, причем уже какое-то время – что в этом походе случалось нередко. Маркеры маршрутов, которые встречались в последние дни гораздо реже, были гораздо незаметнее, чем, наверное, следовало бы. В конце концов, где еще указатели столь важны, как в недрах глухого леса?

Жалобу подам в службу лесопарков, когда домой вернемся! Если выживем.

Развернувшись, я проделала весь путь назад, миновав Сестер и Хью.

– Мы неверной тропой пошли, – весело крикнула им я, прибегнув к тону Мэри Поппинс.

Девочки выглядели пораженными.

– Скоро вернусь! – крикнула я, не сбавляя шагу. – Возможно, завтра! – добавила я, когда была уже настолько далеко, что ни у кого не хватило бы энергии меня догонять.

Двадцать минут спустя я миновала развилку и двинулась по нужной тропе.