Счастье для начинающих - Кэтрин Сэнтер

Проснулась я вся отекшая и с опухшими глазами. Бедра болели. Голени болели. Спина и плечи болели. Колено пульсировало болью. На бедрах, там, куда давили ремни и пряжки рюкзака, грозили проступить синяки. А волдыри, которые я игнорировала весь вчерашний день? Меня словно бы полили кислотой.

Набросив флисовую куртку, я в сандалиях дохромала до лагеря Джейка. Я объявилась в тот момент, когда его группа готовила завтрак, и он как раз процеживал через сито кофе на всех.

Когда я подошла, он поднял глаза, и я испытала сумасшедший толчок в грудь от того, что мы встретились взглядом. Не знаю, почувствовал ли он что-то, но быстро опустил глаза и не поднимал их, пока не закончил процеживать кофе. Он не торопился, и я невольно заметила, что на щеках и шее у него начинает проступать щетина. Никаких бритв. По словам Беккета, под конец похода у всех парней будут бороды. Я всегда любила небольшую щетину у мужчин. Щетину субботнего утра. С ней мужчины смотрятся мужественнее. Джейк с щетиной выглядел старше и более зрелым – больше походил на того, кем я могла бы увлечься.

Я потерла виски, чтобы с помощью массажа прогнать эту мысль из головы.

И тут он повернулся ко мне:

– Болит голова от высоты?

Я поняла глаза.

– А ведь и правда, – сказала я, сообразив, что действительно немного болит. – Есть такое.

Он кивнул и сделал шаг ко мне – весь из себя решительный санитар:

– Сегодня побольше пей. Если станет хуже, можешь получить «Тайленол».

– О’кей.

Он начал отворачиваться, словно мы уже закончили.

– Э… И еще? Ты не мог бы помочь мне с повязкой.

Поскольку его «палаточная группа» наблюдала за происходящим, он виновато прищурился.

– Прости, забыл, как тебя зовут.

Я глянула на него мрачно:

– Хелен.

– Эллен?

Я раздула ноздри.

– Хелен. Через «Х».

– А, да. Извини. Ну так давай поищем аптечку, Хелен через «Х». Кстати, я Джейк. Кофе хочешь? – Он протянул котелок, точно я могу хлебнуть прямо оттуда.

– Нет, спасибо.

Мне хотелось тоже исказить его имя, но ведь нет такого имени, которое звучало бы похоже на «Джейк»?

Сунув руки в карманы, я предпочла официальный тон.

– Спасибо тебе за помощь, Джейк.

Он повел меня к поваленному стволу, чтобы я могла сесть.

Эту особенность дикой природы я уже заметила: повсюду упавшие деревья. Разумеется, это часть жизненного цикла дерева, ведь оно вырастает, живет, умирает и падает, но в городе такого не увидишь. Мертвые деревья спиливают и вывозят как раз для того, чтобы они не падали. Здесь еще стоящие мертвые деревья назвали «мастерами вдов». «Не ставьте лагерь рядом с «мастером вдов», – сказал накануне вечером Беккет. – Один хороший порыв ветра, и ствол рухнет».

Он не преувеличивал. Свидетельства этого валялись повсюду – особенно много поваленных стволов лежало поперек тропы. Поначалу я получала большое удовольствие, наступая на них – готовая приложить лишний труд, чтобы подняться, лишь бы насладиться буквально одной секундой облегчения, что спускаюсь. В тот первый день наступать на стволы было самой приятной частью похода, пока Беккет не завел об этом речь на привале.

– Вы, ребята не видели, что делала Эллен, – начал он, указав на меня пальцем, чтобы удостовериться, что все знают, о ком он говорит, – потому что она плетется в хвосте. Но она наступала на стволы, лежащие поперек тропы.

– Мое имя Хелен, – поправила его я. – Через «Х».

Но он гнул свое.

– Кто хочет ей сказать, почему так нельзя делать?

Ответ выкрикнул Джейк.

– Некоторые из них гнилые. – Он поймал мой взгляд. – Они не выдержат твой вес. И нога у тебя провалится.

– Правильно, – сказал Беккет. – А это чревато переломом ноги и немедленной аварийной эвакуацией.

– Извините, – сказала я, пожав плечами.