Аромат колдовской свечи - Наталья Калинина

Ника отложила этот лист и взяла другой.

«…Однажды он пришел в деревню ближе к ночи, когда легкая темень сглаживала очертания, превращала острые углы в округлости, растушевывала четкие линии. Он знал, что уже не встретит свою Плясунью – слишком поздно. Но прийти в деревню, в которой жила девушка, вынудила его тоска, которая в эту ночь казалась по-волчьему острой.

Он побродил по опустевшим деревенским улицам, вспоминая те короткие мгновения счастья, которые пережил, украдкой наблюдая за Плясуньей. Постоял возле ее избы, глядя на черные окна и мечтая, что вдруг в одном из них зажжется свет и мелькнет знакомый силуэт. Он стоял так очень долго, рискуя попасть на глаза какому-нибудь праздно шатающемуся по ночным улицам жителю деревни, и, лишь окончательно смирившись с мыслью, что сегодня ему не увидеть девушки, развернулся и побрел прочь.

Он шел в тяжелой и липкой тишине по безлюдной улице, освещенной желтой, круглой и ноздреватой, как блин, луной. Деревня, казалось, вымерла. Дома уснули, сгорбившись под треугольными крышами-одеялами и чернея слепыми окнами-глазницами. Ни души. И было в этом безлюдном безмолвии что-то одновременно и умиротворяющее, и пугающее…»

Ника перевернула лист, надеясь найти окончание истории, но обратная сторона была чиста. Повествование обрывалось. Неужели Эдичка не вложил в конверт окончание этой главы?

– Оль! – позвала она подругу и, когда та появилась, спросила: – Ты не открывала этот конверт?

– Нет, он уже был открыт, – настороженно ответила Ольга. – А что случилось?

– Ничего. Просто такое ощущение, будто не хватает окончания главы. Возможно, его не было с самого начала, но, может быть, он выпал из пакета. Ты случайно не находила в квартире еще одного листочка?

– Нет, – покачала головой подруга и на всякий случай добавила: – И по дороге, я уверена, из конверта ничего не выпало. Я несла его очень аккуратно.

– Да в твоей аккуратности я не сомневаюсь, – сгладила неловкость улыбкой Ника. – Просто понадеялась, вдруг…

– Это что-то важное? – полюбопытствовала Ольга, кивая на конверт.

– Это просто отрывки из рукописи Эдички, моего институтского друга.

– А-а. Ясно, – теряя интерес, протянула девушка. И, меняя тему, спросила: – На обед останешься?

– Нет, спасибо. У меня еще дела. Надо заехать в пару мест.

Во-первых, она собиралась поискать информацию о знахаре Кузьме. Эта задача не казалась сложной, поскольку, если верить словам старичка из деревенского магазина, травник был довольно популярен в доперестроечные времена или в разгар перестроечных. Нике невольно вспомнилось, как в детстве мама усаживала ее перед телевизором, по которому транслировали «целительные» сеансы. Страна повально увлекалась экстрасенсами, телепатами, знахарями; люди свято верили в волшебные свойства «заряженной» воды и в возможность излечиться от всех недугов под взглядом слезящихся от напряжения глаз очередного модного целителя, взирающего с голубого экрана. Что ж, видимо, Кузьма был одним из тех чудодеев.

А во-вторых… От внезапной догадки Ника даже подскочила на месте. Если ее предположение верно, то, возможно, она знает, как и почему умер Стас. И, может быть, Эдичка.

– Ты мне так и не рассказала, куда и зачем ездила, – вернул ее на землю Ольгин голос, прозвучавший с укоризной.

– Да ничего интересного, Оль. Очередная рабочая поездка, – отговорилась Ника, поднимаясь из-за стола. Она чувствовала перед подругой вину за то, что не стала рассказывать о своем незапланированном путешествии в глубинку; но дело было в том, что рассказывать пришлось бы с самого начала, а сейчас у нее не было времени на длинный рассказ. Ника уже решила, что сегодня на работу не поедет, а воспользуется отгулом, чтобы посидеть в библиотеке и перелопатить архивы. А еще она заедет к своему знакомому, который работает в лаборатории, и попросит провести одну экспертизу. Дел было много, а времени – в обрез. Ей нужно еще успеть вернуться домой к приезду Андрея.