Ключевой инстинкт - Владимир Колычев

Трофим что-то говорил ему про свою жену и думал, думал.

– С кем-то же нужно жить, – едва ворочая языком, сказал он. – Мужик без бабы как иголка без нитки. Найдешь другую, а какой она будет?.. Лучше сойтись. Намотать ее волосы на кулак и держать. Пусть только попробует в сторону посмотреть.

– Я же сказала, что не буду в сторону смотреть.

Трофим закрыл глаза, услышав голос Тамары. Вот и допился до белочки.

– Пойдем домой. – Кто-то взял его под локоток.

Прикосновение мягкое, приятное. Так могла только женщина. Неужели на самом деле Тамара?

Трофим повернул голову. Рядом с ним действительно сидела она. А куда же делся Егор?

– Ты что, ведьма? – возмущенно спросил он.

Она с иронией посмотрела на него. Мол, что с пьяного возьмешь?

– Тут мужик сидел. Ты что, в него превратилась? А потом обратно?

– Ушел мужик. Женщина за ним пришла и увела.

– Баба. Он ее так называл. Она ему изменила.

– Больше не будет.

– Откуда ты знаешь?

– Я себя знаю. Я больше никогда тебе не изменю.

– Почему я должен тебе верить?

– А ты намотай мои волосы на кулак. – Тамара усмехнулась.

– Ты слышала?

– Да. И поняла, что ты любишь меня.

– Ты ведьма!

Она действительно похожа на ведьму. Такая же чертовски красивая. Появилась так, как будто нечистая сила занесла ее в эту дыру.

Да, Тамара появилась. А Марьяна – нет. Ей все равно, где он, что с ним. А Тамара идет за ним по пятам, потому что хочет вернуть его.

– Если я ведьма, то лишь потому, что желаю тебя околдовать.

– Околдуй лучше Виталика.

– Виталика больше нет.

– Ты его убила?

– Его больше нет. И никогда не будет.

– Но ведь он был.

– А ты забудь.

– Пробую. – Трофим отыскал глазами бармена и кивнул, требуя повторить.

Но Тамара качнула головой и выложила на стол пятитысячную купюру, расплачиваясь за виски.

– Пробую, – повторил он. – Не получается.

– Домой надо ехать. Там получится.

– Домой? – Трофим крепко задумался.

У Никиты и квартира в Москве, и особняк здесь, в Павелецке, а у него только дом, и тот занят. Он с утра до вечера пропадает на работе, тянет на себе завод. Никита ни черта не делает, но у него есть все. Где справедливость?

Никита только и занимается тем, что баб портит. С Марьяной у него было. Испортил он ее так же, как Виталик – Тамару. Но Трофим за Марьяной бегает, а за женой, матерью своего ребенка, – нет.

А ведь Марьяна такая же дрянь, как и Тамара, только еще и коварная, хитромудрая. Тамара всего лишь изменила, а Марьяна еще и козни строит. Но Тамара ему не нужна, а Марьяна – очень даже. Где справедливость?

Кто сказал, что Тамара ему не нужна? Она очень красивая и такая же ненадежная, как все бабы. Почему бы не выбрать из всех зол самое очаровательное? Марьяна тоже хороша собой, но чужая. А Тамара своя. Она готова унижаться перед Трофимом, чтобы вернуть его милость. А Марьяна гордая.

– Едем домой? – с надеждой спросила Тамара.

– Домой, – сказал он и тут же добавил: – Спать. Зубами к стенке.

Тамара помогла Трофиму выйти из ресторана, довела до его «Мерседеса», взяла ключи, открыла заднюю дверцу. Она опустила бедолагу на сиденье, сама вдруг оказалась у него на коленях.

– Я же сказал, зубами к стенке, – пробормотал он, чувствуя дразнящее движение над спящим вулканом.

– А дома Данилка, – сказала Тамара, продолжая ерзать на нем. – Там мы должны подавать ему пример. А здесь можно все что угодно.

– А что вам угодно? – обнимая жену за талию, спросил Трофим.

Тело у нее упругое, приятное на ощупь и на вкус. От нее пахло розовым маслом, лавандой и сексом. Платье снимать не надо, достаточно задрать подол. Тем более что трусики уже почему-то в руке.

Она никого не хотела видеть, но Глеб настаивал. К тому же Марьяна желала знать, что нашло на Трофима. Возможно, Глеб в курсе.

Он смог выманить ее во двор. Но в машину к нему она не села. Еще подумает, что готова вернуться к прежним отношениям с ним. Тем более что темнота уже сгустилась над городом. А во дворе светло и тепло, можно посидеть под фонарем.

– Ко мне сегодня твой приходил, – с обиженным видом сказал Глеб.

– Трофим?

– А у тебя еще кто-то есть?

– Не надо со мной в таком тоне, – предупредила Марьяна.

– Извини. Просто все перепуталось.

– Что именно?

– Началось все из-за Никиты Высокова. Теперь его брат…

– С Никитой я не встречалась.

– Да, конечно.

– Что у тебя спрашивал Трофим?

– Он думает, что это ты поссорила его с женой.

– Я?! Зачем это мне?

– Зачем это ему? Он ищет повода, чтобы избавиться от тебя.

– Почему ты так считаешь?

– Все просто. Его тянет к жене, вот он и придумывает, как ее оправдать. Оказывается, это ты плохая, а она хорошая. Я так понимаю, ты с ним поссорилась.

– Я не разлучала его с женой. Как я могла это сделать?

– Тебе не кажется, что здесь много комаров? – Глеб шлепнул себя по щеке.

– Не знаю.

– Сейчас налетят. Кровь у тебя сладкая. Где они еще такую найдут? Давай прогуляемся вокруг дома.

– Если только вокруг дома.

За домом Глеб обратил внимание на одиноко стоящий «Мерседес».

– Это не Трофима машина? – спросил он.

Марьяна пожала плечами.

– Пошли, я скажу, что ты не ссорила его с женой, – сказал Глеб.

Она не хотела идти к Трофиму и уж тем более что-то ему говорить, но все-таки двинулась к машине. Глеб взял ее за руку, как будто Марьяна могла убежать.

Глеб первый подошел к машине. Он попробовал открыть переднюю дверцу – не получилось, зато поддалась задняя. Глеб распахнул ее, и Марьяна увидела Трофима в объятиях светловолосой женщины. Она неподвижно сидела на его бедрах и целовала в губы. А Трофим только рад. Он и голову задрал, подставляя губы под поцелуй, и женщину обнимал с жадностью.

Услышав шум, блондинка повернулась и с яростью глянула на Марьяну.

– Пошла отсюда! – заорала она.

Марьяна вспыхнула от стыда, вырвала ладонь из руки Глеба и бросилась прочь от машины. Парень попытался ее остановить, но бесполезно. Трофим ей не муж, он может быть с кем угодно. Марьяна не имеет права подглядывать за ним, а она сунула нос в его грязное белье. Стыдно-то как!