Снежный ангелочек - Маргарита Южина

– Может быть, он ей понравился? – отвернулась от пары Шура. – Ну, любит она его, бывает такое.

– Ой, я тебя умоляю… Ага. Любит! Зачем тогда другому мужику звонила?

– Какому мужику? – насторожилась Шура.

– Я откуда знаю? Она в туалет пошла, а я решил… Ну, думаю, пока никого нет, предложу ей… дружбу. А сам слышу, она кричит в телефон: «Милый! Если ты с моим ребенком что-нибудь сделаешь, если ты, гад, его убьешь, я… ты знай, у меня есть настоящий мужчина, который тебя в порошок сотрет. Он тебя уроет, понял, ушлепок?» Ну, ты ж сама понимаешь, я еще не совсем готов к лопате. Кого я там рыть буду? Ну и… Прямо скажу, сам факт присутствия ребенка меня не порадовал.

– Хм… – задумалась Шура. – А чего это тебя ребенок не порадовал? Тебе уж давно пора своих заводить, не мальчик. А тут готовенький, ни пеленок стирать не надо, ни грудью кормить.

– Да своего-то я бы и вскормил. Хотя… Мне еще надо пожить для себя.

– Понятно, – поджала губы девушка и стала с нетерпением ожидать окончания танца.

Лишь только музыка закончилась, Шура подошла к сестре.

– Есть у Юльки ребенок. Мне только что «Глухарь» рассказал.

И она передала разговор от слова до слова. Алька задумалась.

– Надо вот что сделать, – предложила Шура. – Я видела на втором этаже туалет и душевая в одной комнате. Соединены.

– При чем тут это?

– Не перебивай. Так вот. Надо твоему Гарику пригласить Юльку…

– Сейчас прямо! – активно запротестовала Алька. – Давай я сама приглашу!

– Дослушай! Ты будешь занята. Ты сядешь в душевой, за шторкой. Спрячешься, чтобы тебя видно не было. В это время Гарик подзовет Юльку, якобы захочет ей сообщить что-то очень важное, и поведет ее по коридору возле этой комнаты. Потом скажет, что ему звонил какой-то неизвестный мужик, спрашивал Юльку. И мужик сказал Гарику, что если Юлька будет прятаться, то случится страшное. И пусть якобы Юлька ему позвонит. А потом скажет: «Я пошел, а ты ему обязательно позвони. Потому что мне эти звонки не нужны. Позвонить можешь из этой душевой, чтоб тебя не слышали посторонние уши». Понятно, что Юлька зайдет туда и станет звонить. А ты за шторкой все будешь слышать. Понятно?

– Понятно… А ты сама не можешь в этой душевой спрятаться, а я скажу, что мужик звонил мне? – умоляюще смотрела на сестру Алька. – Так не хочется, чтобы Гарик опять с Юлькой состыковывался.

– Не будет он состыковываться, он ей только скажет то, что мы придумали, и все. А тебе никакой мужик звонить не может. Потому что… кто тебя знает-то? Вы ж с Юлькой только сегодня познакомились. А с Гариком их видели.

Альке пришлось согласиться.

Она одернула платьице, которое топорщилось уж совсем неприлично, и отправилась искать Гарика.

Шура осталась ждать. Ждать ей пришлось долго, и в конце концов она услышала Юлькин визг.

– Что-то опять пошло не так, – спокойно констатировала Шура.

Крик стих. Шура немного подождала, потом поднялась и быстро пошла наверх. Возле комнаты Юльки она остановилась и прислушалась. Там говорили двое – Юлька и Семен. Шура отчетливо различала некоторые слова. Вот сейчас… да, сейчас Юлька рассказывает Семену про деньги… Обещает ему поправить бизнес… Семена не слышно, значит, молчит, обдумывает… А сейчас Юлька говорит, что ей только остается выйти замуж за Семена…

Больше Шура слушать не стала. Это гадко, подслушивать, но ей надо было узнать, что там произошло с Юлькой. Теперь… теперь все в порядке. Семен все знает. Конечно, он не глупый мужчина. Он сразу поймет, что Юлька эту информацию сначала донесла до Шуры, и… В общем, Семен догадается, что вся «нелюбовь» к нему Шуры исходит из Юлькиного положения. А если он догадается, то пусть решает сам. Шуре остается только ждать.

Она спустилась в зал и налила себе бокал мартини, потом медленно добавила сока. В горле пересохло и… Хотелось хоть немножко расслабиться. Прямо перед ней неторопливо качалась в танце Алька, обнимая Гарика. Вот какая! Даже не рассказала, что там у них произошло.

– Аля! – позвала Шура. – Хватит ерундой заниматься! Иди сюда.

Алька увидела сестру, что-то шепнула на ухо Гарику и уселась рядом.

– В общем, – виновато вздохнула она, – ничего не получилось.

– Я уже поняла. А почему Юлька кричала раненым слоном?

– Да… Там такая история получилась… – поморщилась Алька, но потом все честно рассказала.

Сначала все шло нормально. Гарик успешно утащил Юльку на второй этаж, и ему даже хватило таланта сыграть озабоченного друга. Он передал все, что ему велела Алька, и ни разу не сбился. Это и понятно, тренируясь, парень повторил текст несколько раз. Кстати, здесь же, в коридоре, была запрятана кинокамера в цветочном горшке. Ребята не теряли надежды заснять шедевр. Гарик все передал, Юлька, как и было запланировано, всполошилась и побежала именно в ту душевую, где пряталась Алька, сидевшая, как она сама утверждала, мумией, ни вздоха, ни шороха. Она слышала, как Юлька набирала чей-то номер. Трубку, видимо, долго не брали. И тогда…

– Вот что взбрело в башку этой Юле, я до сих пор не поняла, – возмущалась Алька. – Я сижу себе, никого не трогаю, молчу, и тут вдруг – оп-па! – Юлька распахивает штору! А там я! Сижу. Глаза вытаращила. Юлька помолчала секунду, а потом как заорет! Слушай, Шур, у нее такой противный голос, надо сказать… Я ей говорю, мол, чего орешь, общайся по телефону, там, наверное, уже трубку сняли. И тут… Ой, Шур, вот поверишь – нет, я ее даже пальцем не тронула… Сначала. А потом она сама… ка-а-а-к напрыгнет на меня! Хотела мне голову оторвать, честно тебе говорю.

– А ты? – уже догадывалась Шура.

– А я что? Ждать стану, когда из меня начнут делать всадника без головы? – виновато опустила глаза Алька. – Я схватила, что там смогла нащупать, и… в общем, я ей в лицо брызнула.

– Дихлофосом?

– Да каким дихлофосом! Обычной пеной для бритья… Правда, она сначала мимо попала, пришлось ближе подойти и прямо вот так всю пену на лицо уложить. Там и на волосы попало. Но совсем немножко!

– Хоть это радует.

– Ой, Шур, не радует, – покачала головой Алька. – Она ж… Знаешь, она меня пинать собиралась, да-а! Ты не представляешь, как ноги задирала. А ей ведь совсем нельзя это делать, у нее ж платье узкое… было.

– А теперь?

– Теперь все хорошо. Оно у нее так аккуратненько по шву разошлось и… В общем, ей теперь гораздо удобнее, можно задирать ноги куда угодно.

Шура вздохнула. Алька видела, что сестра расстроена, поэтому решила ее успокоить.

– И кстати, знаешь что, – заговорщицки начала она, прыская в кулачок, – Юлька всю косметику размазала! Ну и с прической у нее… кратковременная беда получилась. Так она быстренько-быстренько к себе в комнату побежала. Чтоб ее никто не увидел, такую красавицу. Шур, она ненакрашенная вообще жуть. Бе-е-е.