Снежный ангелочек - Маргарита Южина

В дверях стоял Семен. При виде его у Шуры сжалось сердце. Сейчас он был невероятно хорош. Темно-русые волосы лежали изумительной волной, и только одна прядка непослушно падала на брови. И так хотелось поправить эту прядку…

– Шура, ты готова? – чуть склонил он голову набок.

– Я? А почему я? – против свой воли фыркнула Шура. – Мне кажется, тебе надо за Юлей.

– Прекрати, – дернул головой Семен и взял ее за руку.

– Ты вообще красавица! – успела шепнуть на ухо Шуре Алька.

Шура догадывалась. Поэтому она выпрямила спину и грациозно подала руку.

– Ты просто королева, – улыбнулся Семен. – А я и не знал, что девочка может в один миг превратиться в светскую львицу. У тебя даже взгляд стал… какой-то другой.

– Какая девочка? – насторожилась Шура.

Семен остановился.

– Шура, мы с тобой только что наговорили друг другу кучу всякой ерунды. Я думаю, нам лучше про это забыть.

– Ну почему же ерунды, – не смотрела на него Шура. – Я, допустим, поняла, что ты страшно любишь деньги.

– А кто их не любит? Ты?

– Хм, во всяком случае, у меня есть силы в этом признаться. Да, я люблю деньги и… буду искать себе мужа с приличным капиталом. А то, понимаешь, все без ума от богатеньких! Я тоже хочу такой стать. Так что… извини.

Она резко выдернула свою ладонь из его руки.

– Шура!

– Неправильно кричишь, – ехидно усмехнулась она. – Надо кричать «Юля!»

Он схватил ее за руку и прижал к себе.

– Семен, у меня рука болит, – вырвалась Шура и быстро побежала вниз по лестнице.

Может, Семен и догнал бы ее, но сзади подбегали Алька с Гариком, а из комнаты выходила Юлька. Она-то не упустила момента ухватить Семена под руку и уже не отцепляться.

Алька была в своем репертуаре. Каждую вечеринку она упрямо вступала в яростный спор с возрастом, поэтому надевала коротенькие пышные платьица, которые, как ей казалось, делали из нее девочку. На самом деле в таких нарядах она смотрелась слонихой-переростком. И сейчас Алька не изменила традиции: тугой блестящий лиф обтягивал грудь так, что она переспелой опарой вылезала изо всех щелей. То есть не только из смелого декольте, но и из пройм тоже. Высоко под грудью красовался огромный бант, а потом начиналась юбка «а-ля красный лебедь». Иными словами, красная юбка была пошита на манер пачки балерины, правда, не стояла параллельно полу, а уныло свисала вниз. Длина не доходила до колен. Выглядело это броско, но ужасно. Заканчивали образ туфли на огромной платформе, которые делали ноги Альки просто копытами. Вкус и сестра были категорически несовместимы.

Юлька оказалась полным антиподом толстушке Альке. Ее худенькую фигурку туго обтягивало длинное платье телесного цвета. Издалека казалось, будто барышня и вовсе не надела такую мелочь, как платье. Впереди красовался вырез, который заканчивался только на поясе. Из выреза откровенно выглядывала часть груди с четко вырисовывающимися имплантами. Сзади, с этого же пояса, начинался разрез. Сбоку пройм не было – только загорелое тело. В общем, становилось не совсем понятно, для чего нужны те несколько лоскутков, которые болтаются спереди и на спине. Но сама Юлька была уверена, что выглядит неотразимо.

А гости уже вовсю торопились в зал.

Алька подбежала к Шуре с распахнутыми глазами.

– Что? Отдала Семена? – сразу же затараторила она. – Рано… рано…

– Рано-рано два барана… – перебила ее Шура. – Узнай адрес этой дачи, а? Мне очень нужно.

Конечно, Шура хотела, чтобы Семен все еще ее уговаривал, и она бы – ах, конечно, нехотя – согласилась принять его ухаживания. Главное, чтобы эта Юлька видела, что Семен вовсе не дрессированный пудель, который ради денег готов скакать как угодно. Но Шура понимала, что где-то перегнула палку, и теперь обиделся уже Семен. Поэтому… с ним теперь была Юлька. Ну и, чтобы не видеть ее сияющую физиономию, хотелось уехать побыстрее.