Снежный ангелочек - Маргарита Южина

В зал влетела растрепанная Юлька, в руках у нее была какая-то тряпица необыкновенно красивого голубого цвета. Правда, посреди этой прелести располагалось ужасно неприятное бурое пятно.

– Кто?! – не стесняясь, визжала дева. – Кто это сделал?! Я приготовила селедку под шубой! Поставила ее в сумку! А какая-то дрянь! Она уронила эту селедку прямо на мое платье! Оно в сумке было! Я спрашиваю, кто это сделал?!!

Шура растерянно смотрела на искаженное от злобы лицо Юльки.

– Вообще-то… кому пришло в голову делать селедку под шубой? Ее давно уже никто не готовит.

– Я не спрашиваю, кто сделал сельдь под шубой! Я спрашиваю, кто?! Испортил! Мое! Платье?!

В комнате были уже все – на крик прибежала даже не полностью накрашенная Алька.

– А кто вообще заходил в ту комнату? – спросил Гарик.

Юлька с ненавистью смотрела на Шуру.

– Я заходила, – кивнула та. – Но я только… только косметичку искала. Накраситься хотела.

– А почему не накрасилась? – влезла предательница-сестрица.

– Я накрасилась, – дернула плечом Шура. – Но… я, знаете ли, не индийская невеста, чтобы стрелы до ушей наводить.

– А почему ты не переоделась? – спросил вдруг Семен.

– Так не во что мне! – просто ответила Шура. – Я ж не собиралась оставаться тут. Я вам говорила, что домой уеду.

– Это она!!! – взвизгнула Юлька и тигрицей кинулась на Шуру. – Я ее убью сейчас!

Наверное бы, убила. Если б ей на пути не попался «Глухарь». Мужчина где-то отыскал бутылочку дорого пива и, ослабив внимание, приложился к ней прямо на дороге разгневанной мадемуазель. Мадемуазель снесла его вместе с бутылкой, в результате чего грохнулись оба, полив себя драгоценным напитком.

– Сема-а-а! – в голос заревела Юлька. – Я больше не могу-у-у! Эта зараза не просто испортила мне платье, она настроение испортила-а-а. Новогоднее-э-э-э.

– Не переживайте, уважаемая Сорока, – пыхтел «Глухарь», пытаясь ухватить молодую прелестницу за самые аппетитные формы. – Сейчас я вам… немножко… помогу-у… вот так…

– Да уйди ты! – рыкнула на него Юлька. – Бегемот! Не подходи ко мне больше!

Семен посмотрел на Шуру:

– Александра, неужели вы в самом деле хотели, чтобы и Юле не во что было переодеться?

Шура обиделась всерьез. За кого они ее принимают? Сейчас и этот вообразит, что она тут устраивает неизвестно что из-за высокой любви к нему единственному. Шефу она еще могла такое простить, все же она его на самом деле любила долго и трепетно!

– Мне вот совершенно все равно, во что будет переодеваться ваша Юля, – с усталой обидой проговорила Шура. – Но это какой же надо быть идиоткой, чтобы складывать в одну сумку платье и свекольный салат?

– Да! – неожиданно поддержала сестру Алька. – И нечего тут! Шурка не виновата! Она не специально! Она вообще никогда ничего специально сделать не может. Не получается у нее, ясно?! А то налетели. Шура, я, если что… если что, вместе домой поедем, ясно?!

И она так выразительно взглянула на Гарика, что тот вдруг покраснел и тоже дернул плечом:

– Семен! Это мои гости. Я с твоими гостями себя… вообще себя хорошо веду! Еще брат называется.

Шура не ожидала такой мощной поддержки, но ее желание поскорее уехать домой не погасло, а разгорелось с новой силой.

– Аль, я все же домой, – тихо проговорила она.

– Подожди, – тихонько шикнула на нее Алька. – Видишь, Гарик созрел! Сейчас посидишь еще немножко, а там я тебе сама такси вызову, если захочешь.

– Хорошо, – так же тихо согласилась Шура. – Только я смогу выдержать не больше часа.

– Идет, – кивнула Алька. – Час так час.

Неизвестно, сколько сумок притащила с собой Юлька, но за столом она сидела уже в новом платье, с прекрасной прической и великолепным макияжем. Алька тоже выглядела достойно – в этот раз ей удалось подобрать платье, которое не так выпячивало ее прелести, поэтому она казалась намного стройнее. И только Шура сидела за столом в своем теплом свитере, в теплых колготках и сапогах. А в доме было тепло. Очень тепло. Да и выделялась Шура среди нарядных барышень своим уж слишком будничным нарядом. Но ведь она собиралась в магазин.

Теперь Шура чувствовала себя не в своей тарелке. Вот не так она мечтала Новый год отмечать. Пусть бы лучше валялась дома на диване с коробкой конфет, смотрела бы телевизор и делала что хотела. А сейчас… Сидит тут, никому не нужная, парится в этом свитере…

Сначала обстановка за столом была несколько натянутая, но шампанское творит чудеса, и очень скоро все уже позабыли про злосчастную селедку со свеклой на праздничном платье. Юлька хохотала во весь голос, закидывая голову назад, молодые люди упражнялись в остроумии, Алька пыталась одновременно запихать в себя побольше вкусностей и вовремя посмеяться над шуткой Гарика. И только Шура ковыряла вилкой в тарелке, украдкой поглядывая на часы.

Семен заметил, что не всем гостям весело.

– Шура, а вам, наверное, неуютно в теплой кофте, – обратился он к девушке. – Давайте я вам свою рубашку дам. Новую. Будет стильно.

– А что это ты новыми рубашками разбрасываешься? – фыркнула Юлька. – Пусть вон Гарик даст, в твоей рубашке она утонет.

– А у меня откуда рубашки? – поперхнулся Гарик и мельком взглянул на Альку. – У меня только футболки.

– Мне не надо, что вы! – запротестовала Шура, но Семен ее не слушал.

– Пойдемте, Шура, – поднялся он. – И не пререкаться.

Шура поднялась и побрела за Семеном.

– Тогда ты ей и тапки дай! – кричала вслед им Юлька. – И носки! Если у тебя новые есть… так, глядишь, и оденем.

Семен зашел в комнату на втором этаже и кивнул Шуре:

– Заходи… те… Слушай, давай на «ты», надоело мне выкать.

– Конечно, – согласилась Шура. – Давайте.

Из шкафа вытянули упаковку с новой рубашкой. Рубашка оказалась белой, в мелкую голубую полоску, на воротнике интересный ряд пуговиц, и сама планка тоже была не совсем обычной.

– Надевай, – довольно проговорил Семен.

– Прямо здесь? – испугалась Шура. – Может…

– Да отвернусь я, прямо здесь надевай. Мне ж надо посмотреть, может, ремень какой к этому наряду придумать… И зеркало здесь есть. Надевай.

Он отвернулся, а Шура торопливо скинула свитерок и быстро надела рубашку. Тело тут же обдало приятной прохладой.

Конечно, рубашка оказалась велика. На Шуре это была уже не рубашка, а смесь блузки и платья. Юбка оказалась бессовестно короче. Выручали сапоги на высоких каблуках, но проскакать в них весь Новый год Шура тоже не желала. В доме все же нужна была другая обувь. Да еще эти теплые колготки!