Неслучайная жертва - Алика Мур

Влад – так, кажется, он назвался – поймал испуганный взгляд Лис, подмигнул ей и повернул кольцо на пальце. Сеть вспыхнула алым, отшвырнув всех, кто пытался ее удержать. Портал захлопнулся.

Тот, на кого они охотились, ушел.

Оркестр больше не играл, гости оставили напитки и закуски – и во все глаза смотрели на место происшествия. Кто-то из привидений тут же бросился к почтенным старцам и помог им подняться. Вилард вскочил на ноги сам.

–Ушел, – устало выдохнул он.

Лис сжала его руку.

– Дорогие гости, – с улыбкой обратился Вилард к притихшим посетителям, – то, что вы сейчас видели – это новомодный свадебный обряд. Называется похищение невесты. Кто-то из гостей пытается украсть молодую красавицу, чтобы проверить, может ли будущий муж защитить ее от напастей. Как видите, мы справились, невеста спасена. Так что продолжаем веселье. Напоминаю, те, кто устал, могут пройти в соседнюю залу: там есть карточные столы и отличные сигары.

Гости стали понемногу оправляться от испуга, кое-то даже зааплодировал шикарному представлению. Колдун мрачно бросил через плечо Виларду и Лис:

– Заканчивайте тут, встретимся после бала в библиотеке.

***

Мелисса не находила себе места. Значит, бал. И молодой колдун на этом балу. Прямо сейчас. В ее замке. Возможно, поздравляет ее брата с помолвкой. А возможно, вонзает нож ему в шею…

Вилард ненавидит шумные сборища. И если уж он впустил в свою крепость толпу посторонних, это значит только одно: у него есть какой-то план. И лучше бы этот план сработал. Потому что если у Виларда не получится справиться с колдуном, получиться должно у нее. У нее тоже есть план.

Она посмотрела в зеркало, поправила черные как ночь волосы. Немного пудры – спрятать печальные тени под глазами. Блеск для губ. Вроде бы и не видно, что красоту наводила, а красота – налицо. Поправила платье – сегодня никаких джинсов. И никакого белья пол платьем.

Мелисса подошла к кровати, взбила подушки. Дыхание перехватило, а сердце замерло на мгновение. Лучше бы получилось у Виларда.

Колдун в этот раз вернулся домой не через дверь. Он влетел в раскрытый портал. Разгоряченный, со злой улыбкой, опасный. Таким он нравился ей куда больше, чем домашним и предупредительным. Нравился! Он не должен ей нравиться!

Она еще несколько секунд с надеждой смотрела ему за спину: не появится ли следом Вилард или старый колдун… Но портал захлопнулся – и они остались в квартире одни. Они все это время были тут одни, но это не имело значения раньше. А теперь стало решающим.

Мелисса перевела дыхание и посмотрела в глаза колдуна. Посмотрела – и прочитала в них все. Он чувствовал ее. Чувствовал так, словно она все еще была его продолжением. За все время, что она провела пленницей в его доме, он ни разу не позволил себе посягать на нее. Шутливо ухаживал, делал намеки… но и только. И правильно. Перейди он к активным действиям – получил бы резкий отпор и на своей шкуре узнал бы, чего стоит взбешенная ведьма.

А сейчас он даже не спрашивал. Прижал к стене, прижал к себе, утопил во взгляде – пьяном от страсти. Как тогда. Лучше, чем тогда, потому что теперь он – это только он, и никто другой. Их губы встретились… И у Мелиссы закружилась голова от этого поцелуя. На какое-то мгновение ей показалось, что кроме него ничего и не существует в мире. Лишь они двое, сплетенные друг с другом так, что не разорвать. И будто нет между ним ничего – только страсть, только огонь, только желание сплетаться еще сильнее и проникать друг в друга еще глубже.

Она сама не заметила, как они оказались в кровати. Только почувствовав спиною не твердость стены, а мягкость подушки, Мелисса поняла – все складывается так, чтобы ее план удался. Что-то внутри на мгновение сжалось от страха, и она сама замерла… Но это было ненадолго. Он уже, треща тканью, стаскивал с нее платье.

Проникновение – и мир в одну секунду стал правильным. Таким, каким и должен быть… Этот мужчина в ней, его горячность, его страсть, его глубокие и сильные толчки. Она застонала – от удовольствия, от отчаянья, от бессилия.

Он повернулся, и она оказалась сверху. Губы тронула легкая торжествующая улыбка. Он хочет повторения того, что было тогда. Еще бы не хотел! Мелисса крепко сжала пульсирующий член мышцами, втянула в себя – как можно сильнее, как можно глубже. Растворилась в стоне, который подарил ей ее мужчина…

Нет! Нельзя этому верить. Нельзя поддаваться. Она точно знает, зачем и почему оказалась сейчас в одной постели с ним. И как бы ни хотелось ей сорваться, позволить себе не думать, а словно в омут с головой окунуться в страсть, она не позволит себе…

Ни на секунду не переставая двигаться, Мелисса наклонилась к любовнику, покрыла поцелуями его лицо. Чуть дольше, чем следовало, задержалась на губах, словно хотела оттянуть неизбежное.

Достаточно!

Рука скользнула под подушку, и вернулась оттуда с острым ножом.

Ничего нельзя сказать – этот парень был мил с нею. Развлекал ее беседами, готовил всякое, вон даже розовый букет притащил – образец галантности просто! Но все это не отменяло одного главного обстоятельства: он держал ее здесь силой. Если бы она могла – она бы давно ушла. Но она не могла. И все его взгляды, все его слова не стоили ровным счетом ничего. Она была для него вещью, даже хуже – разменной монетой. И никакие блюда и букеты этого не исправят.

Мелисса замахнулась ножом, целя в шею. И наткнулась на взгляд в упор. Колдун смотрел прямо ей в глаза. Без удивления. Без страха. Даже без злости. Скорее с любопытством.

Она замерла. Рука с ножом задрожала. Не сможет. Кого она обманывает – и не смогла бы. Даже если бы колдун не терзал ее сейчас этим своим взглядом.

Взгляд потемнел. Влад крепко схватил ее за запястье, приставил нож к своей шее. Лезвие блеснуло зловеще и вызывающе, натянуло кожу. Он надавил. В его глазах – молчаливый вызов. Мелисса двинула рукой, пытаясь убрать нож, и рассекла кожу. Капельки крови из разреза. Злость. На него – за то, что он опять победил. На себя – за собственное бессилие. И неизвестно откуда взявшееся желание причинить ему боль. Она снова провела ножом – теперь под ключицей. И оставила еще одну алую полоску. И еще.

Колдун глухо застонал. Черт побери, ему нравилось. Он закрыл глаза, крепко ухватил Мелиссу за бедра, потянул на себя, вошел в нее глубоко и жестко. Она задохнулась от возбуждения, чувствуя, каким твердым, словно стальным стал он внутри нее. И она окончательно потеряла контроль над собой. Она отказалась от этого контроля. Она яростно насаживалась на его горячий член, сжимая его внутри мышцами и не переставала выводить ножом одной ей понятные знаки. На плечах. На груди . На шее. Порезы становились глубже, его крики – громче. Смертельная опасность, боль, удовольствие и отчаяние. Доверие. Обнаженная шея под острым ножом.

Бесконечная нежность, которая прямо сейчас рождалась из бесконечной ненависти.

***

В библиотеку Лис шла в черной накидке с капюшоном, закутавшись в нее так, что даже нос наружу не торчал. И не потому, что пряталась от кого-то, просто под накидкой были джинсы и майка: упаковываться в платье, состоящее из рюшей, она отказалась наотрез. Вряд ли теперь она когда-нибудь захочет надеть длинное платье…