Связанные любовью - Розмари Роджерс

Обхватив Стефана за талию, Софья пыталась помочь ему устоять на ногах.

— В вас стреляли, — пробормотала она, потрясенная неожиданным нападением.

— Да, я и сам уже понял, — сухо ответил он и, повернувшись, направился к окну.

— Что вы делаете? Вам нужно лечь.

— И позволить этому мерзавцу улизнуть? Черта с два.

Софья прижала руку к груди. Сердце колотилось от страха. В Стефана стреляли. Его ранили. И даже могли убить. Из-за нее.

— Ради бога, вы что, хотите получить еще одну пулю? — прошипела она.

Став сбоку от окна, он выглянул в задний двор.

— Проклятье. Никого. Уже сбежал.

Сбросив оцепенение, Софья схватила его за руку и потащила к кровати. Ранение герцога беспокоило ее куда больше, чем бегство неизвестного стрелка.

— Сядьте, ладно? Вы весь в крови.

Он неохотно, не проявляя ни малейшего интереса к своей ране, опустился на край кровати.

— Ничего особенного. Простая царапина.

— Нужно позвать врача. С удивительным для раненого проворством Стефан схватил ее за руку.

— Нет.

— Вы ведете себя как мальчишка. Рану необходимо осмотреть и почистить. Чтобы не было заражения.

— Конечно. И тогда весь Париж узнает, что герцога Хантли подстрелили в номере дочери княгини Марии. Вы этого хотите?

— Никто в Париже не знает, кто я такая.

— Послушайте меня. Обратитесь к врачу, и расследования не избежать. Этого потребуют французские власти.

— По-вашему, расследования не будет, если герцог Хантли истечет кровью в номере парижского отеля?

Его губы дрогнули в усмешке.

— Так легко вы от меня не избавитесь. Мне случалось получать ранения и пострашнее. Не передадите мне сюртук?

Она наклонилась, подняла с пола сюртук и подала Стефану. Пальцы наткнулись на что-то пухлое во внутреннем кармане. Кошелек?

Если бы у нее были эти деньги, она смогла бы выехать из Парижа еще сегодня, не дожидаясь, пока починят колесо. И тем самым отвести беду от Стефана.

— Зачем он вам?

Достав из другого кармана небольшую плоскую флягу, Стефан вернул сюртук Софье.

— Эта штука очистит рану не хуже какого-нибудь костоправа. Не поможете? — Он криво усмехнулся. — Уверяю вас, жжет как черт.

— Хорошо. — Расстроенные чувства лучше всего скрывать за показным гневом. — Подставили себя под пулю, вот и помучьтесь теперь. Заслужили.

Софья плеснула содержимого фляжки на оказавшуюся, к счастью, неглубокой рану. Стефан только моргнул.

— Мой брат выразился бы в таком же немилосердном духе. — Он кивком указал на валявшуюся на полу рубашку. — Оторвите пару полосок. Думаю, повязка получится неплохая.

Она так и сделала. Сложила ткань в несколько раз, наложила на рану и перевязала длинной полоской.

— Вижу, своей драгоценной одеждой вы пожертвовать не пожелали.

— Я обещал купить вам целый гардероб. — Стефан повернул голову и коснулся губами ее щеки. — Конечно, это обещание действительно только при условии, что мне будет позволено срывать одежду с вас.

Она резко выпрямилась, огорченная собственной реакцией на его прикосновение.

— Мой бог, в вас только что стреляли, а вы уже думаете о том, как будете срывать с меня одежду!

— Когда вы рядом, я только об этом и могу думать, — угрюмо, словно признаваясь в постыдной слабости, пробормотал Стефан. — Но вы правы.

Неожиданно для нее он поднялся с кровати и посмотрел в дальнее окно.

— Что вы собираетесь делать? — раздраженно спросила Софья.

— Стрелявший, чтобы заглянуть в комнату, должен был забраться на дерево.

Софья представила, что было бы, попади пуля чуть ниже, и в животе затянулся пульсирующий узел страха.