Поцелуй сильного мужчины - Татьяна Герцик

– А на этот случай у тебя какая легенда заготовлена?

Ошарашенный Юрий попятился.

– Зачем же так! Давайте договоримся по-хорошему!

Стрелявший подошел и взял пистолет из рук Катерины.

– Не будем рисковать! – внимательно посмотрел на пистолет и негромко, как бы про себя, спросил: – Интересно, в скольких эпизодах светилась эта игрушка?

Дана в это время распорола футболку Степана. Пуля прошла навылет, но кровь лилась струей. Помогавший ей мужчина удивленно сказал:

– Странно. Сосуды вроде не задеты, что ж кровь-то так льет?

– Для меня это нормально, – успокоил их пострадавший. – У меня всегда так. Крови лишку, наверное. Потуже перевяжите только, и хорошо.

Катерина принесла из аптечки бинт, и они туго перетянули рану.

– Давай в больницу поедем! – Дана была сильно обеспокоена. – Вдруг инфекция попала?

– И как я с полицией изъясняться буду? – Степан посмотрел на нее, как на дурочку. – Откуда у меня огнестрельное ранение? Ты же знаешь, врач тут же полицию вызовет.

– Я врач, хирург, – отрекомендовался мужчина. – Не думаю, что будут какие-то осложнения, рана чистая. Но у меня с собой всегда на всякий случай кейс с медикаментами. Сейчас укол поставлю.

Он вышел, а Степан угрожающе потребовал у Юрия:

– Ты, гаденыш, деньги гони, или сейчас мы тебе другой сценарий пропишем. О том, как ты с бандитами доблестно сражался, и в пылу битвы их поперестрелял.

– И одною пулей он убил обоих, и бродил по берегу в тоске! – насмешливо пропел куплет из старинного танго один из мужчин.

– Вот-вот! Оттого и застрелился, что не смог перенести ужаса содеянного! – Дана поправила на Степане обрывки футболки.

Юрий посмотрел на решительные лица мужиков. Бандит, истекавший кровью, сказал слабеющим голосом:

– Давай соглашайся, раз решил, что твоя повариха круглая дура. Проиграл, так проиграл.

Юрий сердито признался:

– Денег у меня нет!

– Что, совсем? – иронично уточнил мужчина. Учти, мы ведь не бандиты, мы в любой момент вас всех в полицию красиво сдать можем. И благодарности за это получим. Мы из кубанского землячества. Так что выбирай, или добровольно отдаешь Катину половину, или делаешь то же, но по суду. Думаю, уже с зоны. Но после этого у тебя уже ничего не останется.

Такой вариант Юрия не устроил. Тяжко вздохнув, он предложил:

– Мне нужно за деньгами в банк ехать. Причем не в один. Может, завтра?

Казаки дружно рассмеялись. Вернувшийся врач, сделав укол Степану, подошел к бандиту и приказал:

– Снимай рубаху, надо рану перетянуть!

Тот с трудом стянул рубаху с плеча. Никто помогать ему и не думал. Второй бандит, держась за голову, тихо сидел у стенки, покачиваясь из стороны в сторону.

– Здорово ты его шибанул, однако! – Катя с восхищением смотрела на Степана. – Я думала, он стену проломит!

– Для этого у него башка из чугуна должна быть, – Степан хмуро смотрел на Юрия. Ему не нравилась ясно читаемая в его глазах ревность. Что за тип такой? Пугает девчонку, обманывает, а потом еще и ревнует?

Чтоб убедиться в своих подозрениях, он подтянул к себе Катерину и чмокнул ее в щеку. Юрия аж перекосило от злости.

– Завтра я деньги привезу, – с трудом продолжил он прерванный разговор.

– Не завтра, а сегодня. И поедешь ты не один, а с двумя нашими парнями.

– Я не вожу с собой карты с такими суммами!

– А вот мы сейчас это проверим! – и казак забрал у Юрия барсетку. Вынул банковские карты, смартфон и открыл сайт сбербанка.

– Заводи пароль! И радуйся, что мы с тебя отступных за работу не требуем! – казак с силой сжал Юрию предплечье. Тот дернулся, но понял, что протестовать себе дороже. К тому же он не хотел связываться с полицией, налоговой и прочими фискальными органами.

– Ладно, я и без пароля знаю, сколько там у меня. Если не верите, то поедем!

– И не вздумай в банке заявить, что тебя грабят. Тогда уж точно без штанов останешься! – веско предупредил его казак.

Он махнул рукой, и двое мужчин вышли вместе с Юрием. Повернувшись к бандиту, которого уже перевязал врач, предложил:

– А ты со своим дружком давай в подсобку! И помоги ему добраться, у него, похоже, сотрясение мозга.

– Так его в больницу надо!

– Надо. Вот и поедете, когда деньги ваш дружок привезет. И давайте мне телефоны. Выйдите из подсобки, возьмете. Там, кстати, диван стоит, лечь можно.

Бандит отдал свой телефон, потом вытащил телефон у напарника, отдал казаку. Один из мужчин, не доверяя бандитам, проверил их карманы, похлопал по бокам, и только после досмотра велел им убираться. Подхватив здоровой рукой дружка, раненый уволок того в подсобку. Катя заперла за ними дверь и вернулась в зал.

– Ох, спасибо вам! А ты, Степа, просто герой! – и она восторженно погладила его по плечу.

Степан, снова привольно раскинувшийся все на той же скамеечке, покраснел.

– Да ладно тебе! Я же не задаром!

– В самом деле! – спохватилась Дана. – Мы даже не договорились, сколько тебе заплатить.

– Дома договоримся! – сердито отбрил ее Степан. – Это дело интимное!

Казаки удивленно переглянулись, но промолчали.

Дана подозревала, что Степан имел в виду слово «личное», но не стала поправлять его при всех. Все же уважение к мужчине, главе рода, сидело у нее в крови.

Оставшиеся перекинулись в картишки, весьма потрепанная колода которых оказалась у врача в кармане.

– Я на скорой работаю. Порой приходится и в пробке стоять, и у больного действия лекарства ждать. Так хоть пасьянчик раскинешь, все веселее.

Кате с Даной показалось это очень странным. В век планшетов и смартфонов раскладывать настоящие карты?

– Это очень полезно для моторики рук. Если хотите хорошо соображать и иметь хорошую координацию движений, упражняйтесь с колодой! – и он веером перекинул ее из одной ладони в другую.

Девушки заворожено проследили за полетом карт.

– Это фокусником нужно быть, чтоб так с картами управляться. – Дана с восхищением посмотрела на мужика. – Я и в подкидного дурака-то плохо играю.

– Она прекрасно играет, не верьте ей! – Катя не могла понять, с чего подруга занялась самоуничижением.

– Катя хочет сказать, что играет еще хуже, чем я! – Дана не желала принимать лавры завзятой картежницы.

– Давайте сыграем и выясним, кто как играет, – предложил хирург. – Меня, кстати, Геннадием зовут, а нашего старшого – Тимофеичем. Это проще, чем Ермолай Тимофеевич.

– Вас в честь Ермака назвали? – с интересом уставилась на него Катя.