Кружевной веер - Кэрол Мортимер

Он небрежно снял рубашку через голову и швырнул ее на пол.

— Оставьте! — велел он, когда Диана нагнулась, чтобы поднять ее. — Ради всего святого, Диана; прикоснитесь ко мне! — Он стиснул зубы, готовясь выдержать первое прикосновение её тонких пальчиков к своей обнаженной коже. Посмотрев на нее, он заметил, как она быстро облизнула губы кончиком языка, а затем легко дотронулась до его груди — вначале робко, затем все увереннее. Она погладила его выпуклые грудные мышцы и нечаянно царапнула ногтем сосок, выступивший из-под курчавой поросли. Гейбриел судорожно вздохнул и затаил дыхание. Диана замерла и воззрилась на него ошеломлённым взглядом.

— Значит, вам это также нравится, как… — Она смущенно осеклась и зарделась.

— Как и вам? — хрипло закончил за нее Гейбриел. — О да!

— Я и понятия не имела! — Она снова дотронулась до него и раскраснелась от радости, ощутив, что его тело отвечает на ее прикосновения. Она видела, как он напрягся, как согнул руки в локтях и стиснул кулаки. Его реакция свидетельствовала о том, что он тоже испытывает удовольствие от нежного прикосновения ее пальцев.

В детстве Диана любила сидеть в отцовской библиотеке и листать книги. Фигура Гейбриела, его широкая, мускулистая грудь и плоский живот живо напомнили ей древнегреческих богов, чьи изображения она находила в отцовских книгах. Как оказалось, ей очень приятно доставлять ему удовольствие — такое же, какое доставлял он ей, когда ласкал и приникал губами к ее губам. О да…

— Диана, что вы делаете?

Ее губы и язык сосредоточенно исследовали его. Уловив в его голосе возбуждение, она радостно улыбнулась и взглянула на него снизу вверх из-под полуопущенных ресниц. От нее не укрылось его напряжение; челюсти судорожно сжались, на виске пульсировала жилка.

— Вы хотите, чтобы я прекратила?

— Нет, во имя всего святого, не останавливайтесь! — простонал он, зарываясь рукой в густые волосы у нее на затылке и притягивая ее к себе.

Повторять не понадобилось: Диана продолжала покрывать поцелуями его грудь, а руки спускались все ниже, легко лаская мускулистый, плоский живот. Опустив голову, она увидела, до какой степени он возбудился; еще немного — и на нем лопнут панталоны. К ее изумлению, сама она также ощущала сильный жар между ног. Груди налились и сладко заныли, отвердевшие соски готовы были разорвать тонкую материю сорочки. Для Дианы стало откровением, что, даря Гейбриелу физическое наслаждение, она также испытывает его…

— Гейбриел, если уж вам так не терпится переспать с будущей женой, советую на всякий случай запирать дверь спальни! — В ледяном презрительном голосе, прервавшем их близость, не слышалось ни малейшего смущения.

При первых же звуках знакомого неприятного голоса Диана смертельно побледнела и с виноватым видом отпрянула от Гейбриела. Обернувшись, она увидела, что в дверях, соединяющих две спальни, стоит Дженнифер Прескотт. Заметив, что миссис Прескотт взирает на нее с нескрываемым презрением, Диана покраснела от унижения.

— А вам советую научиться стучать, прежде чем входить в чужую комнату! — хрипло ответил Гейбриел в наступившей холодной тишине. Правда, Диану по-прежнему согревало его тело, пышущее жаром, потому что он крепко прижимал ее к себе.

Дженнифер презрительно скривила рот:

— Не волнуйтесь, я запомню на будущее!

— Еще лучше, если вы вообще не будете входить ни в одну из наших спален, пока мы с Дианой здесь живем, — парировал Гейбриел. — Но, раз уж вы сюда явились, потрудитесь объяснить, чего вы хотите!

— Вы так задержались наверху, что я подумала, не лучше ли прийти и напомнить вам обоим, что ужин сейчас подадут.

— Оказывается, в Фолкнер-Мэнор так мало слуг, что вам самой приходится исполнять обязанности служанки, — насмешливо заметил он.

Дженнифер возмущенно вскричала:

— Какой вы грубый, Гейбриел!

— Я даже еще не начал грубить, — протянул он в ответ.

Глаза Дженнифер загорелись злобным блеском, она подчеркнуто внимательно осмотрела смущенную и растрепанную Диану, а затем и полураздетого Гейбриела. Ее жадный взгляд задержался на его широкой, мускулистой груди.

Когда Гейбриел перехватил взгляд Дженнифер, внутри у него все сжалось от отвращения.

— Вы удовлетворили свое любопытство, а теперь убирайтесь! — приказал он.

Карие глаза Дженнифер полыхнули яростью.

— Когда-нибудь вы поплатитесь за свои оскорбления! — сквозь зубы процедила она.

Он ответил ей презрительным взглядом:

— Мадам, ваши угрозы меня не пугают.

— В самом деле? — Ее мрачный взгляд ненадолго задержался на молодой женщине, которая безмолвно застыла перед Гейбриелом; — Относится ли то же самое к леди Диане?

Гейбриел крепче прижал Диану к своей теплой груди.

— Берегитесь, мадам! Если я увижу что вы хотя бы пытаетесь словом или делом обидеть Диану, я сочту, что вы нанесли оскорбление мне лично. И отвечу соответственно!

— Кто бы мог подумать, Гейбриел, что вы способны так нежно любить? — Дженнифер не скрывала насмешки.

Он ответил ей ледяным, заносчивым взглядом:

— Достаточно посмотреть на вас, мадам, и все нежные чувства как рукой снимает!

Диана успела полностью оправиться от смущения после того, как Дженнифер застала их с Гейбриелом в такой пикантной ситуации. Более того, стоя рядом с ним и чувствуя идущее от него тепло, она все больше смелела. Он защищает ее! Впрочем, скорее всего, она тешит себя иллюзиями; если перепалка продолжится, им обоим придется плохо.

— Вы, кажется, хотели мне что-то сказать, миссис Прескотт? — Она в упор посмотрела на Дженнифер и язвительно уточнила: — Из того, что я еще не знаю, разумеется.

— Ничего, я могу подождать… и более подходящего времени, — произнесла тетка Гейбриела.

— Сейчас время для ваших откровений явно неподходящее, — заметил Гейбриел.

Дженнифер задумчиво прищурила карие глаза:

— Не знаю, Гейбриел, с чего вы так взбеленились… В конце концов, я не в первый раз вижу вас без одежды! — Диана невольно ахнула; заметив это, ее соперница торжествующе ухмыльнулась. — Вижу, вы нарастили мускулы, возмужали и окрепли. Но, надеюсь, родимое пятно на вашем левом бедре осталось на месте?

— Вон отсюда! Убирайтесь немедленно! — процедил Гейбриел сквозь стиснутые зубы.

Дженнифер, однако, как будто не слышала его. Она посмотрела на ошеломленную Диану:

— Позвольте дать вам совет, леди Диана! Не верьте всему, что говорит вам ваш жених. Скоро вы убедитесь в том, что его память во многих отношениях… что называется, избирательна.

— В том, что касается вас, моя память в самом деле избирательна, — зарычал Гейбриел. — Более того, ее вовсе не существует!