Прекрасные разбитые сердца - Ками Гарсия

Женщина следит за борцом в шлеме на ринге.

– Ты смотришь на нее, только, кроме мамы, меня никто не называет Кэтрин. Я Каттер.

Она – нечто среднее между хрупкой феей и опасным ниндзя. Платиновые волосы почти такого же цвета, что и кожа, и коротко обрезаны до пикси, которая делает акцент на ее женских чертах лица. Волосы Тесс почти такого же цвета, но на Каттер он смотрится круче. Возможно, дело в очень короткой стрижке или в серьгах-кольцах. Она невысокая – наверное, метр шестьдесят, – но у нее поджарое и хорошо сформированное тело.

– Ожидала увидеть что-то другое? – Каттер подносит руки ко рту и кричит: – Лазарус, скажи ему поднимать эти чертовы колени.

Лазарус, высокий темнокожий мужчина на ринге с широкими плечами и седыми волосами, годится мне в дедушки. Но сил у него, как у молодого. Он показывает Каттер большой палец, не теряя контроля над красной подушкой, по которой колотит борец.

Парень на ринге – кикбоксер. Удары коленом выдают его с головой. Колени снова и снова бьют по подушке, каждый удар слегка отталкивает Лазаруса.

Звук удара кожи о подушку рождает воспоминания о Риде – как он наносил удар локтем или голенью, кружил вокруг противника, хрустел шеей, прежде чем перейти к убийственным действиям.

Каттер снова смотрит на меня.

– Значит, ты племянница Хоука Картера.

– Пейтон.

– Хоук сказал, ты играешь в футбол и серьезно повредила колено.

– Упала с лестницы и порвала заднюю крестообразную связку. Еще досталось хрящам.

– Принесла МРТ? – спрашивает она.

Достаю из рюкзака большой белый конверт и передаю ей. Каттер подносит его к окну за спиной.

– Связка порвалась здесь. – Она проводит пальцем по снимку, словно отслеживает контур. – Колено часто сдает?

– После операции не так часто.

– Есть копия записей хирурга?

Передаю ей бежевую папку.

– Там все, что я принесла.

Каттер листает страницы, что-то внимательно читает, что-то просто просматривает.

– Твой хирург-ортопед считает, что колено придет в форму через четыре месяца. – Она захлопывает папку. – Но при правильной физиотерапии – и если будешь стараться, – я смогу избавить тебя от этого ортеза в срок от четырех до шести недель, а через три месяца вернешься на поле.

Слишком хорошо, чтобы быть правдой.

– Вы уверены? Не поймите меня неправильно. Я бы завтра с удовольствием избавилась от этой штуки, но хирург-ортопед сказал…

– Руки вверх! – кричит Каттер, наблюдая за кикбоксером. – Колено. Колено. Локоть. Колено. – Затем поворачивается ко мне: – Я знаю, что думает доктор Као. Только что прочитала ее диагноз и рекомендации. Она великолепный хирург. Окончила медицинскую школу Гарварда второй в выпуске, закончила интернатуру в университетской больнице Джорджтауна и опубликовала три статьи об артроскопической операции. Угадай с первого раза, кто был первым в выпуске?

Кривоватая улыбка Каттер выдает ее с головой.

– Вы?

Она кивает.

– Чертовски верно.

– Извините, если обидела вас, мисс Дейн. Знаю, вы помогаете мне, делая одолжение моему дяде, и я это очень ценю.

– Мисс Дейн? – Она смеется. – Давай без мисс. Просто Каттер. И я не обижаюсь. Привыкла к тому, что люди не понимают, почему выпускница медицинской школы Гарварда, опубликовавшая восемь работ в области спортивной медицины, отказалась от работы в операционной и семизначной зарплаты хирурга-ортопеда. – Она улыбается по-настоящему. – Правда в том, что спорт я люблю больше хирургии, а боевые искусства больше денег.

Каттер замечает что-то краем глаза и машет, чтобы привлечь внимание Лазаруса.

– Если он не будет двигаться быстрее, ему в полуфинале надерут зад.

– Я знаю, как он должен двигаться, – говорит Лазарус. – Мы над этим работаем.

Каттер возвращается к нашему разговору.

– Если хочешь вернуться на поле, я тебе помогу. Но ты должна трудиться. Если я даю упражнения, ты их выполняешь. Если говорю отдохнуть, ты отдыхаешь. – Она идет к небольшому кабинету в задней части зала, и я следую за ней. – Начнешь с бассейна. Ходьба. Пока так. Принесла купальник?

– Да.

Я принесла все, что было указано в оставленном Хоуком в моей комнате списке, хотя не ожидала в первый же день демонстрировать свой купальник.

Каттер показывает на дверь напротив ее кабинета.

– Женская раздевалка там. Ходьба на полчаса. Когда закончишь, приходи ко мне.

– Хорошо.

Кикбоксер наносит убийственный удар голенью. Его движения плавные и контролируемые, совсем не похожи на грубую силу стиля борьбы Рида. Требуется время, чтобы развить такой контроль. Необходимо годами отрабатывать одни и те же упражнения и техники, пока они не станут второй натурой. Футбол требует такого же уровня дисциплины.

Парень наносит удар локтем, и Лазарус оступается. Борец торопится помочь ему подняться, и сердце начинает колотиться в моей груди.

Я отворачиваюсь и иду в раздевалку.

* * *

После получаса ходьбы в бассейне могу признаться, что колену легче. И вид тоже не подкачал. Напротив моей дорожки окно, отделяющее боксерский зал от бассейна. Примерно на двенадцатом круге появляются какие-то парни и колотят по боксерской груше, но их не сравнить с кикбоксером на ринге.

Поджарый и с идеальными пропорциями, совсем не бодибилдер, у этого парня именно такое тело, какое мне нравится.

Если бы я ходила на свидания, а он не был борцом.

Вылезаю из воды и, присев на край бассейна, выжимаю волосы.

Кикбоксер наносит три удара в корпус и комбинацию. Лазарус откладывает подушку и рукой показывает широкий круг. Парень кивает и бежит по рингу, руки на бедрах, по мускулистой спине течет пот. В углу ринга поднимает бутылку воды и делает глоток. Затем тянет черный объемный шлем, но Лазарус качает головой и подзывает к себе.

Обматываю полотенце вокруг талии и в последний раз скольжу взглядом по его плечам. Наверное, он козел. Я, как и любая девчонка, ценю классное тело, но то, какие чувства вызывает у меня парень, перевешивает все остальное.

Он должен обязательно быть веселым и умным. Если парень ненавидит футбол или фильмы ужасов, долго он не продержится. Спортивный и может сам постирать свои вещи – плюсы.

Рид обладал плюсами. Преуспел в MMA – без допинга – и знал дорогу к прачечной в своем доме. Рид был не идеальным, но опытным. Вот только совсем не веселым, но я этого не замечала. Я потеряла папу. Тогда мое чувство юмора практически полностью отсутствовало.

В раздевалке принимаю душ, переодеваюсь и собираю мокрые волосы в хвостик. А когда выхожу в боксерский зал, Каттер стоит возле ринга. Она видит меня и смотрит на часы.