Хочу... в постель! - Кэтрин Манн

Спустя два месяца

Возвращение домой, к жене, стало одним из самых больших удовольствий в жизни Конрада. Он припарковался у клиники, в которой она работала. Их клиники. Конрад был готов дать Джейн многое, но она хотела одного: работать в Африке и помогать людям.

Как же он любил жену, ее любящее доброе сердце!

Конрад сразу заметил ее среди толпы ребятишек, гоняющих футбольный мяч. Прошло всего два месяца с тех пор, как Джейн начала здесь работать, но по ее инициативе уже началось строительство детского центра, в котором взрослые могли бы оставлять детей, пока проходят лечение.

Конрад не раз повторял, что ей незачем работать, не щадя себя, но Джейн только округляла свои голубые глаза и говорила, что раз в месяц они могут посетить оперный театр, правда, при условии, что он будет вести себя восхитительно безнравственно до самого антракта. Несмотря на все попытки Конрада баловать ее, он вдруг обнаружил, что его жена стала независимой. Даже чересчур. У нее появились командирские замашки, словно она взяла несколько уроков у полковника Сальваторе.

Жутов больше не представлял никакой угрозы. Около месяца назад его обнаружили в тюремной камере мертвым, с явными признаками удушения. Вероятно, кто-то из врагов свел с ним счеты.

В общем, понемногу их жизнь налаживалась.

Конрад направился к футбольному полю. Он летал в Лион, в штаб-квартиру Интерпола, чтобы обсудить свою дальнейшую деятельность. Он был рад, поскольку мог продолжить работу, однако счастье, которое охватило его по возвращении, невозможно было сравнить ни с чем. Неужели теперь он всегда будет возвращаться домой с таким чувством?

Мяч упал возле него; Конрад вернул его на поле. Джейн наконец заметила мужа, и ее лицо засветилось от счастья. Она тут же забыла про игру.

— Добро пожаловать домой! — задыхаясь, произнесла она, обнимая его.

Он закружил ее, а Джейн говорила, что ей не терпится заняться с ним любовью в душе, и была счастлива оттого, что этой ночью она будет спать не одна.

Глаза Конрада вспыхнули. И он, и она знали, что ночью спать им, скорее всего, не придется. Однако они ничего не имели против. Разве могло быть иначе? Конрад снова обрел жену, а вместе с ней — счастье.