Хочу... в постель! - Кэтрин Манн

— Если со мной что-нибудь случится или тебе что-нибудь понадобится, достаточно будет позвонить Сальваторе. Он с ними свяжется.

Она кивнула, откинулась на спинку кожаного кресла и скрестила руки на груди:

— Спасибо и на этом. Может, расскажешь подробнее об «Альфа-братстве»?

— В школе всех ребят можно было поделить на две группы. В одной из них были те, кто хотел продолжить военную карьеру. Другой группе следовало подучиться дисциплине.

Известно ли Джейн, что, вытянув ноги, она выглядит необычайно сексуально и его мысли невольно перескакивают на другое? Конраду хотелось погладить ее лодыжку, которая оказалась рядом с его ногами.

В горле у него неожиданно стало сухо, и Конрад отпил еще один глоток горячего кофе.

— Ребятам из второй группы пришлось осознать, что надо смирить свой бунтарский дух, иначе можно угодить за решетку. После окончания школы Сальваторе предложил иную разрядку нашим неуемным сердцам, причем в рамках закона.

Джейн скрестила ноги, и расстояние между ними сократилось еще на несколько дюймов. Конраду стоило большого труда смотреть ей в лицо, а не пялиться на ноги, подобно обуреваемому гормонами подростку. Неожиданно он понял, что Джейн делает это нарочно. Конрад и сам использовал сексуальную притягательность, чтобы вести разговор в нужном ему русле.

Он взял свою чашку:

— Мой отец был еще тот мошенник, Джейн, а весь мир считал его примером для подражания. Конечно, ведь он отдавал на благотворительность огромные деньги. Все забывали, что он грабил тех самых людей, которым якобы помогал.

Джейн накрыла его руку своей:

— Мне хорошо известно, что значит потерять доверие к отцу. Я тоже через это прошла.

Конрад очень давно не держал за руку свою жену. Он прикасался к ней, гладил, ласкал, занимался любовью, но не мог припомнить, когда в последний раз просто держал ее за руку.

— Да, у нас есть кое-что общее. Я долгие годы чуть ли не боготворил отца.

— Ты никогда не рассказывал мне, как твоя мать относилась к деятельности своего мужа?

— Она была его бухгалтером, — сказал Конрад. — Полковник Сальваторе оказался первым человеком, которому я был небезразличен. Джейн, у меня есть свой кодекс чести. Я должен заплатить не только за свои ошибки, но и за грехи отца. И эта работа дает мне такую возможность.

— Как странно! Мы женаты семь лет, но я ничего о тебе не знаю.

— Это моя вина. — Конрад сжал ее руку.

— Не буду спорить.

Он перевернул руку Джейн ладонью вверх и провел по ней пальцем:

— Что теперь?

— В каком смысле? — пролепетала Джейн и задышала чаще.

Что бы между ними ни происходило, их по-прежнему влечет друг к другу. Но одного желания мало.

— В лифте мы едва не занялись любовью, — начал он.

Рука Джейн словно стала неживой, в глазах появилось смешанное выражение желания и досады.

— Хочешь продолжить с того места, на котором мы остановились?

— Как отнесется к этому парень, присматривающий за собакой?

Джейн вздохнула:

— Ты ревнуешь, хотя я объяснила, что не встречаюсь с ним.

— Но собираешься встречаться, когда вернешься. — Он должен знать правду, какой бы она ни была.

Чем Энтони лучше его? Он баловал Джейн, но почему-то ей этого оказалось недостаточно.

— Если честно, я собиралась с ним встречаться, но сейчас не уверена.

Конрад не заметил, как потянулся к жене, но она остановила его, тряхнув головой.

— Джейн! Черт, я…

— Я еще не закончила. — Она сжала его руку. — Не принимай мои слова как сигнал: «Пора срывать друг с друга одежду». Я мечтаю о нормальной жизни, с мужем, на которого всегда могу рассчитывать. Я хочу детей. Я хочу, чтобы вся семья собиралась за ужином, каким бы простым он ни был. Ты можешь смеяться надо мной, но я больше не стану притворяться, что мне достаточно одной постели. Это понятно?

Конрад закрыл глаза и представил, как Джейн сидит на качелях в обнимку с другим мужчиной, а их дети играют во дворе…

— Мысль о том, что ты можешь любить кого-то другого, меня убивает, — признался он.

— Твое мнение уже ничего не значит, — мягко заметила она. — Ты устроил свою жизнь. Почему я не могу поступить так же?

Конрад пристально посмотрел на нее:

— Кто это сказал?

— Во всех таблоидах об этом пишут.

— В таблоидах? — Он хрипло рассмеялся. Правда, лучше ему от этого не стало. — Вот где, оказывается, ты черпаешь новости? А я-то считал, что ты с отличием окончила колледж.

Джейн лишилась дара речи. Чего Конрад и добивался.

— Ты хочешь сказать, что это неправда? — медленно проговорила она. — Что у тебя не было женщин после нашего разрыва?

Конрад потянулся через стол, замерев всего в нескольких дюймах от ее губ. Он ощущал дыхание Джейн на своей коже. Зрачки ее глаз расширились от предвкушения того, что должно последовать. Но нет, сейчас он целовать ее не станет.

— Я женат и к своему браку отношусь серьезно.

Она — его жена. Единственная женщина, которую он когда-либо любил. Только не сумел сделать ее счастливой.

И не мог придумать способ, как вернуть Джейн.