Супруг-незнакомец - Линн Рэй Харрис

Но теперь, если он удовлетворит желание Изабеллы, ему снова придется просить помощи Жасмин. Адан бросил ручку. Он не в состоянии был поставить подпись. Изабелла была нужна ему. И не просто потому, что так будет проще.

Он не хотел ни Жасмин, ни какую-то другую женщину. Он хотел свою жену. Ту женщину, которая родила ему сына и которую он любил.

Когда он стоял и слушал, как Изабелла тихим голосом говорит, что больше не хочет его, что он убил все, то почувствовал, как все его нервы обнажились. Сердце билось у него в голове, в горле, в животе, пока он не ощутил тошноту от этого биения.

Он влюбился в свою жену. Ему больше ничего так не хотелось, как обнять ее и крепко прижать к себе, поведать о своей любви не только словами, но и всем своим телом, каждым вздохом.

А она возненавидела его. И он не может ничего с этим поделать. Он заслужил это. Он принимал ее как должное, когда они поженились. Пренебрегал ею и оставил без поддержки, когда она больше всего в нем нуждалась. Ни тогда, ни сейчас он не заслуживал ее любви. Поэтому он стоял и слушал, позволяя ей изливать свое презрение. И когда одинокая слеза скатилась по ее щеке, он возненавидел себя за эту слезу. Он правдиво ответил на вопросы, потому что она желала от него правды, хотя это причиняло ей боль.

Адан вышел из-за стола, захватив документы по разводу. Он даст ей то, чего она хочет. Но не станет подписывать их первым.

Он вышел из кабинета, прошел по холлу, срезал путь к королевским покоям через другое крыло и ворвался в дверь. Он знал, что найдет ее здесь, потому что все еще не подыскал подходящий дом для нее. Хотя он не очень-то и старался. Ему не хотелось, чтобы она уезжала.

Она вскочила, когда Адан ворвался без стука. Она была одета в гавайские шорты и топ. Его тело заныло от вида ее обнаженной кожи. Ее волосы были, как обычно, распущены. Боже, как он любил эти волосы. Ей так шла эта прическа.

Сначала она выглядела растерянной, но потом выражение лица стало жестче. Она скрестила руки на груди и смерила его взглядом:

– С каких это пор стало приличным врываться в чужую комнату без стука?

Он протянул ей документы.

– Я тебе кое-что принес, – сказал он, тщательно пряча свою душевную боль.

Она взяла бумаги. Когда она снова взглянула на него, ее глаза расширились. Крошечная искорка надежды промелькнула в нем. Адан погасил ее. Она ненавидит его и будет рада от него отделаться. Но пусть она подпишет первой.

– Что мне нужно сделать? – спросила она.

Она прикусила нижнюю губу, и он чуть не застонал.

– Подпиши. Это то, чего ты хотела.

Она снова взглянула на бумаги:

– Ты не подписал их.

– Ты – первая.

Она подошла, положила документы на столик и расправила их.

– Мне нужна ручка, – сказала она, не глядя на него.

Он удалился в соседнюю комнату, взял ручку с рабочего стола и подал ей.

Их руки соприкоснулись, и Адан почувствовал, как его словно ударило током.

Он видел, как все чаще поднимается и опускается ее грудь, как учащается ее дыхание, как она колеблется.

Потом ручка прикоснулась к бумаге. И тогда Адан с воплем вырвал у нее документы. Она вскрикнула, когда он разорвал их. Затем швырнул бумаги на пол и схватил ее за руки.

– Я не хочу этого! – воскликнул он. – Я не заслуживаю тебя, Изабелла, я знаю. Но ты нужна мне, я хочу, чтобы ты была со мной!

Она ошеломленно застыла, затем вздрогнула.

– Я не могу, Адан. Пожалуйста, не трогай меня.

– Я знаю, ты ненавидишь меня. Я знаю, что заслужил это. Но все же, Изабелла, дай мне шанс!

Она всхлипнула, и он отпустил ее, хотя его сердце разрывалось. Но он просто не мог причинять ей новую боль. Он и так принес ей достаточно страданий.

– Зачем ты это делаешь? – спросила она. – Почему ты не можешь просто отпустить меня?

– Я люблю тебя, – сказал он. Ему было больно произносить это. – Я не могу отпустить тебя, потому что люблю.

Она опустилась на подлокотник дивана, закрыла лицо руками и разрыдалась. Ее плечи вздрагивали, всхлипы резали его сердце.

– Прости, – сказал он. Слезы полились из его глаз. – Прости. Я пойду прикажу сделать новую копию и подпишу ее. Я отпущу тебя, Изабелла, если ты хочешь.

Он повернулся, чтобы уйти.

– Адан, – позвала она, и он остановился. – Мне страшно.

Это была капитуляция. Он шагнул к ней. Изабелла поднялась навстречу, и он крепко прижал ее к себе, обнимая руками ее голову, вдыхая аромат ее тела.

– Мне тоже страшно, – признался он.

Она обняла Адана и прижалась к нему.

– Все будет хорошо. Все должно быть хорошо, раз мы оба боимся.

Он поднял ее голову и взглянул в ее прекрасные глаза:

– Прости меня за всю боль, что я причинил тебе, хабибти. Я сделаю все, что в моей власти, чтобы загладить свою вину, клянусь. Однажды ты снова полюбишь меня. Я заслужу это.

Она улыбнулась сквозь слезы:

– Боже, для короля ты определенно туп.

Он вгляделся в ее глаза и увидел любовь, которая светилась в ее взгляде. Его сердце взмыло.

– Так ты любишь меня! – изумленно воскликнул он.

– Да, – просто ответила Изабелла. – Люблю.

– Я хотел бы спросить, за что мне такое счастье, – сказал он. – Но я не стану этого делать. Я никогда не дам тебе повода сомневаться.

А затем повел ее в спальню и провел остаток дня, убеждая, как сильно он любит ее всю – ее тело и душу.