Зигель, зигель, ай, лю-лю!!! - Татьяна Казакова

– Господи! Это же мой, – я вскочила и заметалась в поисках сумки, которая валялась рядом с кроватью. – Але! Да мам, все в порядке, извини, я забыла… да, да, я потом тебе все расскажу…

Я сидела на краю кровати, сзади в спину упиралась его голова, а руки крепко обхватили меня, невозможно было пошевелиться.

– Только не говори, что тебе пора, я не могу тебя отпустить.

– Но мне действительно пора, у меня же дочка там одна. Подожди, я хоть позвоню ей.

– Скажи, что не придешь.

– Ты с ума сошел.

Я набрала номер, прижала трубку, с другой стороны к ней прижался ухом Алексей. Муся откликнулась не сразу.

– Муся, ты где?

– Мы гуляем с собаками, а ты дома?

– Нет, я задержалась на работе. Скоро приеду.

– Хорошо, мам, пока.

– Видишь, она не волнуется, – заметил он, – она гуляет с собаками. Какие у вас собаки?

– У нас, слава богу, одна…

Он закрыл мой рот своими губами, я застонала, он стал целовать меня в шею, плечи грудь, живот… Какое блаженство… Я летела все выше и выше… Какая-то сладкая пытка…

Так приятно было лежать в его объятиях и ни о чем не думать…

– Ой! – Я внезапно очнулась. – Господи! Уже ночь, наверное… Отпусти, слышишь, мне бежать надо.

– Я тебя отвезу…Ты где живешь?

– В Гольяново.

– Н-да, не близко.

– Я могу и сама доехать.

– Нет, лучше я тебя провожу, заодно и адрес твой узнаю…на случай, если надумаешь скрыться.

После душа пришлось укладывать волосы, потому что их намочила, потому что он тоже влез ко мне под душ и, потому что мы целовались. Наверное, я ни с кем так самозабвенно не целовалась. Его пристальный взгляд немного смущал, и все время ощущала на себе его руки – трогал, ласкал, обнимал, сжимал и никак не хотел отпускать.

Хоть время было позднее – второй час, но машин, казалось, не убавилось, в одном месте даже образовалась пробка.

– Зря ты поехал, я бы прекрасно доехала на автобусе и метро.

– Угу, прождала бы автобуса и не успела бы в метро.

– А во сколько оно закрывается?

– Не помню, сто лет на метро не ездил…кажется, в два. Да я все равно тебя не отпустил бы! С ума сошла? Ночью, одна?

– Тебе же еще обратно ехать, а завтра на работу.

– Ничего, я же начальник, могу задержаться… Нет, завтра не могу, завтра назначена встреча. Черт! Ну ничего, мы пораньше уйдем, успеем выспаться.

– Как это мы уйдем? Я вечером пойду к себе домой.

– Хорошо, пойдем к тебе.

– Алеша, у меня дочка почти взрослая.

– Ну да, я знаю и еще собака… одна. Заодно и познакомлюсь с ними. Хочешь, пойдем вместе гулять с ними?

– С кем? – уточнила я.

– С дочкой и собакой. Знаешь, всегда хотел иметь собаку. У тебя какая, большая или маленькая?

– У меня великая, трагическая… Ой! Здесь повернуть надо направо… теперь налево и вдоль дома. Останови у последнего подъезда.

Он остановил машину, отстегнул ремень и прижал меня к себе.

– Не хочу тебя отпускать, понимаешь.

– Я сама не хочу уходить, но мы скоро увидимся, уже сегодня.

– Ладно, беги скорее, а то за себя не ручаюсь.

Я вышла и уже у двери услышала, как сзади хлопнула дверца.

– Подожди!

Он бросил машину прямо посреди улицы, так как пристроить ее было проблематично – места-то все заняты.

– Твоя машина будет всем мешать.

– Ничего, я ненадолго, только провожу тебя до квартиры, мало ли что.

Мы вошли в лифт, он залез руками мне под куртку и опять прижал к себе. Лифт открылся.

– Какая твоя квартира?

– Вон та, справа, первая от лифта.

– Ладно, иди… До завтра.

Он вытолкнул меня, нажал кнопку, и двери закрылись. Я постояла, прислушиваясь к шуму спускающегося лифта. Вот остановился, слышны шаги, потом хлопнула дверь…

Как разведчица бесшумно открыла дверь и вошла в квартиру.

– Гав! – Неожиданно пробасила Зури, спасибо, что один раз.

Я прислушалась, в Мусиной комнате все тихо. Зури крутилась рядом, мешала раздеться, все обнюхивала меня, а потом нагло залезла на мой диван, как будто точно знала, что мне сейчас не до препирательств…

* * *

С утра начались упреки, вначале дочка, потом мамуля. Но дочке особенно некогда было выяснять подробности – торопилась в школу. А вот мама…

– Оля, я до двенадцати звонила, твой мобильный не отвечал, а на домашний звонить не стала – боялась Мусеньку разбудить. Где ты была?! Муся сказала, что ты на работе задерживаешься. Это что еще за работа такая?! Ты была у Бородина?

– Была.

– Ну что он сказал?

Сказал, что не хочет меня отпускать… сказал, что ему хорошо со мной…

– Ольга! Что ты молчишь?! Не выводи меня из себя!

– Мам, да все в порядке.

– А где ты была?

– Я к Ленке заглянула потрепаться, ну и засиделись.

– А что позвонить было так трудно? Мы все тут переволновались… Бессовестная!

Шмяк – отключилась. Ну все, теперь надо ждать Аурелию. Черт! Как нехорошо получилось…

Бабушка Аурелия позвонила через час, я уже собиралась выходить.

– Олюша, у тебя все в порядке?

– У меня все замечательно.

– Ты на свидании, что ли была?

– Была, – вздохнула я.

– Ну матери-то могла бы позвонить, ведь знаешь, какая она заполошная, и отца взбаламутила. Я бы приехала к тебе, да что-то ноги так ноют, к снегу, наверное.

– Не надо бабуль, не дергайся, у меня, правда, все в порядке.

– Ну и ладно, ну и хорошо, а перед матерью повинись, переживает.

Через пять минут позвонил папа.

– Оля, что за дела? Ты почему матери не позвонила?

– Пап, ну прости, ну забыла.

– Забыла она… Чтобы больше так не делала… У вас корм еще есть?

– Есть немного.

– До выходного хватит?

– Вполне.

– Тогда в субботу с утра привезу перед работой.

Он повесил трубку, а я взяла Зури на прогулку. Едва спустила ее с поводка, все – хвост трубой, понеслась разыскивать друзей, исключительно низкого дворового происхождения. Именно их предпочитала собакам благородных кровей. Как бы нам беспородное потомство не принесла.