Зигель, зигель, ай, лю-лю!!! - Татьяна Казакова

Зайдя в приемную Бородина, выяснила у его секретарши Гали, когда тот будет на месте. Галя посоветовала уточнить у Константина. Пошла ловить Константина. Ко мне он явно не благоволил, пытался смотреть сверху вниз, что плохо у него получалось, так как он был намного ниже меня.

Выслушав меня, он поинтересовался, какими пустяками я собираюсь отвлекать директора от глобальных проблем. Я ответила, он возмутился.

– Да вы что?! С ума сошли, что ли?! Да вы знаете, кто такая Карина Арбелян?! Да вы знаете, кто у нее отец?!

– Что случилось, Константин?

Они не заметили, как подошел Любимов.

– Да вот, Павел Витальевич, некоторые у нас поработают неделю, а уже свои правила хотят внести.

– Ну, если с пользой для дела, почему бы и не внести. – Он обернулся ко мне и заметил. – Кажется, вас Ольгой зовут, и вы сейчас на испытательном сроке у Козырева, так?

Я кивнула.

– Пройдемте со мной.

Он любезно показал рукой по направлению в свой кабинет и пошел следом за мной.

– Прошу вас, присаживайтесь, – показал на кресло за журнальным столиком, усаживаясь напротив, давая понять, что беседа будет неофициальной. – Катюша, – сказал в трубку, – будьте добры, принесите нам, пожалуйста, два кофе, – посмотрел на меня вопросительно, – или чай?

– Кофе.

– Два кофе… и печенье.

Вошла секретарша и с таким усердием принялась расставлять чашки и вазочку с печеньем на столике, что сразу стало понятно, как она относится к своему начальнику.

– Павел Витальевич, может, сходить в столовую, принести вам блинчики с мясом? Вы ведь еще не обедали?

– Спасибо, Катюша, я попозже пообедаю.

Она вышла, он взял печенье и вопросительно взглянул на меня.

– Давайте, излагайте, в чем проблема и почему это так вывело из себя Константина?

Я коротко объяснила, что, так как программу я упростила, одна сотрудница оказывается лишней, тем более, что она ничего в этом не смыслит.

– Знаете, – продолжала я, – у нее небольшой участок, но если она что-то напутает, что очень даже возможно, например, время погрузки, то произойдет сбой во всем.

– Так… – он постучал пальцами по столешнице, – попробуйте мне объяснить, что вы там упростили, хотя я плохо разбираюсь в этом. Допивайте кофе и пройдем за ваш компьютер.

Действительно, Павел Витальевич не разбирался в программах, но практически за небольшой отрезок времени он понял всю систему и оценил мой труд.

– Должен сказать, Ольга, что поработали вы не зря, и не зря вас хвалил вчера Козырев, который вообще-то скуп на похвалы. Молодец! Я полностью с вами согласен, что этот участок небольшой и простенький, но очень ответственный, и будет лучше, если сотрудники разобьют этот участок на троих… Насчет Карины… Это правда – ее непросто уволить. Попробуйте все-таки поговорить с Алексеем Арсеньевичем. Я бы и сам поговорил, но уже сегодня уезжаю в командировку.

Он позвонил Константину и попросил его выделить у директора для меня время.

Итак, аудиенция была назначена на завтра.

С утра с особой тщательностью причесалась, подкрасилась, надела любимую кофточку – в общем, привела себя в полную боевую готовность. На всякий случай выпила несколько таблеток валерианки, но все равно внутри все дрожало от волнения.

На улице немного успокоилась – погода чудесная. Солнце светит, снег лежал грязными кучками кое-где во дворе, а асфальт сухой. Плащ поменяла на кожаную куртку, правда, старенькую, но еще вполне приличную. Господи, даже не помню, когда себе что-нибудь покупала.

Про себя решила, что не буду глупить, останусь программистом, все-таки у меня дочка взрослая, ее наряжать надо, да и мне не мешало бы приодеться. Чего это я решила, что уйду? Никуда я не уйду, тем более уже въехала во все и вроде бы с Козыревым наладила контакт… Конечно, как пойдет разговор – не знаю. Может, он и предлагать больше ничего не будет. Скажет «помогли и спасибо»… Ой, не знаю, что делать…

Все утро я нервничала и дергалась, ждала звонка Константина, он должен был позвонить, но прошел обед – никаких звонков, а только я расслабилась, думая, что в конце рабочего дня уж точно не попаду к руководству, как появился Константин.

– Краснова, вы можете сейчас зайти к директору, только постарайтесь изложить все кратко, у него мало времени, куда-то торопится, а я уже ухожу. До свидания.

– Олюша, я тебя подожду, – предложила мама, тоже немного волнуясь за меня. – Мне же интересно узнать, как поговорили.

– Мам, я прошу тебя, уходи, а то я еще больше буду дергаться. Я тебе сразу позвоню, ладно?

– Ну хорошо, только позвони обязательно… Доча, если предложит остаться, соглашайся, ведь привыкла здесь уже.

– Да, да, мам, ты иди. Можешь здесь все закрыть, я возьму куртку с собой.

Одернула кофту, посмотрела в зеркало, поправила волосы… Все.

Я знала, я чувствовала, что так будет…

Не успела я войти, он как будто поджидал меня за дверью. Не дав опомниться, молча подошел и обнял и прижал так крепко, что дыхание перехватило, и на какой-то миг показалось, что сейчас сломает мне ребра, так сильно он меня сжимал. Потом оторвался, посмотрел мне в лицо и поцеловал… Мы ничего не говорили, молча целовались. Потом так же молча он оделся, взял меня под руку и, не обращая внимания на удивленные взгляды охранников, повел меня к своей машине.

– Валера, сегодня свободен, – сказал водителю.

Тот часто заморгал и вышел, а Бородин, усадив меня сзади, сам сел на водительское место.

– Посадил бы тебя рядом, да боюсь – не смогу везти машину. Не вздумай удрать.

Я не сумасшедшая и ничего такого даже и в мыслях не было, просто сидела и смотрела перед собой, даже не смея думать, что будет дальше.

А дальше было все как в тумане, хотя мы совершенно были трезвые, но какие-то опоенные. Не знаю, что это было, но сдерживаться я не могла и не могла от него оторваться. Целовала его, ласкала, в ответ он ласкал меня и понимал, что я хочу, он так старался, и все было так замечательно, что хотелось плакать.

– Ты что, плачешь? – Он целовал мое лицо, и голос был испуганным. – Я сделал больно? Тебе плохо было? Что-то не так?

Я прижалась к нему всем телом и уткнулась в грудь.

– Мне очень было хорошо…Это от счастья, наверное.

– Дурочка, напугала меня.

И опять целовал и сжимал и ласкал… Никогда, никогда не было у меня такого. Я просто одурела от блаженства, все мое существо переполнило чувство благодарности за это счастье. Бессильно растянулась рядом с ним и закрыла глаза. Он шептал мне нежно какие-то слова и целовал, в ответ я тоже шептала и целовала его…

Мы очнулись часа через три от звука трезвонившего телефона.