Четвертый муж - бесплатно! - Маргарита Южина

– Да что ты! – шепотом выдохнула Маринка. – Созрел, значит... Криська, ты мне смотри – он, конечно, страшненький, нудный, как поминки, но ты его не вздумай упускать! Прямо так себе на носу и...

– Чего это он страшненький? – возмущенно выкатила глаза подруга . – Он очень интересный мужчина! Очень!

– И главное, при деньгах, – кивнула Субботина. – Мне он тоже нравится. Да и к чему красота мужику, правда же? Ничего, потерпишь, зато ремонт сделаешь, а может быть, он тебе и вовсе с квартирой поможет. Он не скупой мужик, точно говорю – поможет.

Кристина подперла щеку кулачком, а по ее лицу бродила счастливая улыбка:

– Не знаю, а мне он кажется очень симпатичным. Такой... человечный... Мы с ним разговаривали.

– Бедная ты моя, совсем без мужика одичала, – с искренней жалостью покачала головой Маринка. – Ну, конечно же, он будет с тобой разговаривать. Куда ж ему деваться, если ты у него уже в машине сидишь... а ты что – с такой прической и каталась? Прямо вот такие кудри и были? Их же сейчас никто не носит!

– Он мне рассказывал, как он маленьким был, – никак не могла вынырнуть из воспоминаний Кристина. – Меня расспрашивал. Марин, мы с ним договорились в эти выходные съездить за город.

– А чего не к нему домой? – удивилась Маринка. – На кой черт вам клещей собирать?! И потом – что там делать-то, за городом? Или Филиппов хочет конкурентов убрать, чтобы ты вообще уже мужиков не видела? М-да... непредсказуемый товарищ, с ним непросто будет.

– А мне с ним хорошо, – пожала плечами Кристина. – Надежно как-то... я теперь на работу как на праздник бегу.

– Не вздумай еще влюбиться! С тебя станется! – пригрозила Маринка. – Учись у меня – никакой любви, зато имею все... что имею, ясно? А если бы я нюни распускала!

Кристина вдруг посмотрела на подругу с неподдельным интересом:

– Марин, а как это у тебя получается? Ну чтобы без любви? Это ж... это каторга, наверное, да?

Маринка важно задрала голову:

– Ну-у-у... уж не «Черный дельфин», но... поработать приходится. Большие деньги, они, Криська, легко не даются.

– А я бы так не смогла. Я вот смотрю на Игоря и... и мне от него ничего не надо! Я такая счастливая!

– Во дура-то, прости господи! В кои-то веки на тебя взглянул нормальный мужик, а ей ничего не надо! Ты что – решила помереть в своем этом клоповнике? В конце концов, даже неприлично молодой девушке жить в таких условиях!

– А у меня замечательные условия! – вдруг подскочила Криська и принялась кружиться по кухне. – У меня все хорошо-о-о!

Маринка взволновалась всерьез. Опять эта Кристина втрескалась по уши. Филиппов, конечно, товарищ благородный, можно сказать, частично даже джентльмен, однако... даже с ним лучше иметь трезвый рассудок. А какой у Криськи сейчас рассудок – ни трезвого, ни пьяного.

– Ну ладно, ладно, не переживай ты так, – как могла, успокаивала Марина подругу. – Я тебе сейчас... где же они у меня... я тебе сейчас диски дам, там в одном фильме Джордж Клуни – очень красивый мужчина... В другом еще... Вот – наши фильмы, там тоже красавцы есть... посмотри несколько раз! На ночь! А Клуни можно даже перед работой прокрутить, не помешает. А уж потом можно и на Филиппова смотреть. Ничего, все нормально будет.

Они еще долго сидели, болтали и расстались только затемно.

Наутро Маринка прямиком направилась к начальнику.

– Игорь Андреич, здрасте.

– О! Красавица! А ты чего это три дня на работе не появлялась? – не слишком сердито поинтересовался босс. Он вообще был в каком-то непривычно приподнятом настроении. – Опять на мужиков охотилась! Ох уж мне эти бабы!

– Вот у вас, Игорь Андреевич, одни бабы на уме! – насупилась Маринка. – А я, между прочим... По личным обстоятельствам! Болела я, ясно? Потом справку принесу.

– Три дня болела? А чего – позвонить не могла?

– Так я... я не дома болела! – пожала плечами Маринка.

– Так я ж и говорю – мужики! Они до добра не доведут, – фыркнул Филиппов. – А вообще – зря ты... Это... на три дня. У тебя нормальный возраст, одна могла бы родить.

– Да ты! – захлебнулась Маринка от такой бесстыжей догадки начальника. – Ты вообще, что ли?! Ты чего подумал-то?! Про аборт, что ли? Ну ты... Ну и наглость! Еще, главное – во-о-о-зраст! А если бы меня месяц не было – вообще решил бы, что я родила уже?! Прямо хоть на работу не заходи!

– Да чего ты разошлась-то? – улыбнулся Филиппов. – Это нормально, когда ребеночек появляется. Тебе уже пора бы обзавестись.

– А ты на меня поменьше заглядывайся, сама знаю, – все еще пыхтела Маринка. – Ты вот лучше мне скажи – ты не знаешь, чего это моя Криська такая сумасшедшая бегает? Зарплату ты ей поднял, что ли? Или в должности повысил?

Филиппов слишком хорошо знал Маринку. Он отложил ручку и взглянул ей прямо в глаза.

– Нет, не поднял и не повысил, – хитро произнес он.

– А почему? – серьезно спросила Маринка. – Чего жмешься? Видишь ведь – девчонка старается, можно и поднять.

– Еще не думал об этом, – с иронической усмешкой проворил Филиппов.

– Ну понятно: тебе хорошо не думать – сам-то при всех удобствах живешь, а ты дома у нее был? Нет? И не советую. Очень убогое зрелище. Нет, чистота там выше всяких похвал, но уж условия проживания!

– Я чего-то не пойму – то ли ты мне ее сватаешь, то ли деньги выклянчиваешь.

– Одно другому не мешает. Ты сначала деньги дай, а потом и сватайся. А ну как девчонка подумает, что ты прижимистый сухарь? О тебе же пекусь.

– Да когда ты о мужиках пеклась? Ты же только о себе, любимой, всегда беспокоишься, – парировал Филиппов.

– А вот тут ты не прав. Я завсегда беспокоюсь о спонсорах, – скривила Маринка рожицу и принялась кривляться дальше. – Я вот о них в первую очередь думаю: а не заболели ли, а не обанкротились?

– А... а Кристина тоже... так думает? – выдавил из себя Филиппов.

Маринка только поморщилась и махнула рукой:

– Ой, Филиппов, я тебе так скажу: она вообще думать перестала. Носится как белка, чумная вся... Я думаю – сдурела. Влюбилась то есть.

– Ну что же, – довольно выпрямился начальник. – Любовь – это хорошее... Это самое светлое состояние!

– Сразу после белой горячки, – согласно кивнула Маринка. – Ну хорошо, пойду я, буду работу работать... У тебя синяя папка такая лежала, ты мне ее дай на денек, мне там одна вещица покою не дает...

Она взяла документы, и мысли ее теперь были исключительно рабочего плана.

Буквально через две минуты к Марине в кабинет влетела счастливая Кристинка:

– Марин, ты бы к Филиппову зашла, объяснила, почему тебя не было-то. А то он спросит – а что я скажу?