Четвертый муж - бесплатно! - Маргарита Южина

– Саша! – крикнула Маринка несколько запоздало. Он уже завел мотор и ее попросту не слышал. – Саша! Ты куда? А ко мне?!

Через минуту от ее супруга осталось только облачко пыли. Умчался...

– Я ничего не понимаю... – уселась Марина на скамеечку. – На кой черт он тогда вообще приезжал?

А уже через минуту она набирала его номер.

– Алло! Саша! Ты что хотел-то? Ничего не сказал – взял и уехал.

– Я хотел посмотреть, как ты нашу квартиру подготовила. Мы же у тебя жить будем, пока у меня ремонт. Вот и думал... но сейчас все равно поздно. Как-нибудь в следующий раз.

– А... а зачем ко мне приходил твой отец – тебя уже не интересует? – Она очень боялась, что он сейчас просто возьмет и положит трубку. Она хотела с ним говорить и говорить. Но он только пояснил:

– А с отцом я сам поговорил. Он больше не будет к тебе приходить.

И мобильный отключил.

– Это ж надо так меня не обожать! – откровенно не понимала Маринка. – И когда я только успела такую ненависть вырастить? Интересно – какая муха его долбанула, когда он мне предложение делал?

И все же у нее теперь появилась надежда! Она должна привести свою двушку в изумительный вид! Она ее так уберет, такие шторы повесит, такие подушки бросит на диваны, что этот Александр Ирбис просто не сможет от них оторваться!

С этой мыслью Маринка поднялась с лавочки, шагнула в подъезд – и направилась в другую свою квартиру, Ирбисовскую подарочную. Эх, как все-таки хорошо иметь много недвижимости – хорошей и разной!

Дни проносились с невероятной скоростью, Маринка просто разрывалась. Она старалась привести в порядок все дела на работе – а вдруг ей надо будет срочно уходить в декрет? Она таскалась с Кристинкой по магазинам в ее предсвадебном переполохе, а потом еще приезжала к себе и наводила уют. По идее, там и наводить-то ничего не надо было – ремонт ей делали два месяца назад – она даже дизайнеров вызывала. Раз обмен двух квартир на одну роскошную откладывается и жить семья Ирбисов будет пока у нее, подготовиться Маринка решила как следует. Покупала детскую мебель, расставляла, меняла местами, непонравившееся возвращала в магазин, снова что-то покупала... Суетилась. Но к Ангелинке всегда успевала заезжать.

– Твой-то – добивается, – почему-то шепотом говорила с ней Валентина. – Хороший какой мужик. Ты его не бросай, слышь. Такого больше не найдешь.

Валентина уже была наслышана про хронические замужества Маринки и переживала за нее.

– На кой тебе еще какой-нибудь старикан? Этот-то какой, а? И девочку взять согласился...

Марина только согласно кивала, хватала девчушку и уже ей рассказывала все. И про то, что ей тоже хочется волноваться и бегать по свадебным магазинам, как и Кристинке. И про то, что этого мужа она получила просто даром, то есть бескорыстно, и то, что он совсем ей не звонит, а только пишет эсэмэски, отчитывается о своей деятельности по усыновлению. И про то, как она устала от одиночества...

Ангелина слушала внимательно и только тянулась ручонками к Маринкиному лицу. Утешала, наверное.

– Ничего, уже совсем-совсем немного – и мы будем вместе, – мечтательно говорила Маринка. – Будем все вместе. Вот посмотришь.

Выработалась привычка забегать в поликлинику или останавливаться возле мам с колясками и выспрашивать всякие мелочи. И еще – у Маринки теперь появилось хобби: каждый вечер она заезжала в детские магазины и подолгу выбирала костюмчики, рубашечки, ползунки, колготочки, обувь всех цветов и фасонов, игрушки, предметы детской гигиены – и это было настоящим счастьем! А вечерами она садилась за компьютер и погружалась в работу – хотелось, чтобы у Филиппова даже тени раздражения не появилось после ее ухода в декретный отпуск. Она знала, как нужна у себя в компании.

Ирбис появлялся лично всего один раз – пришел посмотреть, куда ему придется переезжать и перевозить ребенка. Квартира ему понравилась, Маринка это сразу поняла, но похвалы не дождалась.

– Сойдет... только ты хоть полы помой.

– Да я их каждый раз мою! Не то что некоторые! – набычилась Маринка.

Дальше по всем законам жанра он должен был считать себя виноватым и извиниться, но этот уверенный гусь, видимо, вообще никаких жанров не признавал.

– И надо завести цветочки! Три штуки – сюда и вот сюда их поставить. Ну надо же вкус воспитывать...

И снова ушел – ни на минутку лишнюю не задержался.

Последние несколько дней и вовсе только коротко отписывался эсэмэсками да раза три позвонил.

А вот в пятницу заявился прямо с утра на работу и, кротко постучавшись, вошел к Маринке в кабинет.

– Ты... Откуда ты узнал, где я работаю? – не могла поверить своим глазам Маринка. – Я точно помню – я тебе не говорила.

– Марина Ивановна, – устало пояснил Ирбис-младший. – Я столько ваших документов перелопатил... неужели вы думаете, что там нет ни строчки о вашей работе?

Точно! Она же сама ему давала эти документы.

– Поехали за дочкой, – проговорил Александр и с каким-то напряжением посмотрел на Маринку.

А у Маринки отчего-то сразу задрожали руки. Но ответить она постаралась как можно спокойнее:

– Конечно, давно пора. Поедем.

– Марина Ивановна... – заглянул любопытный Сантимов – гостя начальницы он заметил еще в коридоре. – Марина Ивановна, я вот хотел узнать...

– Сантимов, со всеми вопросами к Филиппову, – ледяным голосом отрезала она, и у Ирбиса от удивления брови полезли вверх – такой он еще свою супругу не знал. – Иди, Сантимов. Я сейчас занята. Уезжаю. Пойдем, Александр.