До тебя… - Марина Кистяева

Настя проснулась от того, что стало холодно. Словно её лишили чего-то надежного, уютного. Недовольно заворчав, девушка кое-как перевернулась на спину, и её губ коснулась невеселая улыбка.

Место Михаила пустовало.

Вот оно, как интересно выходит. Ложась спать, Настя с замиранием сердца ожидала очередной порции сексуальных поползновений мужа, но тот, безэмоционально пожелав ей спокойной ночи, потушил свет и лег спать. Он вообще был немногословен после того, как выслушал её монолог у пруда.

Вздохнув, Настя села на кровати и убрала за уши непослушные волосы. Хотелось пить, а на ночь пить много нельзя. Отечет да и тяжесть в почках ей ни к чему. Но сегодня она сделает исключение.

Спустив ноги с кровати, Настя прошла к столику и нахмурилась. Воды в графине не оказалось. Видимо, Ирина Васильевна закружилась и забыла наполнить. Ничего, спуститься в кухню, не царских кровей, не переломится. Проигнорировав тапочки, Настя, накинув на плечи халат, вышла из спальни. Огромный особняк спал, как и положено. Настя по-прежнему не могла привыкнуть жить в столь огромном доме. Столько пустующих комнат, огромных, заполненных дорогой мебелью. Зачем люди строят себе подобные дома? Хотя с Зареченским понятно, статус и прочее. Она довольно много информации нашла на мужа в сети. И это ещё больше печалило её.

Она сказала Мише чистую правду – она не знает, как с ним бороться за ребенка. Она может сколько угодно кричать, что не отдаст, но суды на стороне тех, у кого деньги. А будет много выделываться – её участь и того будет печальней. Аварии и несчастные случаи никто не отменял. Насте было страшно думать, что человек, с которым она делит одну постель и одну крышу, способен на подлость и на преступление. Но она его не знала. Абсолютно, и это пугало до дрожи.

Спустившись на первый этаж, Настя увидела, что из одной из дверей видна полоска света. Кажется, это комната была кабинетом или чем-то вроде библиотеки. Получается, Миша там? Настя остановилась, подумала, потом всё же прошла на кухню, где попила воды.

– Ты что не спишь?

Михаил двигался почти бесшумно, но Настя услышала легкий скрип двери и только поэтому не вздрогнула от его голоса.

– Не знаю.

Она обернулась и сразу же насторожилась.

Муж был выпивший. Причем, основательно.

Он стоял в дверном проеме и наблюдал за женой. Вид у него был немного помятым, отросшие волосы находились в беспорядке. Из одежды только спортивные домашние штаны, сидящие на бедрах неприлично низко. Невольно взгляд Насти прошелся по животу с «кубиками», пробежался по темной дорожке волос, что уходила к паху. Кстати, про пах. Из-под резинки штанов немного были видны паховые волосики.

Настя поспешно подняла взгляд к лицу. Не стоит лишний раз провоцировать мужчину, тем более, нетрезвого.

– И я вот ни хрена не знаю, почему не сплю… Хотя… Есть догадки. Посидишь со мной? Ах, да, я и забыл… Ты же сегодня озвучила, что терпеть не можешь пьяных. А я выпил.

– Я посижу.

Слова сорвались с губ, прежде чем Настя успела взвесить все доводы «за» и «против».

Но слово, как известно, не воробей.

Брови Михаила скользнули кверху. Он усмехнулся.

– Что ж, неожиданно. Спасибо. Твоё согласие это часть попытки примирения?

– Часть попытки понять себя. И свою жизнь.

– Выпить не предлагаю. Тогда чаю?

Настя призадумалась. А, была не была. Завтра у врача спросит мочегонное средство.

– Не сидеть же мне без дела.

– Я заварю.

Теперь пришла её очередь удивляться.

Олигарх, заваривающий чай – зрелище, которое не стоит упускать.

Настя кивнула, прошла к небольшой тахте и опустилась на неё, кое-как подобрав ноги, и не замечая, как полы халата разъехались, обнажив бедра, виднеющиеся в глубоком вырезе сорочки.

– Спасибо. Зеленый без сахара.

– Я видел, как ты себе завариваешь.

– Приятно, что запомнил.

Мужчина хмыкнул и прошёл к шкафам, откуда достал чай.

– А ты… пить ещё будешь?

– Хотелось бы. Вообще я шёл на кухню за виски.

– О как…

– Да.

– И что сейчас?

– Не знаю. Ты же не любишь пьяных.

– А раньше… Миша, как раньше я относилась к тому что ты выпиваешь?

– Обычно. Ни разу мне не говорила, что тебя тошнит от алкоголя. Даже когда забеременела. Сегодня впервые от тебя услышал.

У её мужа была шикарная спина. С красивыми позвонками, с проработанными мышцами. И талия не узкая, а соответствующая широким плечам. Когда он двигался, мышцы играли, приковывая внимание Насти.

– А я тоже выпивала?

– Ты так говоришь «пил» и «выпивала», точно подразумеваешь не искусство пития и принятие спиртных напитков, а хронический алкоголизм в запущенной стадии. Возвращаясь к твоему вопросу. Да, ты тоже выпивала. В основном, вино и пиво. Как только забеременела, я запретил тебе прикасаться к спиртному.

– А я могла?..

Теперь в её словах слышалось недоумение с примесью злости.

– Будем думать, что нет.

Настя нервно кивнула.

– Да, будем думать… Н-да, хоть с тобой вообще не общайся, Миша.

– Это ещё почему? – в его голосе прорезалось удивление, он даже обернулся и послал жене недовольный взгляд.

– Ты постоянно мне говоришь обо мне же гадости. Вот есть я, – Настя ткнула себе в грудь рукой, – вроде бы осознанный человек, способный анализировать и делать выводы, что нравится и что нет. И есть ты. Мой муж, по сути единственный близкий мне человек. Миша, не смотри на меня так, я помню про развод и про то, что я за тебя вышла замуж по расчету. Тетку, которой я отправляла ежемесячное содержание, я в расчет не беру, хотя, наверное, и надо. Сейчас я опираюсь на ту информацию, что ты даешь мне. И она ужасна. Честно, Миша. Я уже не хочу что-либо новое узнавать о себе прошлой.

Электрический чайник щелкнул, и мужчина, сыпанув чай в маленький белый заварник, щедро плеснул в него воды. После чего направился к бару, откуда достал початую бутылку. Стакан нашелся там же.