В неге объятий - Сьюзен Мейер

Охотно поддаваясь неожиданному натиску, Лаура Бэт всем телом прижалась к Антонио, отчаянно впиваясь в мужские губы.

Он горевал не по жене.

И он ее хочет.

И она все еще может стать любовью его жизни.

Вот только он разучился доверять.

Поцелуй становился все глубже, но тут вдруг зазвонил телефон. Антонио слегка отстранился и посмотрел ей прямо в глаза.

А телефон все звонил.

– Это Бернис, отцовская помощница. Она звонит, только если случается что-то действительно важное.

– Тогда ответь, – едва слышно выдохнула Лаура Бэт.

Кивнув, Антонио вытащил мобильник.

– Бернис? Что случилось?

– Антонио! – Лаура Бэт стояла совсем близко и слышала весь разговор, но стоило Антонио слегка отстраниться, как в голове немного прояснилось, и она внутренне содрогнулась. Как она могла хоть на секунду поверить, что сможет построить жизнь с человеком, который боится доверять? – Это ужасно! Ужасно!

– Успокойся, что бы ни случилось, все можно исправить.

– Не все. – Бернис всхлипнула. – «Скорая» только уехала. Врачи говорят, сердечный приступ.

Пошатнувшись, Антонио уселся на стул.

– Сердечный приступ?

– Бог ты мой! – выдохнула Лаура Бэт, мгновенно забывая о собственных сомнениях и тревогах.

– Да! Быстро, поехали в больницу.

Бросившись к «ламборгини», они помчались в город, остановившись лишь у величественного здания с колоннами, арками и лепниной. Оказавшись внутри, Лаура Бэт растерянно оглянулась, смутно догадываясь о смысле итальянских табличек, весьма сходных с английскими, но все кругом все равно говорили по-итальянски. Даже расспрашивавший регистратора Антонио.

– Мы не можем сейчас с ним увидеться, – вздохнул он, устало усаживаясь на стул.

– Почему? – Она машинально сжала ему руку.

– До сих пор нет подтверждения стабильности его состояния.

Застыв от леденящего ужаса, Лаура Бэт опустилась на стул. Разве можно представить хоть один детский праздник у Оливии с Такером без огромного шумного Констанцо Бартулоччи, ставшего кем-то вроде всеобщего любимого дядюшки?

Но если она так переживает, то что же сейчас должен чувствовать Антонио?

Глубоко вдохнув, она чуть крепче сжала его ладонь.

– Знаешь, вернувшись из Барселоны, мы с ним почти не разговаривали, – начал Антонио. – Когда я к нему заходил, он сказал, что устал, и извинился, что бросил нас в Барселоне, но больше ни о чем говорить не захотел. А потом я его больше не видел.

– Мы были немного заняты.

– Я должен был его навестить и разговорить. Или хотя бы дать понять, что сам на него не злюсь. – Антонио устало вздохнул. – И почему мы с ним постоянно пререкаемся?

Лаура Бэт снова чуть сжала ему руку, чувствуя, как ее переполняет чувство цели и предназначения, связавшее их вместе. И сейчас ей всего лишь нужно слушать слова, в которых он вряд ли сумел бы признаться кому-либо другому. Потому что даже если он сам того и не осознает, он ей доверяет.

– Вы так показываете свою любовь.

– Точно, – усмехнулся Антонио. – Ну или он просто меня ненавидит.

– Если бы он тебя ненавидел, то не лез бы в твою жизнь.

– Он туда постоянно лезет.

– Да, но у него лишь благие намерения. И что-то мне подсказывает, что Оливия с Такером только рады, что он заставил их вместе приехать в Италию на твои поиски.

– Сводник, вот он кто.

– Многие были бы рады, если бы их отец так старательно всем помогал.

– Я тоже рад. И очень им горжусь. – Вздохнув, Антонио закрыл глаза. – Жаль, что я ни разу ему этого не говорил.

– Думаю, он это и так понимает.

– С чего бы? Я же только и делаю, что ору на него.

– Да, но при этом ты всегда с ним честен. Хотела бы я, чтобы у меня с родителями были такие же доверительные отношения.

Антонио удивленно на нее посмотрел.

– А они не такие?

– Я до сих пор не сказала им, что беременна. – Лаура Бэт пожала плечами. – Боюсь их реакции. А вы с Констанцо никогда друг от друга ничего важного не скрываете. Даже если порой и разговариваете слишком громко.

– А ты вообще родителям звонила?

– Один раз, сказала, что временно перебралась в Италию.

Они еще немного поговорили, а потом наконец пришел доктор и сказал, что Констанцо перенес легкий сердечный приступ, но еще нужно сделать несколько анализов, а потом его отпустят домой.

– Возможно, еще придется сделать шунтирование, и нужно соблюдать диету, – закончил доктор. – У вас есть пять минут, а потом он отправится на анализы.

Рука об руку они пошли к Констанцо.

– Не ел бы столько бутербродов, ничего бы с тобой не случилось, – объявил Антонио, заходя в палату к отцу.

– Лаура Бэт, – Констанцо явно обрадовался ее появлению, – я едва не умер, скажи сыну, чтобы он был подобрее.