Тот, для кого живу. Продолжение - Александра Ронис

Демидов не мог не предложить подвезти Лену, и она не стала отказываться. За то время, что они вместе провели в отделе, в кабинете у следователя, ушло между ними неудобство, чувство скованности. В машине ехали уже как давние знакомые, когда можно и не болтать ни о чем и чувствовать себя при этом свободно и комфортно.

Он уже многое о ней узнал, гораздо больше, чем знал как о своей сотруднице. Двадцать семь лет, разведена, детей нет. Проживает одна в квартире по улице Юбилейной, не очень далеко от офиса. В отношениях ни с кем не состоит, как сделал вывод из ее реплики.

Лена… Как его первая жена, с которой ему было хорошо, но… очень похожая на Ксю, его вторую жену… Бред, ему везде мерещится Ксю, это ненормально. Пора избавляться от этой болезненной тяги. Как там говорят в народе? Клин клином вышибают? И пусть не эта очень даже симпатичная Лена, тогда кто-то другая?

Влад аккуратно затормозил у подъезда, на который ему указала девушка, но двигатель глушить не стал.

— Спасибо, Влад, — еще раз поблагодарила его Лена и, кинув взгляд на подъезд, слегка нахмурилась. Чуть пригнувшись на сиденье, пробежалась глазами по темнеющей высотке и едва слышно напряженно выдохнула.

— Что такое?

— Света нет в подъезде, — кинула взгляд на изящные часики на запястье. — И лифт уже, скорее всего, не работает.

— На каком этаже живешь? Проводить?

— На последнем, — как-то смущенно засмеялась она и попросила: — Если можно. С детства темноты боюсь. Знаю, что глупо, но боюсь.

Влад без слов припарковал машину на свободном месте, пошел вслед за девушкой. К слову, не зря она боялась в одиночку заходить в темный подъезд. Несмотря на то что снаружи дом выглядел вполне солидно, внутри он оказался «убитым». Обшарпанные разрисованные стены, криво висящие почтовые ящики, раздолбанные ступени, мешки мусора у квартирных дверей. В круге света от фонарика телефона все это выглядело жутко и зловеще. Но чем выше, тем ситуация становилась лучше. Или просто жильцы верхних этажей оказались более аккуратными и сознательными.

Демидов посветил Лене на дверь, чтобы она смогла справиться с замком, и выключил фонарик только тогда, когда свет из прихожей озарил лестничную площадку.

— Спасибо, — снова поблагодарила девушка, стоя на пороге квартиры. Влад остался стоять за порогом. — Уже поздно, — она снова бросила взгляд на часы. — Тебя, наверное, уже дома потеряли?

— Да нет, все нормально, — усмехнулся мужчина. — Не потеряли. Я один живу.

— Тогда, может, чаю? — Лена как будто даже оживилась. — Или чего-нибудь покрепче?

— Чтобы стресс снять? — пошутил Влад, не отказывая напрямую. — Только я за рулем.

— А может… — девушка задумалась. Ей почему-то не хотелось, чтобы Влад уходил. Ну и что, что он ее начальник? Он ей, можно сказать, сегодня жизнь спас. — Ужин? Ты не голоден?

— Есть немного, — признался Демидов. Он только сейчас почувствовал, что действительно проголодался.

— Тогда заходи, — просияла Лена.

Пока Влад разувался, мыл руки, девушка уже умчалась на кухню. Сразу же там зашумел чайник. Демидов огляделся. Хороший ремонт, везде чистота и порядок. И никаких признаков пребывания мужчины. В ванной комнате ряды всевозможных флакончиков с шампунями и гелями, на полочке перед зеркалом стеклянные бутылочки с духами (сразу видно, что дорогие), куча косметики и всего лишь одна зубная щетка в стаканчике.

Вскоре на кухне что-то зашкворчало в сковородке. Потянуло ароматным запахом, и Влад, сглотнув голодную слюну, прошел на кухню. Лена, стоя у плиты, обжаривала куриное филе с грибами и луком.

— Только у меня хлеба нет, — предупредила она, оглянувшись на застывшего в дверях мужчину. — Я его не ем.

— Еще, поди, и после шести не ешь? — предположил он, задержавшись взглядом на ее фигуре. Стройной, в обтягивающем платье из плотного материала до колен.

— Угадал, — засмеялась девушка. — Но зато у меня есть овощной салат.

Влад прошел к столу, сел на диванчик. Странное было ощущение, словно он заново открывал для себя мир. Оказывается, и помимо Ксении с ее хахалем, Воронова, Димона есть еще на земле люди, есть другая жизнь. Стоит только захотеть начать жить по-новому… Натянутая уже давно внутри пружина начала понемногу расслабляться.

— Приятного аппетита, — поставила перед ним на стол тарелку с горячим Лена, рядом еще одну с салатом из свежих овощей. К чаю предложила мед, варенье и плитку горького шоколада.

— А ты? — Владу было неловко есть одному.

Лена поняла, что скрывалось за вопросом, поэтому наложила и себе в десертное блюдце. Она поужинает сегодня за компанию.

— Вкусно очень, — нисколько не лукавя, похвалил кулинарные способности девушки Демидов. — Пальчики оближешь, — добавил, желая сделать ей приятное.

— Еще положить?

Его слова достигли цели — хозяйка была довольна, но он вежливо отказался.

— Влад, я хотела отпроситься на понедельник, можно? — раз подвернулась такая возможность, решила не упускать ее девушка. — Думала, придется звонить тебе, но все видишь, как получилось. У меня мама из отпуска прилетает, хотела ее встретить.

— Конечно, — Демидов вытер рот салфеткой, откинулся на спинку диванчика.

Еще немного времени и ему придется уходить. Или…?

Признался самому себе, что уходить из этой уютной квартирки не хочется. Но пора и честь знать…

— Ну, я пойду, Лен, — не то спросил, не то сообщил Демидов, вставая из-за стола. — А ты отдыхай. Спасибо за ужин.

Ему показалось или в ее глазах, так похожих на Ксюхины, промелькнуло что-то сродни сожалению?

— Я провожу, — Лена тоже поднялась вслед за ним, испытывая непонятную горечь оттого, что через пять минут в ее квартире останется лишь легкий шлейф мужских духов, а сам мужчина, настоящий мужчина, который не побоялся вступиться за нее, мужчина, подобно которому уже редко встретишь, уйдет в ночь. Навсегда. В следующий раз они снова встретятся лишь как начальник и подчиненная.

Влад замешкался в прихожей, неосознанно ища причину, чтобы остаться, а Лена, погрузившись в грустные картины их будущей встречи, не заметила, что он неожиданно остановился, наскочила на него. Они столкнулись, и Влад резко повернулся к ней, оказавшись совсем близко. Оба замерли.

Глаза в глаза…

Ждущий взгляд…

Манящие губы…

Пьянящее дыхание и судорожная волна в паху, сладкая истома внизу живота…

Первое касание друг к другу, осторожное, нежное, только губами…

За губами осмелели руки, а жар истосковавшегося по ответной ласке тела грозил спалить дотла…

Шорох спадающей одежды и прохлада простыней, как спасение для разгоряченной обнаженной кожи…

Недолгая прелюдия, ведь терпеть нет сил, и желанное единение на пути к взаимному наслаждению…