Герцог-авантюрист - Мэдлин Хантер

– Не имею ничего против такого титула, если он остудит желание школьниц броситься в мои объятия. – Брентворт покачал головой. – Пальма в кадке? В самом деле? На что ты рассчитывал, когда юная кокетка увлекла тебя за нее?

Лэнгфорд залился краской.

– Я не собираюсь устраивать званый вечер. Вы что, хотите, чтобы меня подняли на смех? Такое устраивают лишь пожилые леди.

– Что ж, Страттон, раз уж Лэнгфорд не собирается воспользоваться предложенным тобой блестящим решением его проблемы, то званый вечер устрою я и спасу нашего друга несмотря ни на что, – проговорил Брентворт. – Мой сад все равно красивее.

– У меня сад тоже весьма недурен, – заявил Лэнгфорд.

– У Брентворта лучше, – возразил Адам. – Но ты приходи и ухаживай за всеми девушками подряд, чтобы никто не мог сказать, будто ты питаешь какой-то особый интерес к Гермионе Голсуорси.

– Хорошо, приду. Но только в том случае, если ты уяснишь, что я не стану оказывать внимание младшей сестре Марвуда, – сказал Лэнгфорд. – Пусть с ней заигрывает мой брат Гарри. Хотя он вряд ли знает, как это делается.

– А я вовсе и не хочу, чтобы ты оказывал внимание какой-либо из сестер Марвуда, – многозначительно заметил Адам.

– В таком случае через неделю! – провозгласил Брентворт. – Пальм в кадках не обещаю, Страттон, но мой сад полон кустов, вполне отвечающих твоим целям. Уверен, ты воспользуешься ими с умом. И осмотрительно.

– Я же уже говорил, что делаю это не для себя, а для Лэнгфорда, – сказал Адам.

– А, ну конечно!.. Прости, я забыл.

– Еще раз повторю, что вам необходим лакей, – пробормотала Джослин Кларе на ухо, ставя на стол поднос с напитками.

Однако Клара не обратила внимания на слова служанки. Через три дня появится ее экономка, которая и возьмет на себя обязанности подавать гостям чай и кофе, а также открывать дверь. Еще одна служанка займется уборкой, а третья – приготовлением пищи. Штат прислуги увеличивался именно так, как и рассчитывала Клара. Правда, ей еще предстояло нанять грума и кучера. Что ж, она подыщет претендентов на эти должности, а потом купит экипаж и двух лошадей. Возможно – обзаведется еще и скакуном. Ведь ей так понравилась прогулка верхом на Галахаде…

Вспомнив о прогулке, Клара тотчас же подумала и том, что еще произошло в тот день. Подобные мысли не раз посещали ее с того самого момента, как она рассталась со Страттоном на пороге своего дома. Она бы совсем не возражала, если бы эти воспоминания породили в ее душе отвращение к герцогу. Однако всякий раз, вспоминая об этом, Клара заливалась краской и испытывала небывалое возбуждение, хотя и пыталась убедить себя в том, что у герцога Страттона исключительно корыстные мотивы.

Ох, эти исполненные романтики мгновения доставили Кларе подлинное удовольствие. Но она надеялась, что герцог все понимал правильно и не придавал особого значения тому, что на самом деле являлось ни к чему не обязывающим флиртом. Что ж, несколько поцелуев и совершенно невинные ласки еще никому не причиняли вреда. Но Клара не собиралась допускать, чтобы кто-то из мужчин сделал ее своей собственностью. А ведь именно это подразумевали брачные узы…

Клара поспешно отбросила подобные мысли – иначе кто-то из гостей непременно заметил бы лихорадочный румянец на ее щеках. К счастью, все были заняты тем, что забирали с подноса чашки с чаем и кофе и подхватывали с тарелок свежие пирожные.

– Завтра в типографии закончат печатать журнал, и к концу недели подписчики получат свежие номера, – объявила Алтея. – В понедельник Клара встретилась с нашими курьерами. И каждая из нас заберет свое количество номеров и доставит их в книжные магазины.

Леди Фарнсуорт – темноволосая дама с суровым взглядом – просматривала макет журнала.

– Полагаю, это самый впечатляющий выпуск из всех, – сообщила она. – Мне кажется, порядок расположения статей придает ему солидности, не нагоняя на читателя скуку.

Эссе самой леди Фарнсуорт шло первым в оглавлении. Она была одним из авторов, печатавшихся под собственным именем, и политические очерки, предоставляемые вдовой барона, придавали журналу вес и солидность. Леди Фарнсуорт принимали не во всех домах, ибо ее эксцентричность многими не одобрялась, но зато самые умные и образованные из мужчин с удовольствием принимали ее в свою компанию. Она уже давно стала притчей во языцех, так как прямо и откровенно высказывалась о многих сторонах жизни высшего света, но ее нисколько не волновало общественное мнение.

Клара и Алтея сочли, что статьи леди Фарнсуорт добавят их журналу популярности, и поэтому очень обрадовались, получив ее согласие на сотрудничество с «Парнасом». И теперь они могли не опасаться обвинений в том, что журнал, публикующий статьи анонимных авторов, пишется одним человеком.

– А мне очень понравилось, что типография совершенно не исказила мои рисунки, – проговорила леди Грейс и отерла изящные пальцы о льняную салфетку, чтобы не перепачкать сахарными крошками свое безупречно скроенное шелковое платье.

Клара всегда завидовала нарядам леди Грейс, выгодно подчеркивавшим достоинства ее стройной гибкой фигуры. А если к этому добавить красивое лицо с тонкими чертами, пышные темные волосы и губы, напоминавшие бутон розы, то становилось понятно, почему многие представительницы высшего света испытывали к ней откровенную ненависть.

– Надеюсь, их не перепутают местами, – добавила леди Грейс.

– Мы уже видели первые отпечатанные номера, и там все отлично, – сообщила Клара.

На самом деле подготовка иллюстраций стоила ей немалых денег, но она считала, что они очень украшали статьи о моде и делали их более информативными. Если бы «Парнас» находился на самоокупаемости, они не смогли бы позволить себе такой роскоши, как иллюстрации леди Грейс.

– Кажется, все в порядке, – провозгласила леди Фарнсуорт, откладывая макет журнала в сторону. – Вы превзошли себя. Полагаю, мы могли бы отметить это событие чем-то более крепким, нежели кофе.

– Миндального ликера, к сожалению, нет, – сказала Клара.

– А что есть?

Алтея лукаво улыбнулась подруге.

– Да, что у тебя есть? Наверняка ты хранишь что-то для медицинских целей.

– Полагаю, найдется немного хереса. Джослин, принеси, пожалуйста, херес и четыре бокала.

Далеко ходить не пришлось, поскольку графин с вином и бокалы стояли в серванте здесь же, в гостиной.

Леди Фарнсуорт налила себе полный бокал, прежде чем передать графин служанке, чтобы та наполнила бокалы остальных дам.

– О, посмотрите-ка!.. – воскликнула леди Грейс. – Тут напечатали еще одно стихотворение миссис Кларк. Я так рада!.. – Она все еще просматривала макет журнала, лежавший у нее на коленях. – О боже, оно так и брызжет сатирой. – Леди Грейс сделала глоток вина, потом тихонько рассмеялась. – Ее в самом деле зовут миссис Кларк?

– Да, – кивнула Клара.