Герцог-авантюрист - Мэдлин Хантер

– Я действительно намерен ее соблазнить, – заявил Адам и не солгал.

Клара ведь никогда не примет его предложение: он знал это еще до того, как его сделал, – но предложение руки и сердца служило оправданием его визитов и настойчивого внимания.

Лэнгфорд мысленно потирал руки. Наконец-то они коснулись его любимой темы! Будучи непревзойденным дамским угодником, он всегда был готов дать дельный совет. И вот сейчас ждал, что друзья попросят его помощи.

Однако более практичный и весьма скептически настроенный Брентворт вновь с подозрением посмотрел на Адама.

– Надеюсь, ты не собираешься вынудить ее брата вызвать тебя на дуэль в попытке защитить честь сестры? Поверь, это не сработает. Она не юная девица и скорее всего не девственница. К тому же Тео не настолько храбр и безрассуден.

– Меня совершенно не интересует дуэль с ее братом, – ответил Адам. – Тем более из-за ее чести. Напротив, я рассчитываю на то, что ему нет никакого дела до старшей сестры.

– Вот и хорошо, – кивнул Брентворт.

– Ну и как, Страттон, наметился прогресс? – поинтересовался Лэнгфорд. – Я слышал, она не склонна любезничать со своими воздыхателями и терпеть не может лести.

– События развиваются довольно быстро.

– Черт возьми, что это означает? Выражайся яснее, дружище. Ты уже ее поцеловал? Если нет, то рубины были куплены слишком рано.

– Страттон тебе ничего не скажет, – произнес Брентворт. – Он никогда не имел привычки болтать о своих победах, и я уверен, что в этом смысле ничего не изменилось. Ты только посмотри на него. Какое самодовольство написано на лице! Наши вопросы его лишь забавляют. Он ничего не расскажет. Разве что ты выманишь ответ хитростью.

Лэнгфорд рассмеялся.

– Страттон, позволь мне заказать всем нам еще эля.

– Если у меня появится что-то действительно интересное, ты, Лэнгфорд, будешь первым, кто об этом узнает. Я бы обратился с такими же словами и к Брентворту, но он теперь выше всего этого.

– Ну, не настолько уж выше. Честно говоря, я опасался, что твои намерения серьезны. В конце концов, даже ее собственный отец втайне считал, что она не подходит на роль жены герцога. – Брентворт сказал об этом как о чем-то обыденном и прекрасно всем известном.

Адам взглянул на него с удивлением.

– О чем ты?…

Брентворт пожал плечами.

– Три года назад старик поднял эту тему, хотя и не слишком охотно. Мне показалось, что только отцовский долг толкнул его на попытку выдать леди Клару замуж. Похоже, я показался ему подходящим кандидатом. Однако после разговора с ним никому бы и в голову не пришло ухаживать за его дочерью и уж тем более – просить ее руки. Говоря о ней, он… В общем, это все равно что пытаться продать лошадь, но при этом указать на все ее недостатки.

Лэнгфорд рассмеялся:

– А лошадка-то далеко не первой свежести…

– Отсутствие у меня энтузиазма ничуть его не смутило и не обидело, – продолжал Брентворт. – Кажется, он меня понял и даже согласился с моим решением.

– Может, его подтолкнула к этому разговору гарпия-мамаша? – предположил Адам. – Вот он и поговорил с тобой… То есть исполнил свой долг – и остался очень доволен результатом. Видишь ли, леди Клара была его любимицей.

– Страттон, зря ты упомянул вдовствующую графиню, – проворчал Лэнгфорд. – Испортил такой замечательный день… С этой особой тебе надо поосторожнее. Если она пронюхает о твоих намерениях, то ты вполне можешь превратиться из жеребца в мерина.

– Нет-нет! – Адам покачал головой. – Не думаю, что леди Клара откровенничает со своей бабкой. Она ревностно отстаивает свою независимость… И совершенно не терпит советов и вмешательства в ее личную жизнь. Но я запомню твое предостережение. Что же касается моих намерений, то приезд семьи леди Клары в Лондон может стать серьезной помехой. Вряд ли у меня что-то получится под неусыпным оком графини.

– То есть ты хочешь сказать, что тебе необходимо остаться с леди Кларой наедине. – Глаза Лэнгфорда плотоядно заблестели. – Позволь поделиться с тобой пятью лучшими способами сделать это, основанными на моем собственном опыте.

Лэнгфорд принялся разглагольствовать о преимуществах разработанных им стратегий, и Адам не стал его останавливать. Даже Брентворт не отказался послушать.

У каждого мужчины имелся какой-то особый талант, и только глупец стал бы отрицать наличие такового у Лэнгфорда.