Подсадная невеста - Элен Бронтэ

Спустя четыре дня Мередит оказалась в библиотеке вдвоем со Стивеном Грэхемом. Все эти дни их хитроумный замысел обретал облик успешного мероприятия, и вот сегодня Мередит, с полного одобрения отца и матери, должна была вернуть жениху слово, данное не ею, и прервать помолвку, длившуюся более трех месяцев.

Обоих неудержимо тянуло хихикать, возможно, так сказывалось напряжение последних недель. Обед у Грэхемов прошел с большим воодушевлением, и причиной была не только установившаяся хорошая погода. Август решил начать свое течение с солнечных дней, тем самым как бы извиняясь за неудачный июль, и весь месяц должен был быть наполненным пикниками, прогулками, поездками и последними летними балами. Среди всего этого великолепия обед у Грэхемов мог оказаться лишь одним из череды подобных мероприятий, если бы все гости не заметили особенной атмосферы в доме. Пахло скандалом, и ни одна опытная сплетница не могла пропустить этот тонкий, тревожный и возбуждающий светское общество аромат.

Виконт Стенфорд сидел по одну сторону от мисс Бартон, ее жених – по другую, и оба мужчины вели себя не так, как от них могли ожидать друзья и родственники. Стивен громко болтал о том, какую чудесную новую лошадь он желает приобрести к открытию охотничьего сезона, не обращая ни малейшего внимания на негодующий взгляд мистера Бартона и удивленный – своего отца. На Мередит младший Грэхем почти не смотрел, обращаясь в основном к двум старым приятелям, полностью поддерживающим его расточительные планы.

Виконт же, напротив, почти совсем отвернулся от своей соседки справа и развлекал мисс Бартон беседой, причем говорил так тихо, что остальным оставалось только догадываться, от чего мисс Бартон то и дело смущенно опускает взгляд. Взволнованный вид гувернантки Грэхемов остался незамеченным, гостей интересовали более значительные фигуры – сын хозяев, его невеста и его родовитый кузен.

Мередит наклоняла голову и смотрела в свою тарелку вовсе не от смущения. Ей тяжело было видеть расстроенный, недоумевающий взгляд мистера Грэхема-старшего. «Он простит меня, когда увидит, каким счастливым его сына сделает Джесси», – думала Мередит, почти не слушая того, что говорит ей Стенфорд.

Впрочем, виконт и не вкладывал особого смысла в свои слова. Главным для него было привлекать внимание, а что именно он произносит – совершенно неважно, лишь бы со стороны это казалось проявлением чувств.

– Мисс Хаммонд, кажется, пытается по губам прочесть, что я говорю вам, – прошептал он, прикрывая лицо салфеткой.

– Она наверняка жалеет, что у нее нет слуховой трубки, как у доктора Визингема, – невесело усмехнулась Мередит.

– Она может и попросить у доктора трубку, мисс Хаммонд очень настойчива в своем стремлении знать все обо мне и о вас. Потерпите еще немного. Скоро мы встанем из-за стола, и в гостиной вам лучше оказаться подальше от мисс Хаммонд и миссис Грэхем, – посоветовал виконт.

– Я так и сделаю, если это будет возможно. Вот только, боюсь, кое-кто из этих дам сочтет допустимым расспросить меня о происходящем. Скорее бы уж джентльмены присоединились к нам!

– Обещаю вам приложить все усилия, чтобы наша мужская компания не втянулась в длинные и бесполезные политические споры.

То ли Стенфорд сдержал обещание, то ли молодым джентльменам были неинтересны рассуждения их отцов и дядюшек, но Мередит не пришлось слишком долго обороняться в гостиной от настойчивого любопытства мисс Хаммонд и ее приятельниц. Напротив, юные леди сели отдельно, подальше от миссис Грэхем и ее кружка почтенных дам, и перешептывались, то и дело поглядывая в сторону Мередит.