Сквозь паутину лжи - Мишель Рид

Марко оплакивали всем миром. Люди толпились в церкви, на улице, они выходили из машин. Многие знали и любили Марко, и трагедия, унесшая его жизнь в столь молодом возрасте, многократно усиливала скорбь.

Лекси тихо стояла рядом с Франко, по другую руку от него стоял Сальваторе. Позади них стояла команда «Белая полоса», хотя поначалу Лекси не узнала их в строгих траурных костюмах. Мужчины по очереди подходили к Франко, чтобы выразить соболезнования, бросая любопытные взгляды в сторону Лекси, прежде чем отойти.

Перед ними стояли члены семьи Клементе. Родители Марко, его сестра и другие родственники были раздавлены горем, но все они выражали свое сочувствие Франко, потерявшему лучшего друга. Когда они вошли в церковь, мама Марко бросилась Франко на грудь и разрыдалась. Он крепко обнял ее и охрипшим голосом пробормотал какие-то слова поддержки.

Все спрашивали Франко о его самочувствии. Лекси начинала понимать, почему он заперся в доме, не желая никого видеть. Чувство вины оттого, что он выжил, а Марко – нет. Она физически ощущала напряжение Франко, когда он мрачно отвечал на одни и те же вопросы.

Она знала, что ему не нужно сочувствие и соболезнования этих людей, хотя он должен был принять их. Католическая погребальная месса была тяжелым испытанием, и Лекси опасалась, что Франко может не выдержать и просто уйти.

Отец Марко повернулся к нему и попросил сказать несколько слов о Марко. Видимо, Франко ожидал этого, потому что встал со скамейки, не колеблясь ни секунды, и все же Лекси почувствовала, как он вздрогнул. Он с тихой печалью говорил о своей дружбе с Марко, продлившейся двадцать лет, и новая волна скорби облетела церковь, даже Сальваторе был потрясен его речью.

Лекси почувствовала внезапный укол вины: она только сейчас поняла, почему он не хотел, чтобы она приезжала на похороны. Он хотел проститься с другом и не беспокоиться о Лекси и о том любопытстве, которое она пробудит у людей своим присутствием. Он пытался блокировать все разговоры о Марко и об аварии – и все же он стоял здесь, открывая свое горе сотням собравшихся. Лекси было так больно за него, что она инстинктивно взяла Сальваторе за руку. Лекси изо всех сил сдерживала слезы – ради Франко и ради Марко.

Печальная процессия выдвинулась из церкви в сторону кладбища, но этот бесконечный день еще не закончился. После погребения они направились в особняк Клементе.

– Как ты? – осмелилась шепнуть Лекси, когда они уселись в «мерседес» Сальваторе.

– Нормально, – коротко ответил Франко.

– Ты хорошо выступил, – хрипло проговорил Сальваторе. – Я горжусь тобой, сынок.

На этот раз Франко не ответил – да и что он мог сказать? Еще ничего не закончилось. Они должны присутствовать на поминках, но Франко хотел лишь одного: сказать Пьетро, чтобы поворачивал к дому.

Первый час в доме Клементе Франко старательно избегал людей, которые знали его и Лекси по событиям четырехгодичной давности. Они все были там – золотая молодежь, и они все еще дружили. К счастью, эти люди предпочитали держать вежливую дистанцию, уважая скорбные события. Франко видел, что знакомые сгорают от любопытства, увидев рядом с ним Лекси, и все же они испытывали и некоторую неловкость, потому что никто из них не обошелся с Лекси хорошо в свое время.

Франко с холодным изумлением отметил, что даже Клаудия держится от них подальше. Видимо, она поняла, что Лекси успела ему рассказать, какую роль она сыграла в их разрыве.

Они ели какие-то закуски, которые разносили официанты, запивали красным вином, что-то говорили… А потом Франко внезапно почувствовал, что с него хватит. Он стоял рядом с Лекси и разговаривал с другом-адвокатом, когда это случилось. Краем глаза он заметил, что прямо к ним направляется Клаудия. Франко знал, что не сможет быть с ней вежливым, хотя и понимал, что сегодня стоит оставить личную неприязнь в стороне. Коротко извинившись перед собеседником, он схватил Лекси за руку и повел ее через террасу прочь от людей.

Он не понимал, что происходит, но внезапно ему стало так жарко, что сердце заколотилось прямо в горле. Прислонившись плечом к каменной колонне, Франко отпустил руку Лекси, чтобы ослабить галстук и расстегнуть пару пуговиц рубашки. Франко прикрыл глаза и сделал глубокий вдох.

– Что с тобой? – озабоченно спросила Лекси, потому что Франко выглядел так, будто вот-вот отключится.

– Все нормально, – сказал он. – Просто жарко и… Лекси протянула руку и коснулась ладонью его холодной щеки.

– У тебя кожа холодная…

– Внутри жарко, – пояснил он. – Как думаешь, долго мы еще должны пробыть здесь?

Он ее об этом спрашивает? На протяжении всего дня Франко едва говорил с ней. Он просто крепко держал ее за руку и прятал ото всех и вся. Если бы Франко не беспокоился так сильно, чтобы она ни на шаг не отошла от него, Лекси подумала бы, что он о ней начисто забыл.

Лекси дважды отходила от него. Сначала, чтобы попрощаться с Марко и бросить горсть земли в его усыпанную цветами могилу, а потом здесь, в особняке она зашла в дамскую комнату. Каждый раз он ждал ее буквально в паре шагов. Когда Франко говорил, чтобы она ни на шаг от него не отходила, он говорил это буквально. Лекси поняла, что он не хотел, чтобы она с кем-то лично поговорила.

– Ты босс. – Она с улыбкой пожала плечами. – А я лишь твой немой попутчик.

– Ты всегда была главной в наших отношениях, – улыбнулся Франко. – Ты вышвыривала моих друзей с яхты, когда они тебе надоедали. Ты уводила меня из клубов и ресторанов, не спрашивая, хочу ли я уйти. Ты флиртовала с каждым парнем и затыкала мне рот, когда я осмеливался пожаловаться на это.

– Неудивительно, что твои друзья терпеть меня не могли, – поморщилась она.