Мой граф де Бюсси - Светлана Дениженко

– В этом нет необходимости. Я про войну. Граф хочет выступить послом мира и сам собирается на днях в Париж.

– Что же – это к лучшему, – улыбнулась я. – Так вы обещаете?

– Хорошо, моя госпожа. Но если вы не признаетесь, я расскажу все сам. Срок вам даю – месяц, не больше…

– Спасибо! – благодарно поцеловала лекаря в щеку. Он весь зарделся и поспешил покинуть меня, сославшись на неожиданно забытое, чрезвычайно важное дело.

Я же, прислонившись спиной к стене бара, нахлобучив шляпу на глаза, наконец-то могла вздремнуть.

Утром меня растормошил трактирщик и кивком указал на дверь.

– Сударь, уже утро!

– Спасибо, друг! – с вечера попросила разбудить меня с первыми лучами солнца и позаботиться о том, чтобы лошади были готовы в дорогу. Посыльный, да еще состоящий на службе при королевском дворе, имел некоторые привилегии: я могла не оплачивать ни лошадей, ни постой, ни ужин, но мне хотелось хоть как-то отблагодарить за заботу. Поэтому протянула трактирщику мешочек с деньгами, он широко улыбнулся и щедро осыпал «доброго господина» благословениями в дорогу.

Ласковое слово и кошке приятно, а уж мне – тем более. Я не стала терять время на завтрак. Умылась во дворе из бочки и поспешила покинуть Анже в обратном направлении. Благодаря усилиям господина лекаря – аллергия больше не мучила, и путешествие прошло вполне успешно.

Вернувшись из любимого города брата короля, я привезла хорошие новости. Шико чуть не расцеловал меня на радостях от того, что войны не будет и, нахваливая себя:

– Ай, да я! Ай, да – Шико! – ходил по дворцу, будто павлин, распушив хвост, с превосходством посматривая на окружающих. Он знал то, что еще не дошло до сведения короля, и ждал появления Бюсси с огромным нетерпением. Что, впрочем, не мешало ему мучить меня возобновившимися уроками фехтования.

Мой учитель был настойчив. Несколько утомительных часов изо дня в день делали свое дело. Я научилась не только обороняться, но и нападать. Однажды случайно подсмотрела, как Генрих Валуа обучает ратному делу своих друзей-миньонов. Мне заполнился его коронный прием.

Отрепетировала сама с собой несколько раз и на следующем занятии преподнесла его господину Шико. Я очень удивилась тому, что он успел заблокировать удар.

Видимо, мое лицо было красноречивее слов. Шико расхохотался и изрек:

– Антуан, мальчик мой! Неужели вы действительно верите в то, что можете быть выше меня в искусстве отнимания жизни? Секреты Генриха я знаю лучше, чем он сам. Но, надо признать, вы весьма хорошо выучили урок и умело воспользовались своими знаниями.

Я ничего не стала говорить в ответ, его похвала – ничто, по сравнению с уязвленным самолюбием. Мой господин был прав во всем. Никто кроме него не знал о своем короле больше, чем даже тот сам – это верно. Так же никто не знал саму Францию лучше, чем мэтр Шико.

От мужского внимания я себя отгородила и совсем не ожидала, что беда вдруг нагрянет с другой стороны. После того, как королевский шут разнес по всему дворцу и вынес за его пределы весть о том, что его посыльный весьма неплохо умеет лишать жизни тех, кто ему досаждает, барышни вдруг воспылали ко мне страстью и излишним вниманием. Только и слышалось теперь во всех уголках Лувра:

– Господин де Шнур!

– Тот самый Антуан де Шнур!

– Вы слышали, вчера господин де Шнур снова победил на дуэли!?

Поначалу меня забавляли вымышленные успехи, затем они стали мне досаждать.

Юные девушки с нескрываемым обожанием следили за моим передвижением в стенах дворца, дамы – с подозрением, а кавалеры со скрытой ненавистью. Шико развлекался и посмеивался над моим смущением, мне же было не до шуток. Знал бы он, кто на самом деле скрывается за образом пылкого юноши, думаю, и ему бы стало не по себе.

Скрываясь от внимания придворных красавиц, я в это утро не торопилась покидать свою комнату. Роки рылся в углу у камина. С тез пор как он попался в капкан моего парика, я часто замечала его в том углу. Что так привлекало его в этом месте, мне стало понятно, когда я рассмотрела с особым пристрастием камин. С боку имелась щель, толщиной с палец. Роки толкал туда носик и старался пролезть. Взяла крысенка на руки и потянула камин за открывшийся край, он с трудом, но поддался моим уговорам.

Вниз вели ступени, я подхватила подсвечник (свечи в своей темной каморке зажигала даже днем) и осторожно спустилась по ним в подземный ход. Крыс вырывался, ему хотелось самому исследовать пространство, но я крепко держала дружка, боялась, что потеряется. Едва мы сделали несколько шагов, как услышала впереди приглушенные голоса. Затушив свечи (чтобы не заметили их отблеска посетители подземелья), вернулась к себе и прикрыла потайную дверь. Роки недовольно зафырчал и, я поняла, что в тот день мой дружок спас меня от непрошеных гостей. Интересно только, кто это был? И из любопытства или по какой-то другой причине хотели попасть ко мне таинственные посетители? Появился еще один повод задуматься и быть осторожнее. Кто-то ходит и проникает в тайны дворца. Действительно, здесь и стены имеют уши, знать бы еще чьи.

В недобрых раздумьях я вышла из комнаты и отправилась на поиски Шико, чтобы узнать о распоряжениях на сегодняшний день и заодно поведать ему о своем открытии. Долго искать его не пришлось, он сам вышел ко мне навстречу.

– Антуан! Ну, наконец-то вы выбрались из своей кельи на свет божий! – поприветствовал он, на виду у всех, притворно улыбаясь. Уж его-то ужимки я успела изучить до мелочей. Двор был лжив и лицемерен, я знала это и из книг, и ощутила сие на себе не единожды. Шут, как никто другой умел притворяться и лицедействовать, но со мной этот номер у него отчего-то не проходил.

Заранее почувствовав подвох от столько горячих объятий, насторожилась и, как оказалось, не напрасно.

– Друг мой! У нас на носу – революция! Запись в Лигу! А вы спите, как хорек в своей норе, не высовывая носа. Нехорошо! Вы записаны в Лигу? Нет?! Вот то-то же! Мой посыльный – не знает, что теперь Лига руководит народом Франции. Я записался дважды! А надо будет, запишусь и трижды, черт возьми!

Придворные согласно кивали головой, вторя его словам, а шут демонстрировал ораторское умение на все лады. Мне стало неловко под его натиском, хотелось поскорее скрыться от любопытных глаз и насмешливых взглядов миньонов. Шико взял меня за локоть и, обратившись к переполненному залу, сказал:

– Придется отвести за руку, иначе, боюсь, мой личный осел перепутает в какую книгу надо записываться.

Под общий хохот мы, наконец, покинули развеселившихся господ.

– Нашли время, когда появиться! – зашипел на меня Шико, едва мы остались один на один.

– А в чем дело-то? – забеспокоилась я, пытаясь вспомнить хоть крохи информации на это счет. Но, как это часто бывает, на ум ничего хорошего не приходило.

– В чем?! Вы издеваетесь?! Антуан, да весь Париж гудит об этом! Каждое мгновение может произойти переворот, революция, мятеж, черт возьми! Миньоны сходят с ума от безделья и желания покрошить кого-либо на мелкие куски. А тут – вы! Хорошая жертва для них, не находите? Немедленно готовьтесь в дорогу! Вернее, не так, – он задумался, затем, продолжил, – будьте готовы к тому, чтобы по первой же возможности выехать в любом направлении.