Бальтазар - Антон Вереютин

– Однако Вы одеты слишком легко для прогулки осенью, – как бы невзначай заметил Бальтазар, выйдя на крыльцо.

– Осень ранняя, – отозвалась Холанда и улыбнулась. – Если честно, я очень слабо ощущаю колебания температуры.

– Всё же я настоятельно прошу Вас надеть что-нибудь из гардероба мисс Барнс, чтобы накрыться.

Последнюю фразу услышала Энн, когда вышла к подруге, и сразу поддержала своего хозяина, вновь убежав в комнату за накидкой. Владелец Барроу-хаус этим воспользовался и начал расспрашивать гостью о прошлом.

– Мисс Хартли, а как Вы попали на то торговое судно, держащее курс в Сити? Из беседы с мистером Читером я понял, что Вас они встретили в Лондоне шесть лет назад.

Холанда удивленно взглянула на Бальтазара.

– Зачем мистер Читер рассказывал Вам, когда и где они со мной познакомились?

– Это случайно произошло, – спохватился хозяин имения. – В один из приёмов, кажется. Просто хотел поддержать беседу и вспомнил, что Вы не из Миддлсекса.

– Да. И я уже говорила Вам об этом.

От комментария в ответ на разумное негодование гостьи сэра Барроу спасла выбежавшая горничная. Она накинула на подругу шаль, и они вместе неспешно побрели в сторону калитки.

По возвращению они заметили аристократа, который словно ожидал их появления. Он попросил мисс Барнс оставить его на минутку с мисс Хартли и разрешил первой поужинать и ложиться спать; оставшиеся дела она могла довыполнить утром. Девушка обрадовалась, однако перед тем, как уйти в дом, взглядом получила у подруги молчаливое согласие.

– Я хотел попросить у Вас прощения за то, что, возможно, ставлю Вас в неловкое положение, когда обсуждаю с господами Боулз, – извинился Бальтазар после ухода горничной.

– Давайте немного пройдемся вдоль пруда, – предложила Холанда, и они пошли.

Она смотрела на небо в сумерках и изредка на спутника, который боялся пропустить любое её мимолетное движение. Внезапно сэр Барроу озвучил свое желание дружить с ней. Он признался, что впервые испытывает нечто подобное: в прошлом молодой Бальтазар буквально сразу стремился завладеть объектом своей привязанности, поэтому и женился столь скоропалительно, а сейчас ему просто доставляло неимоверное удовольствие беседовать с мисс Хартли, улавливать интонации её речи и распознавать настроение.

– Мне тоже очень нравится общаться с Вами, сэр Барроу, – спокойно озвучила спутница.

– Тогда почему Вы так холодны со мной и всегда стремитесь поскорей расстаться?

Холанда остановилась и плотней укрылась накидкой.

– Вы знаете, что мое имя в переводе с испанского означает голландское полотно?

– Не знал, но, думаю, что оно Вам очень подходит. Как получилось, что Вы плохо помните имена своих родителей, однако так хорошо запомнили собственное и даже второе имя?

– Его выкрикивала мама, когда тонула, и это последние слова, которые я услышала перед тем, как ударилась то ли о камень, то ли о скалу.

В этот момент Бальтазар понял, что настало время подробней расспросить девушку о случившемся, но сделать это так, чтобы не спугнуть её назойливостью.

– Кроме Вас, остались ли еще выжившие? Вам кто-нибудь помог прийти в себя?

– Да, меня вытащили на берег, но не те, с кем я плыла, а местные жители, если их можно так назвать.

– Сколько Вам было лет, когда это случилось?

– Около 12-ти или 13-ти, я точно не помню.

– То есть Вы не знаете, сколько Вам сейчас лет, мисс Хартли?

– Леди Боулз помогла мне сделать новые документы, они сейчас у нее. По ним мне 25 лет.

– Значит Вы почти или моя ровесница. В браке с моей последней женой мне исполнилось 26 лет. Только я это знаю точно, – улыбнулся собеседник.

Холанда тоже рассмеялась, и девичий смех помог Бальтазару ещё ненадолго ее разговорить.

– Через какое время англичане прибыли за Вами после происшествия? – спросил он, смотря куда-то вдаль, словно лишь для того, чтобы поддержать беседу.

– За мной не приплывали, – глубоко дыша, ответила девушка. – Более того, англичане…

Но она не договорила. Спутник заметил в её дотоле прекрасных ясных глазах темноту и ненависть, да, в её взгляде сквозила ненависть.

– Мисс Хартли, что с Вами? – взволнованно прошептал он, но Холанда вновь приняла невозмутимый вид.

– Всё хорошо. Нам, наверное, лучше пойти по домам.

Владелец Барроу-хаус предложил ей дойти до его имения, чтобы кучер отвез камеристку леди Боулз в особняк графини, однако та категорично помотала головой и попрощалась с ним на ходу.