Идеальный мерзавец - Жасмин Майер

Марк

Меня обдало жаром.

Я буквально услышал, как все барьеры, которые я выстраивал вокруг этой женщины рухнули. Как покатились под откос принципы, которые я старательно заталкивал в гору, хотя они, черт возьми, были тяжелыми как товарный состав поезда.

Притянул Веру к себе, запустив пальцы в ее влажные волосы. Коснулся затылка, заставляя запрокинуть голову, чтобы смотреть только на меня, не отводить глаза в сторону.

Я хочу не только услышать правду. Ее я уже слышал.

Я хочу увидеть это желание в огромных темных глазах Веры.

— Повтори, Вера, что ты хочешь. Повтори.

— Тебя.

Смелая наивная девочка.

Прижал ее к себе. Или правильнее сказать, прижался к ней?

Щекой она уткнулась мне в грудь. Всем телом почувствовал, какой мокрой и холодной стала ткань ее сарафана из-за купальника под ней.

Вокруг светит солнце и ходят полураздетые люди, а мы обнимаемся так сильно, как будто застряли на горном перевале в жуткий мороз и крепкие объятия — наша единственная надежда на то, чтобы выжить.

Сказал, почти баюкая ее в своих руках:

— Ты не шлюха, Вера. И не смей так думать.

— Но мы не расстались, Марк. Мы просто ругались, и после я не выдержала и сбежала.

— Из-за чего хоть ругались?

Она не обязана говорить, но я чувствую, что ей необходимо выговориться.

— Мы шесть лет вместе, Марк. И я хотела быть с ним, носить его фамилию и рожать от него детей, а «сожительство» отвратительное слово, в конце-то концов! Свадьба это не конец света, как ты думаешь, Марк. Это статус женщины, на которую перестают смотреть подруги, как на какой-то бракованный товар. А я ведь делаю все то же самое, что и они: убираю, стираю, готовлю, забочусь, сплю только с ним, а он не хочет, видите ли, брать меня в жены. Брак — это пережиток. Брак это рудимент на теле современного общества, говорит он мне. Да пошло оно к черту, это современное общество, если из-за него я не могу прожить сказку наяву.

— Свадьба это разве сказка?

— А что это, как не сказка? Это праздник. Это самый счастливый день жизни. Это платье, как у принцессы! Я с детства мечтала о свадьбе и даже расписала все детали церемонии в маленьком блокноте. И что мне теперь с ним делать, если мой мужчина считает, что свадьба это пережиток и ерунда? Как мне сказать той маленькой девочке, что все ее мечты — это всего лишь выброшенные на ветер деньги?

— Да ведь не в деньгах дело, Вера.

— Ну вот и ты туда же! Если не в деньгах, тогда в чем тогда дело? Что он жалеет, Марк, если не деньги? Что жалеет мужчина в таком случае, если деньги это просто отговорка? Свою свободу? А почему он за нее так держится, если он все равно уже шесть лет живет со мной?

— У каждого по-разному. Мужчины ценят в женщинах кое-что иное, и это не имеет ничего общего с наигранными свадебными обещаниями.

— А по-моему, он просто меня не любит…

— Любви не существует, Вера.

Шмыгнула носом, уткнувшись мне в грудь.

— Тогда почему мне сейчас так больно?

— Расставаться с розовыми очками всегда больно.

Эх, Юрец, а ты-то ни хрена не молодец! Я-то, оказывается, был о тебе гораздо лучшего мнения, чем ты того достоин.

Знаете, я ведь делал женщине предложение и знаю, что для этого мужчине нужно иметь как минимум яйца. Как максимум, огромный член. Шучу.

Как максимум, достаточно иметь голову на плечах, в которой при виде той самой женщины, если что-то перемкнет, то не надо думать, что однажды само все пройдет. Скорей всего, не пройдет. И тогда, чтобы не портить жизнь ни себе, ни людям, проще брать в охапку эту женщину, при взгляде на которую у вас небо в алмазах, и бежать прямо в ЗАГС.

Как эти рассуждения сочетаются с моими утверждениями о том, что любви не существует? Очень просто. Существуют привычка, комфорт и родство душ, хороший секс и схожий юмор. А еще природа постаралась сделать так, чтобы род человеческий не прервался из-за собственного эгоизма, которого в нас хоть отбавляй.

Даже нескольких пунктов из списка уже вполне достаточно для того, чтобы не проводить жизнь в одиночестве, а вполне с комфортом с человеком, который просто раздражает тебя чуть меньше, чем остальные.

Да, эволюция расселила нас из племенных пещер в комфортабельные индивидуальные коробки из бетона, но кое-что по-прежнему осталось без изменений. Человек вообще стайное животное, если вы забыли. А женщина в период беременности и родов настолько уязвима, что потребность в защите заложена у нее на подкорке, как и инстинкт продолжения рода. Мужчину же природа наделила потребностью защищать и рвать на куски тех, кто смел посягнуть на принадлежащее ему, и за что мы и получили мышцы и опять же стальные яйца.

Да и потенциальным детям, которые случайно или запланировано родятся в таком союзе, тоже нужна семья. Только ленивый психоаналитик не писал об этом.

Мне хватает мозгов, чтобы понять это, а здоровый цинизм только помогает взглянуть на основы нашей жизни непредвзято.

А вот Юре, похоже, нет.

А еще он зачем-то носится с новомодными веяниями относительно брака, которые поймут и простят мужчины, но никак не женщины. Женщина после шести лет отношений не воспримет с радостью новость о том, что мужчина еще не определился. И будет права.

Пусть нам и нужно больше времени, чтобы обмозговать щекотливую тему брака, но если женщина дорога, пожав плечами, прогуляемся до ЗАГСа, по дороге вспоминая и про эволюцию, и про пещеры, и про приятный процесс сотворения наследников.

Даже я там был. И выжил. И даже был счастлив. Правда, недолго.

Но это уже другая история.

Слезы Веры высохли. Она стояла и обнимала меня, а я обнимал ее. Она сказала, что хочет меня.

А я обнимаю ее так, как будто могу переспать с ней. Но я не могу. Только не с ней, пусть и сводит зубы от желания.

Но и отпустить от себя тоже не могу.

— Когда ты улетаешь?

Волны, пока мы стояли, уже добрались до моих джинсов. Теперь ниже колен они полностью мокрые. А в теплом батнике мне довольно таки жарко под прямым полуденным солнцем, но я все равно не сдвигаюсь с места и продолжаю ее обнимать.

— Через четыре дня, — отвечает Вера.