Безопасник - Марина Кистяева

Ох, вот вставить бы в этот ротик…

Егор тряхнул головой. Хорош загоняться по сексу. Будет ещё время.

– Добрый вечер.

Тихий голос отозвался приятной истомой по всему телу. Теплая волна прошлась по позвоночнику. Давно забытые ощущения… Как в юности.

– Привет.

Вероника даже глаз не открыла. Как сидела, так и продолжила сидеть.

Для Егора её реакция была более чем странной. Интересной. Неожиданной.

Он ожидал чего угодно, но не спокойной, едва ли не ленивой, реакции.

Егор прошел ко второму креслу и опустился в него. Хорошо-то как. Стоило оказаться в расслабляющей обстановке, как сразу тело заявило, что тоже не прочь расслабиться.

Он вытянул ноги и посмотрел на столик, стоящий между креслами. Кофе. По всей видимости, не первый за вечер.

– Вы думаете меня отпускать? Отвозить домой? – и снова эти вопросы были заданы обыденным тоном, словно речь не шла о невольном заточении.

А златовласка ему попалась с характером. Наверняка внутри бушуют те ещё страсти, но лицо держит.

– Думаю. Осталось решить время.

Девушка, наконец, открыла глаза и пристально посмотрела на него. Спокойно так. Егор готов был усмехнуться – вот с таким спокойным выражением на лице обычно достают пистолет и выпускают полную обойму.

Знакомо…

– Уж решите, пожалуйста. И желательно сегодня. Егор, – девушка сделала небольшую паузу, давая понять: то, что она скажет дальше, важно для неё. – Вы оставили меня без средства связи. Меня потеряли. Наверняка ищут. Я хочу домой. К себе. Хочу лечь в свою постель. Хочу вернуться к своей жизни. И забыть вас, как дурной сон.

Последние слова Егору не понравились. В его планах на эту девочку слово «забыть» пока не значилось.

– Боюсь тебя разочаровать… – лениво протянул и тоже сделал паузу, выжидая. Он решил поддержать заданный ей тон.

Вероника повела плечами, более плотно укрываясь. От его взгляда?

Он заметил, что на её лице полностью отсутствовала косметика. Неужели у неё в сумочке не было женского «арсенала»? Лицо чистое, свежее. Мило-любо посмотреть. Беркут ничего не имел против косметики, она подчеркивала женскую красоту, но иногда – вот как сегодня, например, – было приятно видеть перед собой естественную красоту. Нежные трепещущие реснички, едва ли не прозрачную кожу, алые губы.

Отсутствие косметики делало Веронику ещё моложе. Что характерно – она не стеснялась своей внешности. Многие молодые девушки, да и дамы постарше без толстого слоя «штукатурки» даже не показывались перед парнями и мужьями, что говорить уже о том, чтобы выйти в люди.

– Вы и чего-то боитесь… Нереально. И всё же, Егор, я хочу домой. И прошу вас – выпустите меня. У меня с собой есть деньги, я вызову такси.

Он заметил, что она говорит, тщательно выговаривая слова. И что-то в этом настораживало…

Беркут прищурился.

– Ника, я не маньяк. Не насильник, как вы успели убедиться в клубе.

– Я… – пауза, за время которой она делала попытку собраться с мыслями и успокоиться. – Я и не утверждаю, что вы маньяк и насильник. Боже упаси. Просто вся эта ситуация… Она меня напрягает. И меня на самом деле, ищут. Подруга. Парень. Мама.

С подругой и мамой всё было понятно и логично.

Упоминать же парня не стоило. Не до него сейчас было.

– С мамой вы созваниваетесь раз в два-три дня. Последний раз разговаривали вчера утром. Так что мама вас разыскивать не будет. Подруга… О ней тоже не стоит переживать. А вот парень… Я ошибаюсь, или вы расстались?

Пухлые губы златовласки сжались. Да и руки, что лежали поверх пледа, дрогнули. Маленькая, отважная девочка продолжала храбриться.

На сколько её хватит?

– Вижу, вы хорошо осведомлены о моей жизни. Я бы сказала даже очень хорошо.

Егор скривил губы и закинул ногу на ногу.

– Я стараюсь быть максимально осведомлен о том, кто меня интересует.