Евгения - Елена Гайворонская

– Сергей Сергеевич? Добрый вечер. Максим Протасов Вас беспокоит.

– А, – голос потеплел, – здравствуй, Максим, как дела?

– Хорошо. А Ваши?

– Благодарю. Тоже неплохо. Что ты хотел, Максим? – перешёл к делу Сергей Сергеевич.

– Человечек один просит обеспечить безопасность бизнеса. – коротко сообщил Максим. – Проблемы у него возникли.

– Серьёзный человечек? – Осведомился собеседник.

– Да, вполне.

– Что за бизнес?

– Бензин. – Максим немного помолчал. – Он вам сам всё подробно расскажет.

– Хорошо, с ним свяжутся. – согласился собеседник. – Диктуй данные.

Максим прочитал вслух визитку просителя. Затем, помедлив, добавил:

– Сергей Сергеевич, у меня к Вам ещё одна просьба личного характера. Мне нужно досье на одного человека.

– Что именно ты хочешь знать? – профессионально насторожился чекист.

– Всё. – коротко сказал Максим. – Записываете? Щербинин Антон Валерьевич, 1961 года рождения.

– Какие-то проблемы с ним? – Уточнил Сергей Сергеевич.

– Нет, всё нормально. Это личное. До свидания, Сергей Сергеевич. Был очень рад Вас услышать.

– Всех благ. – Пожелал собеседник и отключился.

Максим какое-то время сидел, облокотив локти на стол, смотрел в окно, собираясь с мыслями. Яркое морозное солнце отражалось от окна здания напротив, но не могло пробиться сквозь тонированное стекло кабинета. Правильно ли он поступает? Врага надо знать в лицо. Соперника – тем более. Информация никогда не бывает лишней. А дальше – видно будет.

В свою новую квартиру на Остоженке Максим запустил дизайнера, в двух словах объяснив, что хочет делового минимализма без дурацких наворотов. Евгения на Остоженку ехать наотрез отказалась – дом, в который будут приезжать жена и дети, не место для свиданий. Для встреч Максим снял отличную двушку недалеко от центра, куда Евгении было удобно добираться и от дома и с работы. Одна комната – спальня, другая – кабинет. В ожидании друг друга оба частенько коротали время за компьютером. Однажды Максим целый час ждал, пока Евгения, развернув ноутбук, утрясала какие-то дела, я попросту заснул. Очнулся от прикосновения её тёплых губ.

– Наконец-то! – Прошептал он, – иди сюда.

– Спасибо тебе. – Улыбнулась Евгения.

– За что?

– За то, что принимаешь меня такой, какая есть, со всеми заморочками и тараканами. – ответила она.

– Всё правильно. Мужики уходят, бизнес остаётся. – Поддразнил её Максим. – А ну, быстро раздевайся и в койку!

– Раскомандовался… – В её голосе послышалась тихая нежность. Или только послышалась? Пальцы медленно расстёгивали блузку.

– Дай помогу. – Сказал Максим и нечаянно оторвал пуговицу.

– Что ты наделал? – Пожурила Евгения. – Это же блузка от Сен Лорана.

– Ну и в помойку её. Нечего какому-то Сен Лорану моей любимой девушке кофточки дарить.

Евгения покатилась со смеху.

– Ты, правда, не в курсе, кто такой Ив Сен Лоран? Или ты шутишь!

– Могу сказать совершенно точно: нефтью он не торгует. – Остался нарочито серьёзным Максим.

– Да ну тебя, ей Богу! Ты прикалываешься! Перестань меня смешить, а то я не смогу сосредоточиться на другом…

– Я тебя сейчас сосредоточу. – Пообещал Максим, – красавица, закрой глазки и протяни ручку…

– Что ты придумал? – Смеясь, зажмурилась.

Максим достал перстень из белого золота с большим прозрачным изумрудом.

– Можешь открыть глаза.

– С ума сошёл? – Воскликнула Евгения. – Я не могу это принять!

– Ещё как можешь. – Отрезал Максим.

Она попыталась снять перстень, он – не позволял. Победила грубая мужская сила.

– Ты мне палец оторвёшь, – жалобно вскрикнула она. – Думаешь, я не догадываюсь, сколько это стоит?

– А я понятия не имею, сколько. – Невозмутимо парировал Максим. – Я платил карточкой.

– И куда я это буду носить, на работу?

– На наши встречи. Можешь надеть только это, и ничего больше. Посмотри, – он полюбовался рукой Евгении, украшенной мерцающим камнем. – Его цвет подходит под твои глаза. А если будешь плохо себя вести, – добавил он, строго сдвинув брови, – принесу ещё серьги и такую же штуку на шею, и заставлю всё это надеть.

– Слушаюсь и повинуюсь, мой господин. – Изобразила покорность Евгения.

– Так бы сразу. – Довольно улыбнулся Максим. – Иди сюда, женщина.

… Утомлённые, разгорячённые, они долго лежали, обнявшись. Евгения потянулась к сумочке, достала сигарету, закурила.

– А мне? – Спросил Максим.

– Это дамские.

– Мои в пиджаке, достань, если не трудно.

– Вообще-то надо бросать. – Сказала Евгения. – Я стараюсь.

– А когда начала?

– Когда застала любимого мужа на работе с секретаршей в весьма недвусмысленной позе. – Она криво усмехнулась. – Не судите, да не судимы будете… Чем сейчас я лучше неё?

– Тем, что я тебя люблю, а её просто трахают. – Сказал Максим. – Поедем куда-нибудь поедим?

– Проголодался? – Озаботилась Евгения. – Может, закажем пиццу? Видишь, хозяйка из меня никудышная. Я умею только заниматься любовью и торговать недвижимостью.

– И фотографировать. – Добавил Максим.

– Немного. – согласилась она.

– Ты отлично снимаешь. – возразил он. – Давай сделаем тебе персональную выставку.

– Брось! – Отмахнулась Евгения. – Я же дилетант.

– Ты дилетант? Посмотри, что сейчас выставляют! Я считаю, что ты безумно талантлива во всём.

– Спасибо, милый. – Её лицо озарилось мягким мечтательным светом.

– Скажи «любимый» – попросил Максим. – Притворись хотя бы раз…

– Думаешь, я притворяюсь? – Евгения загасила сигарету, провела пальчиком по его губам. – Вовсе нет. Мне очень хорошо с тобой. Даже слишком… Знаешь, в выходные я встретилась с Антоном – вместе гуляли с Викой. Он в очередной раз предлагал всё простить и забыть. Даже предложил помощь в расширении моего бизнеса. Он давно так не разговаривал со мной. Уважительно, как с равной. Не как с чокнутой бабой, которая бесится с жиру и сама не знает, чего хочет.

– И что ты? – Максим вдруг почувствовал, что замёрз, набросил на плечи рубашку.

– Ещё месяц назад я бы хорошенько подумала… – улыбнулась Евгения. – Но теперь всё иначе. Я поняла, как это чудесно – когда тебя любят по-настоящему. Всё равно, что сравнивать настоящий кофе с растворимым… – Евгения взъерошила волосы, и те рассыпались по плечам рыжей копной. – Я ответила, что у меня есть другой мужчина. Антон сперва разозлился, сказал, что это дурацкая месть. Потом вдруг засмеялся, объявил, что мы теперь квиты. И его предложение остаётся в силе. – Евгения усмехнулась. – Так что мне есть, над чем поразмыслить.