Цена ее невинности - Жаклин Бэрд

Утром, осматривая спальню, к которой Бет успела привыкнуть за две недели, она спрашивала себя, удастся ли ей когда-нибудь еще ночевать в этой комнате. Отгоняя тревожные мысли, Бет приняла душ и надела одну из своих обновок – темно-синий брючный костюм и белую шелковую блузку. Остальные вещи уже лежали в чемодане. Она была готова к отъезду.

Неторопливые завтраки с Софи на кухне стали привычными для нее. Там было гораздо уютнее, чем в огромной столовой. Сегодняшний завтрак прервал Карло, сообщивший, что вертолет приземлился.

Бет вышла в холл. Со стен на нее смотрели родственники Данте. «Интересно, будет ли здесь висеть портрет моего ребенка, когда он вырастет?» – спросила себя Бет. Но она вряд ли это узнает. Когда малышу исполнится три года, она покинет поместье навсегда…

Вошел Данте и направился к ней. Ее сердце бешено застучало.

– Ты выглядишь как никогда. – Его глубокий голос, казалось, касался ее нервных окончаний. – Как ты себя чувствуешь?

Он взял Бет за подбородок и приподнял ее голову. Она вдохнула знакомый мужской запах. Близость с ним волновала ее. К ужасу женщины, в памяти всплыл образ его великолепного обнаженного тела. Бет сжала дрожащие бедра. Ни в коем случае нельзя дать ему понять, что она чувствует.

– Хорошо, – с трудом проговорила она.

Данте прильнул к ее губам в жарком поцелуе.

– Извини, я не смог сам ознакомить тебя с окрестностями. Я скучал по тебе, – хрипло произнес он. Трудно было понять, что выражает его взгляд.

Бет неожиданно поняла, что тоже скучала по Данте. Но сказать ему об этом она не успела. Софи разразилась потоком итальянских фраз, не позволив ей совершить ошибку. Наверное, Данте просто-напросто разыгрывал спектакль перед Софи, а Бет чуть не расчувствовалась.

Через пять минут они уже были в вертолете. Данте – в кресле пилота. Он протянул Бет наушники, чтобы они могли разговаривать. А ей не хотелось ни о чем говорить. Предстоящие события беспокоили ее.

Не прошло и часа, как они приземлились в Риме, пересели в лимузин и поехали в клинику.

Сегодня Бет предстояло ультразвуковое исследование. Медсестра показывала контуры их ребенка на мониторе, и в этот судьбоносный момент они впились глазами в экран. Затем Данте нежно посмотрел на Бет и улыбнулся ей с выражением робкой радости.

Пока они ехали, она не могла оторваться от фотографии ее ребенка.

– Нас ждет нотариус, – напомнил Данте.

Через двадцать минут брачный контракт был подписан, и они снова сели в машину.

В самом центре Рима автомобиль миновал железные ворота и подъехал к чудесному старинному зданию, окруженному аккуратно подстриженными газонами и живописным садом.

– Здесь твоя квартира? – спросила Бет.

– Нет. Моя квартира находится на верхнем этаже корпорации Каннаваро. Но там обстановка больше похожа на офис, чем на дом. Я решил, что тебе будет удобнее в отеле. Я забронировал сьют на два дня.

Бет вошла в элегантную прихожую. Данте дал портье чаевые, затем направился к ней. Самоуверенный Каннаваро выглядел не таким уж спокойным.

– Тебе должно здесь понравиться, Бет. Здесь есть спа-салон и салон красоты, бутик – все, что только можно пожелать. Считается плохой приметой, если невеста с женихом видятся перед свадьбой, а удача нам понадобится, – сказал он. – Я уезжаю, а ты хорошенько отдохни и расслабься. Наслаждайся всем, что здесь есть, покупай все, что за хочешь. Я позвоню сегодня вечером и приеду за тобой завтра в три. Церемония состоится в четыре. Закажи себе что-нибудь поесть. Увидимся завтра.

Бет смотрела, как он уходит. Почему ей так одиноко? Она отогнала тревожную мысль и обошла сьют. Самой главной была громадная спальня с двумя арочными окнами и гигантской кроватью. К спальне примыкали гардеробная и ванная комната с душем и ванной, настолько широкой, чтобы в ней могли поместиться два человека. Кроме спальни еще была гостиная с плазменным телевизором во всю стену.

Бет заказала легкий изысканный обед и насладилась трапезой. Она записалась на спа-процедуры на одиннадцать утра. Затем Бет прилегла отдохнуть со снимком своего ребенка в руке. Из-за этого дивного создания она находится сейчас здесь и готова выйти даже за самого дьявола, лишь бы у малыша все было хорошо. Да, Данте и есть дьявол… Кошмары, связанные с человеком в черном, перестали мучить женщину. Но их место заняли эротические, а порой наивные романтические сны на тему «Жили они вместе долго и счастливо» с Данте в главной роли. Это беспокоило Бет еще больше.

Она погуляла по отелю и саду, потом вернулась в сьют, вкусно поужинала и на удивление быстро заснула.

На следующей день, разнеженная после спа-процедур, с волосами, стильно уложенными в парикмахерской, и макияжем, доведенным до совершенства, Бет надела снежно-белый костюм, который Данте купил для нее в Милане. Она надела туфли на шпильках, приобретенные в бутике отеля, и вышла в прихожую. Как раз в этот момент появился Данте:

– Ты готова? Хорошо. Давай пойдем и закончим это.

Бет молча кивнула, потому что у нее перехватило дыхание. Данте выглядел ослепительно – высокий, в элегантном серебристо-сером костюме от известного дизайнера, с галстуком того же цвета, в белоснежной шелковой рубашке и блестящих запонках из платины. Его черные волосы были зачесаны назад, красивое лицо было строгим.

Убийственно притягателен! Данте излучал интеллектуальную утонченность и мужскую мощь одновременно. И очень скоро он станет ее мужем. Ситуация, в которой оказалась Бет, ужасала, но, честно говоря, мысль о браке с ним приводила ее в восторг. Данте был настолько великолепен, что ей было трудно отвести от него взгляд.