Тайны летней ночи - Лиза Клейпас

— Мы действительно собираемся это сделать? — жалобно пробормотала Аннабел, пока будущие старые девы тянулись по лесной тропинке с корзинками для пикника в руках. — Честно говоря, я думала, что все наши разговоры о раундерз-в-панталонах — просто пустая болтовня.

— Боумены никогда не болтают, особенно если речь идет о раундерз, — объявила Дейзи. — Это было бы настоящим святотатством.

— Ты любишь игры, Аннабел, — жизнерадостно добавила Лилиан. — А лучшей игры, чем раундерз, не сыщешь на свете.

— О нет, я люблю настольные игры, — возразила Аннабел, — и предпочтительно в одежде.

— Одежде придается слишком большое значение, — важно изрекла Дейзи.

Аннабел быстро усваивала, что ценой дружбы иногда была необходимость соглашаться на желание большинства, даже если это желание шло вразрез с ее собственным. Но тем не менее только сегодня утром попыталась перетянуть Эви на свою сторону, поскольку не могла представить, что эта девушка способна раздеться до панталон и бегать в таком виде за мячом. Но к сожалению, оказалось, что Эви упорствует в своем решении, очевидно, посчитав, что таким способом скорее наберется храбрости и перестанет шарахаться от каждого куста.

— Х-хочу больше походить на них, — заявила она Аннабел. — Они такие свободные и смелые. Ничего не боятся.

Глядя в полное энтузиазма лицо девушки, Аннабел с тяжелым вздохом сдалась:

— Ну так и быть. Наверное, ничего такого не случится. Если, конечно, никто нас не увидит. Хотя не понимаю, зачем все это нужно.

— М-может, это просто весело? — предположила Эви, но Аннабел ответила красноречивым взглядом, и девушка засмеялась.

Погода, естественно, оказалась на стороне сестер Боумен: безоблачное синее небо и легкий теплый ветерок. Нагруженные корзинками, все четверо шли по узкой дорожке мимо заливных лугов, усеянных красными шапочками клевера и ярко-фиолетовыми фиалками.

— Не пропустите колодец желаний, — велела Лилиан. — Потом нам нужно пересечь тот луг, что на противоположной стороне дороги, и пройти прямиком через лес. У вершины холма есть еще один луг. Лакей заверил, что там никогда никого не бывает.

— Ну разумеется, где же еще, как не на вершине холма, — без особого пыла заметила Аннабел. — Кстати, а как выглядит этот колодец? Обычное, побеленное известкой сооружение с ведром и блоком?

— Нет, просто большая грязная дыра в земле.

— Вот он! — воскликнула Дейзи, спеша к огромной яме, переполненной водой, вливавшейся туда из ближайшего ручья. — Скорее всем нужно загадать желание. Я даже захватила булавки, которые следует туда бросить.

— Как ты догадалась принести булавки? — спросила Лилиан.

Дейзи лукаво улыбнулась:

— Ну, вчера днем я сидела с мамой и всеми вдовами. Они шили, а я делала мяч для раундерз.

Она извлекла из корзинки кожаный мячик и гордо подняла на всеобщее обозрение.

— Пришлось пожертвовать парой новых лайковых перчаток, и, доложу я вам, это было нелегкой задачей. Все старые леди, затаив дыхание, следили, как я набиваю его обрезками шерсти. Наконец одна, не выдержав, подошла ко мне и спросила, что, во имя Господа, я делаю. Ну не могла же я признаться, что это мячик для раундерз! Мама, конечно, все поняла, но слишком смутилась, чтобы сказать правду. Поэтому я заявила, что шью подушечку для булавок.

Дедушкидружно захихикали.

— Должно быть, она посчитала, что уродливее подушечки на свете нет! — воскликнула Лилиан.

— О, кто бы в этом сомневался, — жизнерадостно согласилась Дейзи. — По-моему, она меня пожалела. Подарила пригоршню булавок, бормоча при этом что-то о бедных невежественных, ничего не умеющих американках.