Запретная драгоценность - Луиза Аллен

— Я успокаиваю себя мыслью, что тигр наверняка испугается нас, как и мы его.

— Ты боишься? — Это отнюдь ей не помогало. Она не желала думать, что Ник может чего-то бояться. Да, он признался ей, что испугался кобры. Но все равно убил ее без колебаний. Солдаты наверняка часто испытывают страх и умеют не обращать на него внимания. Она бы тоже хотела так уметь.

— О да, — жизнерадостно отозвался Ник. Чувствуя, как сердце уходит в пятки, Ануша впилась глазами ему в спину. Они ехали в очень высокой траве, выше лошадиных голов. — Здесь может таиться кто угодно: носорог, буйвол, леопард, тигр. Продолжай говорить громко и спокойно.

У нее во рту все пересохло от страха. И пока она подыскивала тему для разговора, Паван вклинился в речной поток и перебрался на противоположный берег.

— Смотри. — Ник показал на мокрую землю. — След тигра.

Следы лап казались огромными.

— Хотела бы я сейчас оказаться на слоне, — призналась Ануша, перебравшись к Нику на другой берег.

— И не только ты, — сухо согласился тот. — Хотя трава здесь все же короче.

— Что мы будем делать, если кто-нибудь на нас нападет? — Она старалась отвечать в том же беззаботном тоне.

— Я со всей своей храбростью и умением убью его, а ты должна на полной скорости скакать в противоположном направлении.

Это утешало.

— Ты уже много тигров убил?

— Этот был бы первым.

Ох…

— А разве ты не должен меня уверять, что никакой опасности нет и ты все держишь под контролем? — спросила Ануша, презирая себя за дрожь в руках.

— Будь ты безмозглой девчонкой, я бы так и поступил. Но ты все сама понимаешь. Если так переживаешь, давай вдвоем смотреть по сторонам, как ястребы. Гляди, — добавил он, когда они выбрались из высокой травы на сухой косогор, — теперь перед нами на много миль все как на ладони.

Ануша шумно выдохнула от облегчения.

— А безмозглая девчонка это как пустоголовая?

— Примерно. — И он еще, негодяй, усмехается. — Я же говорил, что у тебя мозги отца.

— Матери. Она была умной и образованной женщиной!

— В следующий раз, когда мы попадем в переплет, напомни мне развить с тобой эту тему, — заявил Ник, пришпоривая коня. — Если бы ты чуть раньше устроила столько шума, любой тигр на расстоянии сорока миль уже удрал бы к холмам.

— Ну… ты… ты… и тип! — Но Ник уже ускакал почти за пределы слышимости.

Ануша сжала поводья и помчалась за ним. Коварный, наглый манипулятор! Там, в высокой траве, он специально действовал ей на нервы. А должен холить ее и лелеять, отгонять все страхи и вообще обращаться как с леди. Она кипела от негодования.

Ночь они провели под открытым небом на небольшом островке посреди маленькой речушки, и весь следующий день прошел спокойно, их не беспокоили ни тигры, ни люди. Следующую ночь они находились в заброшенной пастушьей хижине. На рассвете Ануша сладко потянулась, отчаянно желая горячей воды, свежей еды и горы мягких подушек.

Ник уже вскипятил воду и готовил, как обычно, крепкий чай, к которому она уже начала привыкать, если не сказать полюбила. Похоже, он всю ночь бодрствовал, оставив ее спать в полном одиночестве, просыпаясь ночью, она слышала его осторожные шаги где-то поблизости. Сейчас под глазами у него залегли темные тени, похожие на следы пальцев.

— Ты всю ночь не спал? — спросила она, потом присела на корточки и внимательно посмотрела ему в лицо. — Ты выглядишь усталым.

Она не желала думать, что он хоть в чем-нибудь уязвим. Это делало его слишком приземленным.

— Я дремал.

Она хотела прикоснуться к лучикам морщинок в уголке глаза, но Ник отодвинулся и встал. За последние сутки он сделался более молчаливым. Ануша порылась в памяти, чем же она могла его разозлить, но не нашла ничего подходящего. Может, ему просто скучно в ее компании и он устал от долгой дороги. Он затоптал костер и хмуро посмотрел на нее:

— Мы должны быть уже где-то в районе Джамны.

— И это ведь хорошо, верно? — осторожно поинтересовалась Ануша.

— Да, — согласился он. — Конечно. Не обращай внимания на мое настроение, я просто… думаю о другом.

«Я просто похотливый козел», — мысленно рявкнул Ник, пытаясь хоть этим заставить себя сосредоточиться. Но он испытывал не просто похоть. Ему нужна была именно она, и не только для удовлетворения страсти. Он хотел медленно и вдумчиво заниматься с ней любовью. Хотел обнажить ее руки и ноги, увидеть медовую кожу, распустить толстую косу. Раствориться в этой стройной и сильной женщине. «И невинной», — напоминал он себе всю долгую бессонную ночь, пока бродил вокруг хижины, где спала Ануша.

Желание соблазнить девушку ожесточенно боролось в нем с инстинктивным желанием ее защитить. Он уже испытывал подобное с Мирандой. Хотя жена, которую он подвел, ждала от него именно этого, в отличие от Ануши, та отвергала все его поползновения ей помочь или притворялась, что ругает его за запугивание тиграми.

Он быстро выяснил, что лежать рядом с ней в открытой хижине очень рискованное занятие, но одна мысль об этом полностью захватывала воображение, а тело доделывало все остальное, обеспечивая бессонницу. И как ни напоминал он себе, насколько она своевольная, высокомерная, непредсказуемая и категорически неприкосновенная, это ничуть не помогало.

Хуже всего, глубокой ночью он заподозрил, что причина его страданий не простое физическое желание, а еще и одиночество. Хотелось дотянуться до той части ее души, которую она не готова раскрыть.

Предрассветные лучи окрашивали ландшафт всеми оттенками фиолетового и серого. По мере продвижения вперед вокруг становилось все светлее и ярче, пока наконец их взору не открылась речная долина. За ней виднелись скалистые холмы — темно-фиолетовые в предрассветном сумраке. Водяную гладь окружала пышная бахрома зелени. По скошенной траве и кустарнику легко определялись деревенские пастбища. Далее, вниз по реке, виднелась дымчатая завеса, обозначающая какой-то город или большую деревню.

Впереди замаячила запряженная буйволом телега с сахарным тростником. Она скрипела и подпрыгивала на кочках.

— Намасте! — крикнул вознице Ник. — Что это за место, брат? — Он показал на дымку вниз по реке. — Это большой город? Мы сможем найти там лодку?

— Это Калпи, он всего в косе[19]или двух отсюда, — ответил тот. — Да, он большой — там делают сахар и много торгуют. И вы, безусловно, найдете там лодку. Много лодок.

Ник благодарно махнул вознице и повернул Павана к реке, вниз по течению.

— Мы почти на месте. Ты когда-нибудь бывала на реке?

— Нет, только на озере. Мне там понравится?