Охота на наследника - Джен Алин

– Расскажи–ка лучше, как ваши успехи на любовном фронте, мистер Килфорд?

– Я думаю неплохо, раньше я все время говорил что–то не так, а в этот раз, кажется, был неплох. Мы общались целых десять минут, и она много раз мне улыбалась, – мечтательно проговорил Сэм.

– Ну вот и отлично! А сегодня она, как и остальные будет иметь шанс поразить нас.

– Может везение одарит всех. Кто–то придется и тебе по вкусу.

– Да разве это проблема! Выбор вроде не мал – Сесилия к примеру…

– Но она же…

– Да, вдова я помню. Именно это меня и радует, после всего на ней не придется жениться.

Бренсон умолчал, что Сесилия уже побывала в его постели. На следующий же день после пикника она прислала ему записку, текст которой недвусмысленно намекал, что она не прочь послушать поэзию прямо у себя в покоях. Бренсон не преминул исполнить свое давнее желание и, наконец, завоевать своенравную красавицу. Надо признать, Сесилия хоть и пригласила его сама, сдалась не сразу. Она была весьма интригующая и заставила всерьез возжелать себя. На лесть она отвечала остроумно, и пришлось немало напрячься, чтоб убедить строптивицу в искренности своих порывов. Их близость была бурной, она оказалась неплохой партнершей. Старше Бренсона на целых три года, Сесилия сохранила свое тело в прекрасной форме, которую к счастью не испортили радости материнства, поскольку у нее за годы брака так и не было детей, Сесилия сразу дала понять, что не намеренна в него влюбляться. Ее, по сути, интересовала только чувственная близость и никаких планов менять свое вдовствующее положение, она не имела. Это было идеально для Бренсона. В результате его уязвленное самолюбие ликовало, получив радость завоевать ранее неприступные вершины, а тело обрело постоянный источник удовлетворения без последствий. Все складывалось весьма недурно.

– Но вокруг столько красивых молодых девушек!

– Ты никак не поймешь меня Сэм, – улыбнулся Редингтон.

– Нет, я понимаю, просто это …неправильно.

– О, я слышу нотки осуждения.

– Что нет. Я просо все время думаю о…– Сэм умолк, не называя ее имени. – Жаль я не могу узнать, как она относиться ко мне, – вздохнул он.

– Почему же не можешь? Я помогу. Стоит мне только взглянуть на нее при тебе и все станет ясно.

– Ты умеешь это понимать? – удивился Сэм. – Отчего я не могу?

– Потому что ты влюблен и мозг твой бесполезен сейчас.

– Это правда, а ты разве никогда не был влюблен?

– Я не верю в любовь, Сэм. Все это выдумки романтиков.

– Извините, мой друг, но я с вами не согласен. Любовь это великая благодать божья.

– Да в чем же она заключается – эта благодать? В способности чувствовать себя нелепо, оттого, что не можешь видеть очевидного?

– Нет, в способности видеть мир ярче и прекраснее, от осознания, что есть на свете человек, который пробудил тебя ото сна…

– Но что если объект вожделения не ответит на эти восторженные чувства? Разве не канет ваш яркий мир во мрак?

– Кто боится мрака, то не увидит света. Не важно, будет ли эта любовь разделена, важно, что она меня окрылила. Все лучше, чем то серое бытие, в каком я пребывал раньше.

– Это похоже на проповедь. Что и говорить год в монастыре имеет свои последствия, – саркастично улыбнулся Бренсон.

– Смейтесь сколько угодно, друг мой, – глубокомысленно заметил Сэм, – но своими словами вы бросаете вызов судьбе, а она не любит проигрывать.

На следующий вечер хозяин принимал гостей, напрочь выкинув из головы романтический бред своего безнадежно влюбившегося друга.

Никто не решился игнорировать приглашения, ибо терять возможность повеселиться в этой глуши для многих было просто трагично.

Собранное общество было не дурно. Он галантно встречал гостей, все ожидая прихода той, из–за которой все и затеял. За окнами давно начало смеркаться, в комнате, где пахло парфюмом и свечами, стоял гул голосов. Свет был приглушен, создавая нужную романтическую атмосферу. Уютные, плохо освещенные уголки, так и манили укрыться в них, и предаться игре в соблазнение.

Ожидая свою жертву, Бренсон подошел к Сэму с вопросом:

– Сэм, а что вы думаете о некой Джулии Честер?

– Она прелестна и очень мила. А почему вы спрашиваете, лорд Редингтон? – понимая, что на публике панибратское обращение весьма неуместно, учтиво спросил он в ответ. – Хотя это даже хорошо, я и сам собирался поговорить о ней…

– О, прости, – поспешно оборвал друга Редингтон, удовлетворив свой интерес и одновременно видя, что пришла Аббигейл Честер… правда в сопровождении какой–то дурнушки.

Подняв озадаченно брови и бросив взгляд на Сэма, он все же вынужден был приветствовать девушек, чувствуя явную досаду. Скорее всего, сестра проигнорировала приглашение. Жаль. Зато эта глупенькая блондинка Аббигайл, может скрасить время до прихода Сесилии. На ее голове вновь красовалось нечто невообразимое, что вызывало невольную улыбку у всех проходящих. Она же польщено улыбалась.

– Мисс Честер! Рад вас снова видеть. Вы просто неповторимы!

– О, – щеки зарумянились от комплимента, – вы очень милы, лорд Редингтон, благодарю. Какой замечательный вечер. А убранство очень изыскано, я сразу заметила едва, вошла. Скажу у вас намного роскошнее нежели, там где мне доводилось бывать за последнее время. Очевидно, ваш батюшка заботился об этом. А общество какое! Я поражена…

Поток слов у этой пустоголовой особы никак не иссякал, пришлось поспешить избавиться от ее общества. Теперь стало понятно, что приятным оно может быть только в тех случаях, когда эта девица молчит.

– Я хочу, чтоб именно вы пели первая. Окажите мне честь.

– Что? – слегка сконфузилась Абби. – Первая? Конечно, конечно! Надеюсь вам понравиться, – посмелев еще больше, ответила Абби, уверенная, что должно быть он выделяет ее. Может, он даже влюблен, а значить, как бы она не пела, ему будет в радость.

Все время этой беседы спутница Абби смущенно молчала. Бренсон уже успел ее внимательно изучить. Та была абсолютно некрасива. Младшая мисс Честер, даже не потрудилась дать подруге вставить хоть слово.

Абби же вспомнила о ней только когда Редингтон откланялся, за что тут же стала усердно извиняться.

– О мисс, Томас, простите меня ради бога. Пойдемте же я сейчас все исправлю.

– Ничего, вечер только начался, еще успеется. Моя персона слишком незаметна, для такого важного человека как лорд Редингтон. Я вовсе не в обиде.

– Нет, я не прощу себе этой грубости, – сокрушалась Абби, – право он так смотрел на меня, я просто потеряла голову. Вы ведь заметили, как он смотрел? – явно ожидая подтверждения, она вновь переключаясь на себя.

– Да я заметила, очевидно, он интересуется вами.