Романтический ланч для двоих - Кенди Шеперд

Сквозь звон бокалов и шум разговора, изредка прерывавшегося взрывами смеха, Джемме с трудом удавалось расслышать то, что говорила Энди. Пятничный прием в шикарном «Парквью-отель» был в разгаре. На ресепшн установили табличку, сообщавшую о проведении коктейль-пати по случаю официального визита в Сидней кронпринца Монтовии Тристана.

Джемма рассказала подругам и коллегам о том, что произошло на «Аргусе», и отказалась от любых дальнейших контактов с ним. В четверг Тристан согласовал с Элизой окончательный список приглашенных.

Среди гостей были ведущие бизнесмены, имевшие связи с финансовой индустрией Монтовии, импортеры, наиболее крупные продавцы изысканного монтовианского шоколада и сыра, известные политики местного и федерального уровня и даже губернатор штата.

Если бы не профессиональная необходимость, Джемма ни за что не пришла бы.

Но событие было слишком важным, и она должна была проследить, что с угощением все в порядке. Впрочем, какой смысл обманывать себя? Разве можно отказаться от возможности снова увидеть Тристана? При строгом соблюдении условия «смотреть, но не прикасаться». Антенна снова сигналила не переставая. И не важно, сколько раз Джемма повторяла себе, как хорошо, что удалось покончить с этой историей в один день, пока не возникла эмоциональная привязанность. Она никак не могла перестать думать о нем.

Придя сюда, она поняла, что это не выход. Тристан вел себя как образцовый хозяин и постоянно был занят с гостями. После краткого предварительного совещания между ним и «Королевами вечеринок» он ни разу не пытался приблизиться к ней. Джемма не должна была чувствовать себя обиженной, но испытывала глубокую душевную боль, видя, с какой легкостью он оставил в прошлом ее и все, что произошло между ними на «Аргусе».

Теперь все знали, кто он такой. И ничто не могло вызвать такой восторг у прессы, как сообщение о том, что красивый молодой европейский принц приехал с визитом в Австралию. Особенно если добавить к этому, что о нем писали как об «одном из самых завидных женихов в мире». Джемма знала, сколько репортеров толпится вокруг отеля, чтобы сделать вожделенный снимок принца Очарование.

– Что ты говоришь, Энди? – переспросила она подругу.

Высокая светловолосая Энди наклонилась ближе:

– Говорю, какая ты молодец. Мы с Элизой тобой гордимся. Наверное, тебе трудно видеть его на этом приеме.

– Да. Трудно. Но я твердо решила держаться от него подальше. В конце концов, это был всего лишь один день, он ничего не значит. – Один день, но, возможно, самый счастливый в ее жизни. По крайней мере, до того разговора на Стор-Бич. – Ничего особенного, если не придавать этому особого значения.

– Он лгал тебе. Не забывай об этом, – предупредила Энди.

– Но он… – На языке уже вертелись слова в его защиту. Он не громоздил одну ложь на другую, просто кружил по краю правды. Впрочем, это одно и тоже. Недосказанная правда – ложь. Джемма не собиралась повторять прошлых ошибок, подыскивая оправдания для человека, который ее обманул. Однако не могла избавиться от острого ощущения его присутствия. Уже то, что Тристан здесь, приводило ее в крайнее возбуждение. Он стоял на другом конце зала, разговаривая с двумя пожилыми мужчинами, – принц с головы до ног в безукоризненно скроенном смокинге, украшенном поперек груди голубой королевской лентой с золотыми коронами. Одному богу известно, что означают ордена, прикрепленные к его плечу, но их было много. Тот самый принц из сказок, которые Джемма так любила в детстве.

– Не волнуйся. Мы с Элизой сумеем сделать так, чтобы ты не оставалась с ним наедине.

– Хорошо.

А малодушное сердце мечтало остаться с ним наедине.

– Ты не для того потратила полгода, чтобы от править все коту под хвост. Что подумает доктор Би?

Доктор Би, автор колонки в журнале, в котором когда-то работала Джемма, была практикующим психологом-клиницистом, и под нажимом подруг Джемма прошла у нее курс консультаций. В благодарность за это она не стала возражать, чтобы ее проблемы (без указания личности) появились на страничке психолога в новом журнале.

«Дорогая доктор Би!

Я постоянно влюбляюсь в негодяев, которые оказываются совсем не теми, за кого себя выдают. И тем не менее мирюсь с их гнусным поведением. Как мне разорвать этот порочный круг?»

Именно доктор Би помогла разобраться, как отношения Джеммы с отчимом сформировали в ней привычку угождать мужчинам, испытывая постоянную потребность в их одобрении. Именно доктор Би подсказала, что надо развивать собственную интуицию, доверять «внутренней антенне». И научила, что делать, когда станет совсем тяжело.

– Я справлюсь, вот увидишь.

– Пока что я вижу, как ты пялишься на Тристана.

– Ну как ты не понимаешь! Он же такой классный, Энди!

– Это да. Но он не для тебя. Если дашь слабину, вспомни, что нарыла в Интернете про принца-плейбоя из Монтовии.

– Как я могу это забыть?

Джемма была в шоке, узнав, какой репутацией пользовался Тристан. Однако у нее никак не получалось совместить эту информацию с тем Тристаном, которого она узнала.

Неужели она просто обманывалась?

Она не должна возвращаться к старым привычкам. В свое время ее предупреждали насчет Алистера, но ей хотелось верить ему, когда он отрицал пристрастие к наркотикам и слабость по женской части. И Джемма верила, пока не убедилась в обратном самым шокирующим и болезненным образом. Этот случай подорвал ее доверие.

Энди взглянула на часы:

– Мне надо позвонить Доминику и узнать, как там Хьюго. Он подцепил насморк, и я хочу убедиться, что у него все в порядке.

– Как он может быть не в порядке, когда за ним присматривает самый заботливый в мире отец!

Речь шла о сыне Энди и Доминика, совершенно очаровательном ребенке Хьюго, которому исполнилось пятнадцать месяцев. Энди частенько привозила его в офис «Королев вечеринок». Джемма его обожала и тоже мечтала завести ребенка. Ведь ей уже стукнуло двадцать восемь. Еще одна причина не терять время на мужчин из разряда мистер Невозможность, ну или кронпринц Невозможность.

– А где Элиза? Не хочу оставлять тебя одну на случай, если этот хищный принц решит на тебя наброситься.

– Не надо обзываться. Элиза разговаривает с Джейком Марлоу – вашим шафером и большим другом Тристана.