Романтический ланч для двоих - Кенди Шеперд

– Только вы и я… – хрипло произнес он.

– Да. Как вы думаете, ваши головорезы, ой, простите, телохранители, нас не найдут?

– Я действовал очень осторожно. Оставил ноутбук в номере, выключил смартфон, чтобы они не смогли нас отследить. К тому же оставил записку, что ушел по своей воле, чтобы провести последние дни отпуска по своему усмотрению, и вернусь в воскресенье поздно вечером. Не хочется, чтобы они подумали, будто меня похитили, и пустились на поиски.

– А вас могут похитить?

– Это может случиться с каждым богатым человеком. Поэтому королевских детей всегда очень тщательно охраняют.

– Но я ведь не подвергаю вас риску, правда? Я не перенесла, если бы…

– Здесь риск минимален. Пожалуйста, не беспокойтесь об этом. Гораздо большую опасность представляет пресса. Но я проверил – вокруг отеля никто не крутился.

– Представляете заголовки, если они нас найдут? «Принц-плейбой в тайном любовном гнездышке с устроительницей праздников из Сиднея».

Мысль о любовном гнездышке ему, пожалуй, даже понравилась.

– Скорее всего, они назовут вас сексапильной устроительницей праздников.

Джемма возмущенно фыркнула, но потом рассмеялась:

– Ну и пусть сексапильная. А как вам – «Австралийский трофей принца-плейбоя»? Уверена, они захотят посмотреть на это под местным углом.

– А вас можно назвать «рыжеволосой соблазнительницей».

Тристан легко шутил по поводу заголовков, которыми могла бы осчастливить пресса, – в прошлом их было предостаточно. Но, став кронпринцем, он больше не хотел этого видеть. Тристан очень ценил, что Джемма старалась сохранить все в тайне.

Они продолжали придумывать самые невероятные заголовки, пока не выехали из Сиднея.

– Не хотите дать волю дремлющему в вас экскурсоводу и рассказать о Голубых горах?

– Как вы догадались, что я только и жду сигнала?

– Пожалуйста, считайте, что он дан. Можете рассказывать все, что мне положено знать, и даже больше.

– Ну, если меня просят…

Как бы ему хотелось показать ей Монтовию! Тристан постарался отогнать печальную мысль о том, что этого, вероятно, никогда не случится. У него тридцать шесть часов с ней, и думать о большем не стоит. Он постарался сосредоточиться на том, чтобы как можно лучше использовать отпущенное время.

– Голубые горы называются так потому, что, если смотреть издалека, они кажутся голубыми из-за растущих на них эвкалиптов.

– Я этого не знал.

– Они совсем не похожи на горы Монтовии. Геологически Австралия очень старый континент, эти горы миллионы лет находились под водой. У них довольно плоские вершины, но они очень крепкие. Там есть несколько совершенно очаровательных небольших городков, которые любят посещать туристы.

Тристан давно хотел побывать в Австралии, поэтому нельзя сказать, чтобы находил скучным ее рассказ. Правда, сейчас его почему-то стало клонить в сон.

Последние три ночи он не высыпался. Не давали заснуть мысли о Джемме и о том, как бы он хотел, чтобы она стала частью его жизни. И вот теперь она рядом с ним. И пусть этому не суждено продлиться долго, но это больше, чем он мог мечтать. Он с удовольствием слушал звук ее голоса и погружался в расслабляющую дремоту.

Когда Тристан проснулся, Джемма, искусно маневрируя, проходила очередной серпантин.

– Вы проснулись как раз вовремя. Мы начинаем спускаться в долину. Приготовьтесь, трасса здесь очень извилистая.

Дорога пролегала в зелени тропического леса среди возвышавшихся над ней огромных деревьев, пока не вывела в лощину. У Тристана захватило дух, когда он увидел скалистые отвесные стены гор, отливавшие красным в лучах восходящего солнца.

– Они великолепны, не правда ли? Ах, если бы вы видели их после сильного дождя, когда здесь образуются настоящие водопады!

Вскоре суровый пейзаж сменился мягкими линиями пастбищ, то тут то там усеянных черными и белыми точками пасущихся овец. Изредка попадались фермы.

– Как вы думаете, почему я еду так медленно?

– Потому что дорога узкая.

– Потому что здесь… Ой, вон они! Смотрите!

Параллельно дороге скакала стая кенгуру. Тристан пожалел, что не взял фотоаппарат и отключил смартфон.

– По утрам и вечерам надо быть очень осторожным, чтобы их не сбить, когда они переходят дорогу. Как вон тот, прямо перед нами.

Кенгуру перепрыгивали невысокую изгородь и перебирались на другую сторону дороги. Самый крупный из них остановился перед машиной и в упор уставился на них.

– Мне любопытно смотреть на него, а ему на меня. Вот теперь я действительно чувствую, что в Австралии.

– Я обещала вам кенгуру в дикой природе, и вот – пожалуйста.

А он ей ничего не мог обещать.

Показывая Тристану коттедж с тремя спальнями и всего одной ванной, Джемма не знала, что он может подумать об этом. Ведь он привык жить в королевском замке, великолепном, как и подобало дворцу в процветающем королевстве.

Поисковик выдал Джемме изображение шедевра средневековой архитектуры, расположенного вплотную к скале на берегу огромного озера, в котором отражались заснеженные вершины гор. Она не смогла найти фотографий внутренних покоев, занимаемых королевской семьей. Но даже если они хотя бы наполовину такие же пышные, как парадные помещения, значит, Тристан вырос в роскоши, которую она с трудом могла себе представить.

Кроме того, на другой стороне озера располагалась летняя резиденция, не говоря уже о королевских апартаментах в Париже и Флоренции.

Правда, ее это не смущало. Она гордилась бабушкиным домом, который они с кузенами продолжали так называть, хотя теперь в свидетельстве о собственности значились их имена.

Ей нравилось, что, по желанию дедушки, дом был построен так, чтобы максимально использовать потрясающие виды на горы, открывавшиеся во все стороны. Принцу он наверняка мог показаться очень скромным. Но Джемма никогда бы не устыдилась его.

Тристан стоял на широкой террасе, выходящей на восток, на отвесную стену горы, залитую утренним солнцем. Здесь их никто не мог увидеть ни с дороги, ни с соседних владений.

Обняв Джемму, Тристан потянул ее к себе, и она с радостью прильнула к нему. Больше никаких попыток делать вид, что они только друзья. Приглашая его на последний уик-энд в Австралии, она знала, к чему это приведет. И хотела этого.

Тристан долго смотрел перед собой, прежде чем заговорить.

– Этот древний пейзаж вызывает чувство благоговейного восторга. Как хорошо иметь возможность приезжать в такой милый дом и видеть его.

Она могла бы и догадаться, что он не станет воротить свой королевский нос от ее любимого коттеджа.