Cемейные узы не в счет - Кира Витковская

– Не так уж и много – всего-навсего Кристина и несколько лет неудавшегося брака. Причем Кристина появилась из-за нашей с тобой неосторожности, хотя, я, конечно, не жалею, что теперь у меня есть дочь. Она сильно смягчает те страдания, которые ты мне доставила.

– А ты стал жесток, Марк, – заметила Алина.

– Ты так думаешь? Что ж, наверное… – Марк пожал плечами и добавил: – Учителя хорошие были – быстро научили быть жестоким.

– Не можешь об этом не говорить?

– А о чем нам говорить? О музыке? О поэзии? О хорошей погоде?

– О нас, – сказала Алина, дотрагиваясь пальцами до ладони Марка.

– А нас, по-моему, нет, – ответил Марк холодно, никак не реагируя на прикосновение. – Есть ты и есть я. По отдельности. Мы вместе существовали раньше, только счастья это никому не принесло.

– Мне принесло. Я любила тебя. Было время, когда я с ума по тебе сходила!… А Миша… Это была моя глупость, порыв… он словно околдовал меня!

– Я не верю в колдовство и магию. У всего есть свое объяснение. Никакого колдовства не было. Ты сама хотела быть с Дягилевым, вот так…

– Пусть так! Но это была ошибка, Марк, ошибка! Ты сам никогда не ошибался?

– Ошибался, – спокойно сказал Марк. – Знаешь, какая у меня самая большая ошибка? Ты. Мне не следовало идти к тебе, когда Дягилев тебя беременную бросил. И не следовало подставлять плечо, чтобы ты, бедная-несчастная, выплакалась!

– Ты жалеешь, что признал Кристину?

– Уже сказал, что нет. Кристина моя дочь, и я ее люблю. Жалею лишь о том, что простил тебя когда-то.

– До сих пор на меня сердишься?

– Нет. Мне все равно, – Марк задумчиво посмотрел на ее красивое нежное лицо и поймал себя на том, что красота этого лица не будит в нем никаких чувств – не только прежней любви и теплоты, но даже злости или хотя бы презрения. Марк не испытывал к Алине больше ничего. А темно-карие глаза, устремленные сейчас на него, вызывали в памяти другие – светло-серые, с легким зеленым оттенком, поблескивающие искорками. Глаза Ксю. Родные и близкие, такие, что не забыть.

– Что ты так на меня смотришь? – спросила Алина.

– Думаю.

– И о чем?

– Ты красивая… очень… Но знаешь, как-то странно… ты меня совсем не привлекаешь… удивительно после когда-то таких сильных чувств к тебе… Признаться, пару лет назад я бы торжествовал, увидев тебя вот такой… А еще пару лет назад я бы даже не поверил, что буду думать, прощать ли тебя или нет!

– А кто сказал, что я прощу прощения? – в Алине заговорила гордость.

– А разве нет? – усмехнулся Марк. – Ты, как я понял, очень уж хотела встретиться со мной наедине, так старательно намекала… А встречи со мной, да еще наедине, дорого стоят… Знаешь ли, я теперь не тот, что раньше…

– Это я уже поняла, – вздохнула Алина. Она уже давно заметила перемену в Марке, и эта перемена интриговала молодую женщину. И если раньше Алина хотела сделать это ради себя самой. Флюиды мужской уверенности в себе, твердости и властности, исходящие от Марка, неодолимо притягивали ее, а оттенок легкого безразличия или холодности придавали Марку особый шарм. Хотелось растопить эту холодность и безразличие и вновь на себе испытать всю страсть Марковой любви. Но как это сделать – Алина не знала. Этот новый Марк – уверенный, насмешливый, немного жесткий – пожалуй, даже пугал ее. На него больше не действовали ее чары. «Как же я могла его упустить? – думала Алина. – Как не разглядела в нем этого обалденного мачо-пофигиста? Такой мужчина любил меня, а я не замечала…» – Теперь я вижу, что ты здорово изменился… в лучшую сторону. Жаль, что у нас все так вышло… Но ведь можно попытаться все исправить…

– Конечно, можно. Вопрос весь в том, нужно ли. Нужно ли пытаться исправить то, что исправлять бессмысленно? Я тебя не люблю, я тебе не верю…

– А ты попробуй! Ради Кристины… Миша никогда не заменит ей тебя, да он и не старается… Я разведусь с ним, чтобы больше никому не лгать… Я сделаю все, что будет от меня зависеть… – Алина с трудом перевела дыхание и, понизив голос, проговорила: – Прости меня, Марк… Я такой глупой была… ничего не понимала и не замечала… Жалко, что жизнь нельзя прожить заново…

– Да, жалко, – с готовностью согласился Марк, широко улыбнувшись. – Ой, сколько бы я в своей жизни поменял!

– Наверняка на мне бы не женился…

– Очень возможно. Однако, как ты говоришь? Ты никак научилась просить прощения?

– Прошу тебя, Марк, не издевайся!…

– Мне нравится слышать твои просьбы…

– И, как вижу, нравится держать меня в приковано-подвешенном состоянии…

– Ну, я тебя еще никуда не приковывал и не подвешивал, – усмехнулся Марк.

– В буквальном смысле, конечно, нет. Хотя лучше бы это было так…

– Речь идет о некоторых… пикантных фантазиях одной из тайных сторон человеческой жизни?

– Ну да, – Алина бросила на Марка заинтересованный и многообещающий взгляд. – К слову, я подобного не пробовала…

– В самом деле? Совсем?

– Да. Я побаиваюсь, уж не заржавела ли…

– А мой однокашничек что же? Не балует тебя спаленными развлечениями?

– Последнее время такого не наблюдалось. Но меня это не слишком расстраивает. Я больше не люблю его и не испытываю желания делить с ним постель. Зато я очень часто вспоминаю тебя…

– Меня? – удивился Марк.

– Да, тебя. Нам ведь есть что вспомнить? Мы все же были счастливы вместе, когда-то мы были замечательной парой…

– Это верно… – Марк мечтательно улыбнулся. – Счастливые моменты есть всегда…

– Ты умел быть романтичным… И всегда умел как-то по-особому обставить наши встречи. Мне следовало ценить это, а не покупаться на мишуру…

– Ты сделала свой выбор… А теперь моя очередь выбирать…

– И что ты выберешь? – Алина посмотрела на Марка с ожиданием.

– Еще подумаю, – ослепительно улыбнулся Марк.

– Хочешь продолжать думать здесь?

– А что – есть другие предложения? – спросил Марк, отмечая про себя, что Алина намерена идти до конца.

– Ну… – Алина обвела губы кончиком языка, – мы бы могли взять номер в гостинице, благо, что наш ресторан как раз в ней, и далеко никуда ходить не надо… Здесь становится шумно, не находишь?

– Нахожу, – согласился Марк. «Хитрый ход! – подумал он. – Дескать, здесь шумно, поэтому стоит уединиться наверху». – Что ж, идем.

Все происходящее воспринималось им как интересный эксперимент. Любопытно было вроде как вернуться на несколько лет назад, но при этом уже не испытывать прежних чувств. Судьба все же штука странная, каких только курьезов не сообразит. Кто бы мог подумать, что когда-нибудь Марк будет воспринимать любимую Алину как веселое приключение и назначит ей свидание шутки ради? И что соперник Марка Дягилев Михаил окажется в роли рогатого мужа, а сам Марк – в роли торжествующего любовника! И даже если Марк еще не стал любовником своей бывшей жены – все идет именно к этому. А что самое главное: Марк ничуть не рискует своими чувствами, поскольку Алина ему безразлична.