Красавица с характером - Шэрон Кендрик

– Не понимаю, к чему ты клонишь.

– Не прикидывайся. Хотя у тебя нет образования, зато есть острый ум, Эмбер. Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю. Зачем было разыгрывать передо мной опытную соблазнительницу? Нас влекло друг к другу, но мне нужен был только секс. Более того, мы обо всем договорились, как взрослые, отвечающие за свои поступки люди. И вдруг сюрприз – ты девственница! Впрочем, если подумать, что в этом удивительного? – коротко засмеялся он. – Богатая в прошлом женщина, которой теперь нечего предложить, кроме девственности, бросается в объятия старомодного мужчины, прекрасно осознавая последствия.

– Какие именно последствия?

Взгляд холодных глаз, казалось, проникал прямо в мозг.

– Не имеет значения. Во всяком случае, не сейчас, – сказал он, сжав губы. – Каким идиотом я был, когда затащил тебя в постель!

– Тогда сделай нам обоим одолжение и выметайся отсюда сию минуту.

Эмбер не ожидала, что он воспримет ее слова буквально, однако именно так и поступил. Нетерпеливо откинув простыню, он соскочил с кровати, как ужаленный. Однако вид прекрасного обнаженного тела совершенно заворожил Эмбер: она не могла отвести взгляд. Коннел остановился у окна. Его мощный силуэт эффектно вырисовывался на фоне звездного неба и сияющей луны. Эмбер думала только о том, как красиво бледные ягодицы сочетаются со смуглой спиной. Несколько минут назад его сильные ноги сплетались с ее ногами, и в его объятиях она чувствовала себя слабой и покорной.

Однако Коннел все испортил своими рассуждениями, представив так, словно она использовала девственность как инструмент торговли и хладнокровных манипуляций. Почему же, несмотря на несправедливые обвинения, она до сих пор желает его? Почему хочет чувствовать его губы на своих губах, его руки на своих бедрах, тяжелый вес его тела, прежде чем он глубоко входит в нее? Может быть, как ее мать, она из тех женщин, которых возбуждает жестокость?

Эмбер облизала сухие губы:

– Ты уходишь?

Ей будет легче перенести обиду, если он оставит ее.

Коннел повернулся к ней. Она заметила его эрекцию, но не подала виду. Впрочем, он прочитал что-то на ее лице, потому что скривил губы в холодной, жесткой улыбке.

– Да, я все еще хочу тебя, – заметил он с сожалением, – однако больше не совершу глупости, не поддамся соблазну.

Коннел быстро натянул на себя одежду и через минуту стоял перед ней в мятом вечернем костюме, в котором явился после приема.

– Иду спать. Утро вечера мудренее. Мне надо серьезно подумать, как действовать дальше. Завтрак подадут тебе в комнату, а после этого мы вернемся в Лондон на моей машине. Постарайся быть готовой к восьми часам.

– Я не поеду с тобой, – покачала головой Эмбер. – Меня устроит поезд, уеду, как приехала.

– Вопрос не подлежит обсуждению. Нам надо поговорить, но не сейчас и не в таком состоянии.

Коннел ушел, а Эмбер долго лежала, глядя в потолок широко открытыми глазами. Потом приняла душ, чтобы смыть его запах, но гораздо труднее оказалось изгнать его из памяти. Всю ночь она ворочалась с боку на бок, но не смогла заснуть. Она встала рано, убеждая себя, что не голодна, но ее организм считал иначе. С непривычным аппетитом Эмбер съела яйцо и тосты, запила грейпфрутовым соком. Когда она спустилась вниз, Коннел уже нетерпеливо ждал ее в машине с работающим двигателем. Не глядя на него, Эмбер уселась рядом. Всю дорогу до Лондона они обменивались лишь короткими репликами – это устраивало обоих. Эмбер глядела в окно и думала о том, какой красивой вчера казалась ей весенняя зелень. Сегодня все выглядело иначе, будто из яркого воздушного шарика выкачали воздух.

Коннел остановил машину у ее дома и выключил двигатель. Эмбер не удержалась от едкого замечания:

– Наконец-то я вернулась в свою квартиру. Пусть ненадолго, потому что мой суровый и мрачный хозяин скоро выставит меня на улицу.

– Именно об этом я хотел с тобой поговорить, – сказал Коннел, открывая дверь.

– Ты ведь не планируешь подняться ко мне?

– Нет, не планирую, – усмехнулся Коннел, – а решительно это сделаю. – Не смотри на меня с таким ужасом, Эмбер. Тебе не грозит изнасилование.

Как ни странно, его замечание не утешило Эмбер. Неужели один сексуальный эпизод убил в нем всякий интерес к ней? Мужчина, так страстно желавший ее вчера вечером, сегодня утром намеренно держал жесткую дистанцию.

Подождав, пока они войдут в квартиру, она повернулась к Коннелу. Под его глазами залегли темные круги. Неужели, как и она, он провел бессонную ночь?

– Каков же будет приговор?

Коннел сохранял полную серьезность.

– Думаю, нам следует пожениться, – глухо выговорил он.

Понимая, что слова Коннела похожи на безумие, Эмбер тем не менее почувствовала в душе всплеск надежды. Она представила веселый праздник с конфетти, кружевное платье, склоняющееся к ней красивое лицо…

– Серьезно?

– Да, – прищурил сапфировые глаза Коннел. – Не идеальное, но единственное приемлемое решение.

– Пожалуй, я присяду, – прошептала Эмбер, опускаясь в кожаное кресло под его проницательным взглядом.

Глупая надежда разом улетучилась, но ей хотелось сохранить хоть каплю достоинства.

– С чего ты взял, что я выйду за тебя замуж?

– Тебе не приходило в голову, что, лишив тебя невинности, я испытываю угрызения совести? На мне лежит ответственность за тебя…

– С какой стати…

– Ты не понимаешь, – резко перебил он. – Совершив это, я не оправдал ожиданий твоего отца. Его доверие слишком много значит для меня.

– Он не узнает. Никто не будет знать.

– Главное, я знаю, – мрачно заключил Коннел. – Единственный путь оправдать мой поступок – взять тебя в жены на какое-то время.

– Собираешься жениться на мне, чтобы облегчить совесть?! – возмутилась Эмбер.

– Не совсем. Для тебя в этом тоже есть преимущества.

Она открыла рот, понимая, что ей не стоит говорить то, что она собиралась сказать. Но почему нет? Разве он не видел ее обнаженной? Можно сказать, он проник в нее так глубоко, как никто другой. Она кричала от удовольствия под его ласками. Чего она теряет?

– Ты имеешь в виду секс?

Однако он покачал головой. Черные волосы блеснули как вороново крыло в бледном свете дня.

– Нет, – твердо сказал он. – Только не секс. Мне не нужны сложности. У нас будет фиктивный брак – короткая связь с известным окончанием.

Прикрыв глаза, Эмбер постаралась скрыть разочарование. Один короткий секс, и он готов отказаться от нее?

– Я не понимаю. – Она едва сдерживала обиду от столь откровенного пренебрежения.

Подойдя к окну, Коннел некоторое время смотрел вниз, прежде чем повернуться к ней.