Ночь решает все - Кейтлин Крюс

Вдали постепенно стихали звуки удаляющегося вертолета. Селеста до последнего ждала, что их с Рахимом путешествие отменится. По словам самого Рахима, для страны сейчас настали не лучшие времена, так что женщина была почти уверена в том, что у него могут появиться важные правительственные дела.

Теперь единственное, что она могла слышать, – звук ветра. Он шумел между яркими шатрами, разбитыми возле двух высоких песчаных дюн, морщил гладкую поверхность голубого бассейна, который казался миражом посреди пустыни.

Селеста была рада шуму ветра и веток на пальмах, потому что она была уверена, что иначе все вокруг слышали бы лишь стук отчаянно бьющегося сердца.

Рахим казался совершенно спокойным. Мужчина достал телефон и ответил на звонок. Одновременно он прошествовал к одному из шатров, так, словно ожидал, что она безмолвно последует за ним. Селеста же осталась там, где и стояла. Она подняла лицо к солнцу. Ей понравилось, как оно грело кожу, привлекало журчание воды в бассейне. И если бы они не оставили Лейлу на попечении нянь во дворце, она бы не тревожилась и чувствовала себя чудесно. К тому же ее не покидали мысли о том, чего именно Рахим пытался добиться от нее.

Когда Рахим в очередной раз за одним из совместных ужинов упомянул об их грядущем медовом месяце, Селеста предложила перенести его.

Тот ужин проходил вечером в интимной обстановке в столовой с видом на город. От близости Рахима у Селесты кружилась голова.

– Лейла подрастет и сможет спокойно провести ночь без меня.

Рахим казался спокойным и делал вид, что полностью поглощен едой. Но Селеста чувствовала, что это не так.

– Ты же поняла, что это не было приглашением, верно? – сказал он негромко. – Это был приказ.

– Очевидно, мне стоит напомнить, что я не вещь и не собираюсь беспрекословно выполнять все твои желания.

Рахим вдруг рассмеялся. Селеста была несколько озадачена такой реакцией. Его смех казался искренним.

– Ты действительно так думаешь?

Селеста старательно напустила на себя строгий вид. Словно она и та женщина, которая предавалась с ним бесчинствам прямо на столе, были двумя разными личностями.

– Рахим, я не твоя вещь.

– Ты – моя королева. – Их взгляды встретились, Селеста покраснела. – И ввиду того, что тебе хочется, чтобы все между нами было кристально ясно…

– А ты хотел, чтобы все было по-другому?

Глаза Рахима лучились смехом. Она чувствовала, что ей не удастся сбить его с толку. Теперь не оставалось сомнений, что он понимает ее без слов.

– К тому же мы не ограничимся лишь одной ночью. Кажется, я уже говорил, что мы проведем там две недели. Так тому и быть. – Когда же Селеста начала спорить, он только улыбался. – На твоем месте я бы смирился с неизбежным. Скажи, я хоть раз отступал от своих слов?

У Селесты перехватило дыхание, тем не менее она продолжила.

– Прикажешь мне заниматься с тобой сексом? – поинтересовалась она в убийственно вежливой манере. – В принудительном порядке?

– Как тебе будет угодно.

Селесте хотелось одновременно выцарапать ему глаза и наброситься.

– Селеста, тебе это нравится? Отдавать приказы днем и подчиняться ночью?

Рахим видел ее насквозь. Вслух же Селеста фыркнула:

– Только не от тебя.

Рахим лишь осклабился:

– Посмотрим. Думаю, ты уступишь мне уже через пару дней.

И вот теперь Селеста и Рахим находились вдали от цивилизации. Путешествие на вертолете отняло у них почти два часа. Уже через двадцать первых минут они пересекли границы города. Теперь на несколько километров вокруг не было ни души. Ничто и никто не могли помешать Рахиму окончательно свести ее с ума.

– Я отпустил почти весь персонал.

От неожиданности Селеста чуть было не подпрыгнула на месте. Оказывается, Рахим уже некоторое время наблюдал за ней в тени пальмы, облокотившись о шершавый ствол.

– Здесь только слуги и охрана, которая рассредоточена по периметру.

– Другими словами, охранники здесь для того, чтобы ты был уверен, что я не сбегу?

Рахим снова улыбнулся. Она почувствовала слабость в коленях.

– Они будут охранять тебя, что бы ни произошло. – Рахим улыбнулся одними глазами. – Но верно, они также позаботятся о том, чтобы ты вернулась в мои любящие объятия, если захочешь удалиться от оазиса. Пустыня порой бывает очень жестока.

– Как мило с твоей стороны. – Она едва сдерживала улыбку. – Есть ли кто-то, кто будет также внимателен ко мне, когда я буду купаться в бассейне? Может быть, я захочу утопиться, вместо того чтобы наслаждаться твоей компанией?

Его улыбка была плотоядной. Селеста почувствовала, что действительно попала в беду.

– Все зависит от того, в каком именно бассейне ты задумала утопиться. Если в этом, – он небрежно кивнул головой в сторону ближайшей лазурной воды, – это будет весьма проблематично. Понимаешь, глубина в нем не достигает колена. С таким же успехом ты можешь попробовать утопиться в бокале вина.

– Легко.

Рахим сделал шаг ей навстречу. Сегодня на нем были светло-песочные брюки и белоснежная рубашка. Даже в таком демократичном наряде он оставался настоящим королем. Какую бы одежду он ни носил, его окружал почти видимый ореол власти.

– Думаю, теперь, когда мы здесь, можно было бы объяснить цель нашего пребывания. Не так ли?

Рахим был слишком близко.

– Медовый месяц? Чего ты добиваешься?

Селеста едва стояла на ногах. Единственным ее желанием было броситься наутек. Но она знала, что лишь выдаст этим свое истинное желание.

– Скажи мне.

Селесте было действительно трудно смотреть в глаза Рахиму.

– Нет.

– Мне кажется, ты все понимаешь.

Рахим коснулся ее лица кончиками пальцев. Эта ласка сотрясла все ее тело.

– Понимаю, как сложно тебе будет это понять, но люди не всегда получают то, что хотят. С некоторыми это не происходит и вовсе. Это жизнь.

Рахим улыбнулся:

– Я всегда получаю то, что хочу.

Рахим снова улыбнулся, и все, что Селеста могла делать, – стоять и молча смотреть на него. Когда же он опустил руку и сделал шаг назад, она почувствовала себя брошенной. Она судорожно вздохнула, слабо осознавая, что все еще держится на ногах.

– Мне очень жаль, но у меня еще есть важные дела, – сказал Рахим. – Печальная правда состоит в том, что правитель никогда не может уйти в настоящий отпуск. Мы встретимся за ужином. Скоро придет Умит и покажет тебе твои покои.