Совсем другая история - Вера и Марина Воробей

– Люсь, у меня завтра самолет! Да, в три часа… Нет, ну мне ужасно жаль, что я не смогу с вами со всеми встретиться, чес-слово! – возбужденно щебетала Лу в трубку. – Но ты же знаешь, у нас билеты на руках… Люсь, ты извинись там за меня, хорошо? А конвертик мой вскройте и прочтите, пожалуйста, я разрешаю!

Черепашка слушала оживленную болтовню подруги и молча кивала. Конечно же, она выполнит просьбу Лу и расскажет одноклассникам про нее сама. Когда они соберутся у Игоря, как и договаривались, ровно через год после выпускного вечера, Луиза будет в это время бродить по Елисейским Полям, а может, пить кофе в уютном открытом ресторанчике на Монмартре, а может… Да мало ли что еще?

Черепашка достала из секретера альбом с фотографиями и отыскала последний снимок их класса. Вглядываясь в знакомые лица, она то хмурилась, то улыбалась, а потом и вовсе звонко расхохоталась, вспомнив что-то необыкновенно забавное. Годы, проведенные рядом с этими, такими разными ребятами, оставили в душе Черепашки добрый, ласковый след, несмотря ни на что. Несмотря на ссоры, на выяснение отношений, на споры и несправедливости, на короткие увлечения и горькие разлуки…

К назначенному часу в квартире Игоря Владимирова постепенно становилось все теснее. Народ активно подтягивался. Первой ласточкой стала как всегда пунктуальная Люся. Похорошевшая и постройневшая, она лучилась весельем и радостно поблескивала стеклами новых модных очков.

– А где Лу? – удивилась Снегирева, расставляя на столе в гостиной чашки для чая. – Я еще не отвыкла от вашей неразлучной парочки.

– А-а… – безнадежно махнула рукой Черепашка. – Лу неисправима. Она сейчас по Парижу рассекает, ну, там Лувр, Монмартр и тому подобное… Я потом расскажу, Галь.

Наконец все были в сборе. Каждого прибывшего встречали с бурным восторгом, веселыми воплями, крутили во все стороны, забрасывали вопросами.

– Ну давай, Игорек, тащи конверты, читать будем! – распорядился возмужавший и стильно одетый Фишкин.

Игорь положил на стол пачку белых запечатанных конвертов. Он стал вынимать наугад по одному из общей кучи, зачитывал фамилию, торжественно, под аплодисменты ребят разрезал их и выпускал на свободу чьи-то сбывшиеся мечты, чьи-то воздушные замки или откровенные фантазии.

– Катя Андреева, – провозгласил Игорь и сделал приглашающий жест, – прошу!

Каркуша взяла из его рук свою записку и прочла:

– «Наверное, мне повезло. Потому что у меня на самом деле есть мечта, к тому же абсолютно реальная. Конечно, она не сможет осуществиться за такой короткий срок, как год, но я знаю точно, что все будет так, как я хочу. Я вижу себя главным редактором нового супермодного журнала, например, такого, как „Вог“. Я собираюсь много учиться и потом еще больше работать, чтобы стать лучшим редактором лучшего журнала. Это моя цель в будущем. И она должна сбыться. Обязательно».

– Ну и?.. Что скажешь? – с интересом спросила Наумлинская, когда Каркуша умолкла.

– Скажу, что все пока идет по плану. Я учусь на журналистике, сессии сдаю на «отлично», так что… даже не знаю, что еще сказать, – пожала плечами Катя.

– А личная жизнь? – полюбопытствовал Фишкин.

– Пока я свободна, но для тебя, Фишка, я занята всегда, – съехидничала Каркуша.

– Да я вовсе и не покушаюсь на твою свободу, блин, уж и спросить нельзя! – смутился на секунду Вадим.

– Света Тополян, твоя очередь, – помахал очередной запиской Игорь.

Тополян приосанилась:

– Я написала, что хочу выйти замуж и иметь большой дом, сад и бассейн… и еще троих детей. Но это в будущем. А пока я учусь в институте бизнеса, изучаю логистику. С личной жизнью пока не определилась, хотя… есть предпосылки.

– Это что же за зверь такой – логистика? – удивился Юрка Ермолаев.

– Изучение продвижения товаров на мировом рынке и нахождение выгодных путей сбыта, – гордо отрапортовала Тополян.

– Значит, в торговлю подалась? – уточнила Снегирева.

– Ну, торговля – это слишком примитивно звучит, скорее в бизнес, – снисходительно поправила ее Светлана.

– Так, Люся Черепахина, давай докладывай, – продолжил перекличку Игорь.

– Я в медицинском, собираюсь стать офтальмологом, – сказала Черепашка и поправила указательным пальцем очки, – хотя год назад писала, что хотела быть хирургом. Но знаете, решила, что лучше буду помогать людям видеть, проблемы со зрением сейчас очень актуальны, к сожалению.

– Ух ты, клево! – восхитился Володя Надыкто. – Говорят, там жутко трудно учиться, правда?

– Учиться везде непросто, – наставительно ответила Люся, – и у меня еще не все однозначно. Я решила, что, если не поднимусь выше «троек», – из института уйду. Потому как быть плохим врачом считаю недопустимым.

– А на личном фронте как? – снова встрял неугомонный Фишкин.

– А вот на личном фронте как раз все в порядке. Мы с Климом уже полтора года вместе и расставаться не собираемся.

Следующим был Юрка Ермолаев. После вскрытия его конверта все узнали, что он, оказывается, мечтал о мореходном училище, тянуло его в океанские просторы. Но пока с океанами не сложилось, и он овладевает вполне сухопутной специальностью, которая называется автослесарь.

– Ермол, а мы и не знали, что ты такой романтик, блин! – растрогался его закадычный дружок Вадик Фишкин. – Никогда даже словом не обмолвился. Друг называется!

– Так мечта на то и мечта, чтобы ее хранить в тайне, а не трезвонить о ней на каждом углу! Это же только твое, сокровенное…

– Молодец, Юрка, все правильно говоришь, – подбодрила его Черепашка, – а океаны твои никуда не убегут, вон их сколько… Все еще сбудется, стопудово!

Потом всех удивила Зоя Колесниченко. Год назад она видела себя программистом, сидящим в огромном офисе и работающим над новейшими компьютерными технологиями… Этакой деловой женщиной, профессионалом высокого класса. Но вовремя поняла, что все это не ее. Подумала хорошенько и… Теперь Зоя – будущий ветеринар. Она с упоением поведала ребятам, что уже проходила практику в клинике для животных и ей даже доверили сделать укол больному коту. И что именно там она полностью ощутила себя на своем месте. А еще у нее есть настоящий друг и любимый человек в одном лице – Олег Милоградов, будущий врач-фтизиатр.