Совсем другая история - Вера и Марина Воробей

Галя и не думала сопротивляться, она чувствовала себя отвратительно.

– Ну так и есть, тридцать восемь и шесть! – Марина Николаевна строго посмотрела на дочь, будто та была виновата в своей болезни. – Небось бегаешь без головного убора, а еще ведь не лето.

Галина хотела сказать, что надевает на голову капюшон, но у нее не осталось никаких сил на бесполезные пререкания с мамой.

– Мам, дай мне водички, я купила какой-то порошок от гриппа, говорят, здорово помогает… – слабым голосом попросила она.

Порошок имел странное название «Терафлю» и, разведенный в воде, обладал неожиданно приятным лимонным вкусом. И хотя Галина терпеть не могла лимоны, выпила его с удовольствием. Глаза ее слипались, и последнее, о чем она успела подумать перед тем как заснуть, был не Игорь, а Валик. Она вспомнила, что так и не позвонила ему вчера после больницы.

Когда Галя открыла глаза, за окном уже были сумерки. Она прислушалась к себе, пытаясь определить, улучшилось ли ее состояние. Наконец решив, что ей действительно стало лучше, она сунула ноги в меховые тапки и, кутаясь в шерстяной плед, вышла на кухню.

– Тебе звонил Валентин, – сказала Марина Николаевна, нарезая овощи для витаминного салата. – Я так поняла, у него что-то важное.

Галя вышла в коридор и набрала номер Валика.

– Галь, это ты? – выкрикнула трубка знакомым взволнованным голосом.

– Да, привет. Что случилось? Мама сказала, у тебя какие-то новости? – Галине вдруг передалось волнение Валика, ее сердце сбилось с привычного ритма и сделало лишние удары.

– Галь, мне позвонил дядя Гриша. Он сказал, что разговаривал с лечащим врачом Игоря и что вопрос решился положительно, – торопливо выпалил Валик и замолчал.

– И что? Что значит «положительно»? Я… я не понимаю! Это очень расплывчато, – начала раздражаться Галя.

– Галь, это значит, что у них уже есть подходящая почка. Понимаешь? И еще это значит, что на завтра назначена операция, – терпеливо пояснил Валентин.

Галя потрясенно молчала. Завтра операция! Блин, в голове не укладывается! Нет, так не бывает! Вернее, бывает, но только в сказках!

– А его родители в курсе? И потом, как же деньги? – спохватилась Галина.

– Вот насчет бабла не знаю, но думаю, что там и по этой части порядок. Не парься, завтра все узнаем. А ты позвони его родителям, позондируй почву: как они, в курсе или нет? Если они не в теме, подготовь их к радостной вести, ну, ты сама знаешь, как надо. – Валик пытался говорить сдержанно, но Галя чувствовала в его голосе плохо скрываемую радость.

Как бы там ни было, а Валентин тоже переживал за Игоря и радовался теперь вместе с Галей. Она облегченно вздохнула, ведь неприязнь Валентина к Игорю очень огорчала ее.

Остаток дня девушка пролежала в постели, опекаемая Мариной Николаевной. Галя поделилась с ней чудесной новостью и теперь покорно сносила разнообразное мамино лечение, только бы к завтрашнему дню снова обрести силы и энергию. Галя терпеливо пила чай с лимоном и медом, каждый час полоскала горло настоем из трав, нюхала мелко нарезанный лук, вдыхала пары свежесваренной картошки, а перед сном даже безропотно выпила стакан горячего кипяченого молока с содой, что для нее уже само по себе было подвигом. Подавив легкую тошноту и отвращение – Галя с детства ненавидела кипяченое молоко, – она наконец крепко уснула. Завтра ее ждал трудный, безумно волнительный день. Чем он закончится, неизвестно никому, но Галя твердо знала одно: она должна быть рядом с Игорем, чтобы первой улыбнуться ему, когда он придет в себя после наркоза.