Полузабытое искушение - Джессика Леммон

Картошка фри с соусом в бургерной студенческих времен была просто восхитительной. Откусив от сочного гамбургера с курицей и сыром, она едва не застонала от восторга.

– Если я съем еще кусок, то просто лопну! – Она взяла салфетку и вытерла рот.

– Хватит есть картошку, Дуглас!

Было забавно смотреть, как она с аппетитом ест. Флинн уже живо представлял, что сделает с ней, как только они попадут домой, а для этого нужно, чтобы она не наелась до смерти сегодня вечером. Он взял ее тарелку себе и доел картошку.

Когда они вышли из бургерной, на улице моросил мелкий дождь, переходящий в мокрый снег, – типичный февральский день в Сиэтле. Сабрина обхватила себя руками и прижалась крепче к Флинну, а он крепко обнял ее в ответ. В этом не было ничего необычного, он всегда защищал ее и заботился о ней. Но вот желание доставить ей удовольствие на физическом уровне – да, это было для него внове. Черт, все было по-другому!

У него было много подружек, к тому же он был женат, он хорошо знал, как могут развиваться отношения. Но то, что происходило между ними, было не похоже ни на что на свете. Сабрина была его лучшим другом, и в то же время они фантастически подходили друг другу в постели. Разница состояла в том, что ему не нужно было узнавать Сабрину, он уже и так хорошо знал ее.

Он помнил, что она любит арахисовое масло и ненавидит оливки, знал, что она была безумно влюблена в Крейга, который разбил ей сердце. И как бы она ни старалась это скрыть, ей потребовался не один месяц, чтобы прийти в себя после разрыва. А теперь Флинн знал, что у нее чувствительные соски, а спит она чуть приоткрыв рот. Сабрина что-то бормотала во сне и прижималась к нему всем телом.

– Почему ты улыбаешься? Тебе смешно, что я замерзла? – спросила она.

– Я улыбаюсь вовсе не поэтому. Хочешь вернуться домой и посмотреть фильм? Или порисовать?

– Я пыталась порисовать, но ничего не получается.

– Как я должен разместить твой шедевр над камином, если ты не собираешься создавать его для меня?

– Я давно не рисовала, – призналась она.

Они подошли к его машине, и Флинн открыл перед ней дверь.

– Ты не можешь вечно откладывать это. – Он завел мотор машины.

– И это говорит мне человек, который, кажется, должен отдыхать.

– Отдыхать – скучно.

– Ты проводишь большую часть дня за компьютером. Чем ты занимаешься?

Он целыми днями писал новый бизнес-план, который бы сочетал в себе его идеи и методы отца. Флинн еще не до конца ясно представлял себе, как объединить две концепции, но он что-нибудь придумает.

– Пишу для душевного спокойствия.

– Дневник? – Ее глаза округлились от удивления.

– Что-то вроде этого. А почему ты все-таки не рисуешь? Ты же сама сказала, что хочешь заняться творчеством, пока отдыхаешь.

Флинн был готов снова стать тем человеком, которым был когда-то, но он хотел, чтобы и Сабрина стала прежней. Она была уверенной в себе, знала, чего хочет от жизни. Время от времени он видел в ней проблески прежней уверенности и надеялся, что, вернувшись к рисованию, она сможет обрести утраченную силу.

Сабрина уговорила Флинна сделать их любимые алкогольные шоты. Перекусив в бургерной, они зашли в супермаркет и купили все необходимое для клубничных и лаймовых напитков.

Флинн, извинившись, отлучился в ванную, а Сабрина тем временем протерла стол и барную стойку влажной губкой. Она взяла в руки его телефон, когда вытирала стол, и в эту самую минуту телефон завибрировал. Взглянув на экран, она увидела, что это было сообщение от Вероники. Краем глаза Сабрина заметила на экране слова «извини» и «ошибка». Она быстро положила телефон на стол экраном вниз. Сабрина смотрела на мобильный телефон Флинна, словно перед ней была живая кобра.

Флинн вернулся на кухню и открыл банку пива. Сабрина как раз закончила уборку и ждала, что Флинн будет искать свой телефон, но нет, казалось, он забыл про его существование.