Джентльменов нет - и привет Джону Фаулзу! - Ирина Степановская

– Мама! Сашка все слышит! – сделала большие глаза Лиза. – Ты потом удивляешься, что он повторяет как попугай!

– Он сейчас ничего не понимает! Он уже спит!

Действительно, голова у Саши склонилась набок, щеки под действием лекарства немного побледнели, и он стал ровнее дышать.

– Давай отнесу его в постель! Я хотела еще сегодня позаниматься... Кстати, у меня вышла новая статья!

Лиза достала из сумки журнал и положила на стол. Осторожно взяла у матери сына и понесла его в маленькую комнату. Вслед ей донеслось материно ворчание:

– Теперь попробуй-ка заниматься, когда ребенок на шее! Не слушаешь ни черта! А мать лучше понимает жизнь! Мужа теперь тебе надо нового искать! С деньгами, с положением! Кому ты нужна, звезда журналистики! Много воображаешь о себе! «Вышла статья!» – Мать небрежно отодвинула журнал подальше. – Кто их читает, твои статьи? Такие же полоумные кошки?

Лиза слушала, раздевая Сашку и укладывая его в постель. Только бы сдержаться! Не заплакать и не заорать!

– Налить тебе еще чаю? – спросила она, вернувшись в кухню. – Давай с лимоном?

– Оставь лимон в покое, – отрезала мать. – Сядь и поговорим! Скажи мне серьезно, что ты собираешься делать? Долго еще будешь прозябать в этой конуре? Почему не вернешься домой?

«Потому что того дома, что был раньше, нет, – ответила себе Лиза. – Осталась просто квартира, где ты живешь, мама. Я не вернусь туда даже под пыткой».

– Пока я собираюсь жить здесь. Дальше будет видно, – сделав наивные глаза, сказала она вслух.

– Тогда ты никогда не выйдешь замуж, – прихлебнула из чашки мать. – Имей в виду, ты теперь не такая уж завидная невеста. Это раньше ты была или молоденькой девчонкой от мамы с папой, или молоденькой супругой состоятельного человека. Теперь ты не первой молодости, с ребенком, без квартиры, без отца... Конечно, у тебя останется кое-что после моей смерти...

– Мама!

– Дай мне сказать! Квартира записана на тебя! Но я же все-таки еще не завтра умру!

– Поверь, я совсем не думаю о квартире! Мне хорошо и здесь! Вот только Сашка бы не болел! Мне нравится моя работа и...

– Опять работа! Ребенка надо воспитывать, иначе он вырастет хулиганом! Когда ты родилась, я оставила работу и всю жизнь посвятила тебе!

«Может быть, поэтому я и была такой дурочкой, пока не повзрослела!» – подумала Лиза и выплеснула в раковину остывший чай.

– Хочешь печенье, мама?

– Не перебивай! Послушай меня наконец! Ты должна серьезно задуматься о своей жизни!

– Мама, я больше не хочу выходить замуж!

– Вот глупая! Почему?

– Ну, потому, что после того как это попробуешь пару раз, становится так скучно! Одно и то же! Одно и то же! Я хочу быть сама себе хозяйкой!

– Так у всех одно и то же! На этом держится мир, семья! Женщине одной без мужчины оч-ч-чень трудно! Через несколько лет ты вспомнишь мои слова! А время уже уйдет!

– Ну как ты не понимаешь, мама? Все сначала влюбляются, женятся, думают, что вот уж они-то и будут самыми счастливыми людьми на свете! А потом... То одно, то другое... Какие-то мелкие обманы, недомолвки, недостаток внимания, денег, мелочные интересы... И исчезает любовь. Поверь, когда я выходила замуж, то оба раза была искренна в своих чувствах. Мне оба раза казалось, что я любима, люблю, что я умна настолько, чтобы сделать свою жизнь лучше, чем у других, что все будет замечательно! И оба раза я ошибалась. Обстоятельства жизни оказываются сильнее. Усилий одного человека для их преодоления недостаточно. Надо, чтобы в одном направлении работали двое. А я в обоих случаях старалась одна. Зато поняла, – Лиза улыбнулась, – что счастье в семейной жизни – явление исключительно редкое.

– Однако мы с твоим отцом двадцать лет шли в одном направлении, – гордо сказала мать.

– Тебе это казалось, мама. Ты просто терпела отца и плелась за ним, не желая ничего менять в своей жизни.

– Конечно, я приспосабливалась. Ну и что? В этом и заключается женская мудрость.

– Я помню, мама, вы не разговаривали с отцом неделями.

– Между нами и так все было ясно.

– Жаль, что вы не состаритесь вместе и не умрете в один день. Тогда твой брачный опыт был бы действительно завершенным.

– Еще неизвестно, – обидчиво поджала губы мать. – Ты всегда найдешь что приятного сказать напоследок.

– Уже поздно! Неужели ты собираешься домой?

В Лизе боролись два чувства. Конечно, ей хотелось остаться одной, но и отпускать мать в такую темноту было страшно.

– Поймаю машину. Славу Богу, твой отец все-таки дает мне иногда деньги. Не может же он бросить меня на произвол судьбы после двадцати лет совместной жизни? Кстати, в этом еще один плюс длительного брака, даже если он и заканчивается разводом...

– Браки, разводы, как это стало мне скучно... – Лиза не кривила душой. – Мне надоело подстраиваться к мужчинам!

– Скучно, когда это у других или в кино, – заметила мать. – Но когда это все твое собственное, когда ты привыкаешь к мужу, как будто он – твоя рука или нога, когда ты чувствуешь себя с ним одним целым, и вдруг это родное уходит от тебя и рушится твоя жизнь – вот тогда это уже не скучно. От этого можно умереть!

«Двадцать лет! Это как с ребенком, пока он не вырастет. А когда вырастет – он уходит... Кошмар!» Лиза почувствовала к матери жалость.

– Оставайся у меня ночевать. Мы можем спать с тобой вдвоем на диване.

«Но завтрашнее утро тогда пропадет тоже!» – сама собой вползла в ее голову предательская мысль.

– Что ж, похвально! Не выгоняешь мать ночью на улицу! Тогда стели! – Мать встала из-за стола и подняла остатки банановой кожуры, которые незаметно уронил на пол Сашка. Одновременно с этим раздался робкий звонок в дверь.

– Незапланированный визит любовника? – Мать разогнулась и с подозрением посмотрела на Лизу. – У тебя кто-то есть?

– Никого у меня нет. – У Лизы временами еще проскальзывала детская манера оправдываться перед матерью. – Сейчас пойду посмотрю, кто там.

– Может, это воры? Не открывай!

Мать часто действовала на нее угнетающе. Лиза на цыпочках подошла к двери.

– Кто там? – негромко спросила она.

– Это я, дочурка! – раздался из-за двери баритон отца. – Я деньги забыл тебе отдать!

– Не надо было возвращаться! Плохая примета! – Лиза открыла.

– О! Я тогда поеду с отцом! – Несмотря на головокружение, мать шустро выскочила в коридор и стала быстро надевать сапоги. – Надеюсь, подбросишь меня до дома?

По округлившимся глазам вошедшего в коридор отца Лиза поняла, что тот нарочно выдерживал время, полагая, что бывшая жена к этому часу уже уйдет. Он отдал Лизе несколько зеленоватых купюр и намеревался ретироваться.