Женщина из прошлого - Диана Машкова

– Какие секреты, – Фадеев махнул рукой, – эти секреты стары как мир!

– И все-таки.

– Помните, – Михаил Вячеславович наконец оживился, – как говорил Ильюшин?

– Как? – Ларин сделал вид, что ему страшно интересны разглагольствования пожилого пилота о давно почившем конструкторе.

– Он говорил, что создать трудоспособный коллектив единомышленников и энтузиастов гораздо труднее, чем построить самый хороший самолет! Улавливаете?

– Улавливаю, – согласился Ларин, с неудовольствием заметив, что Фадеев радостно сел на любимого конька. Похоже, забыл о своих печалях.

– Коллектив – это все! – Фадеев откинулся на спинку кресла. – А начинается он с личного примера руководителя.

– Понятно. – Ларин кивнул, все еще думая о Даше.

– Вот вы, братец, как к своим подчиненным относитесь?

– Как к стаду баранов, – пробормотал раздраженный Максим.

– Зря, – отрезал Михаил Вячеславович, – они и к вашим пассажирам так же относиться будут. Это же замкнутый круг: обиженный сотрудник срывает зло на клиенте. А радость пассажиру приносит только довольный сотрудник.

– Бред какой, – мотнул головой Ларин, помимо воли втягиваясь в разговор, – есть дисциплина, должностные инструкции. Какие могут быть радости или обиды?!

– Все правильно. Но человек – не машина, – Фадеев вздохнул, – хотите вы или нет, а он чувствует.

– И что? Какое отношение это имеет к работе?

– Прямое. – Михаил Вячеславович улыбнулся. – Смотрите, парк у нас с вами сопоставимый, направления полетов пересекаются, должностные инструкции и технологии, думаю, тоже похожие. Но мы пошли в гору, а вы нет. Почему?

– Я и хотел вас об этом спросить! – взорвался Ларин.

– Отвечаю, – Фадеев глотнул воды, – дело в эмоциях. По сути, мы с вами как две стороны одной и той же медали. Но что за сторона – определяет отношение людей к своей работе и выбор каждого человека.

– Подождите, – Максим посмотрел Фадееву в глаза, – а как быть, если выбора нет?!

– Выбор всегда есть, – возразил Михаил Вячеславович.

– Глупости! – Ларин подумал о вчерашнем разговоре с Виталием. – Бывают обстоятельства, перед которыми человек бессилен. Решает не он – ему остается только смириться.

– Ладно, – улыбнулся Фадеев, прекращая спор, – у каждого – вера своя. А будет минутка, перечитайте известную «памятку руководителю» Сергея Ильюшина. Там все написано.

Ларин понятия не имел о каких-то там памятках. Кроме того, Ильюшин создавал самолеты, а не психологией менеджмента занимался. Машины у него были надежные, это правда, но на сегодняшний день они безвозвратно устарели: за последние двадцать лет авиапромышленность в России скатилась в пропасть. Ему ли не знать.

– Как-то я подробностей не припомню. Давно читал, – соврал он.

– Такие вещи надо над кроватью в рамке вешать и учить наизусть! Целое поколение авиаторов на них выросло.

– Видимо, я в него не попал, – притворно пожалел Ларин.

– Вы моложе, – простил Фадеев, – и в вузе другом учились. А суть вот в чем: подчиненным надо подавать личный пример, любить свое дело, быть честным, держать дисциплину. Да много чего еще! Вы почитайте.

– Обязательно.

– Ладно, – Михаил Вячеславович взглянул на часы, – мне пора!

– Подождите, – Ларин испугался, что Фадеев уйдет, так и не раскрыв никакой информации, – вы считаете, во всем виноват менеджмент? Рыба гниет с головы?

– Во всяком случае, – Фадеев мотнул головой, – систему можно перестроить, только начав с руководства.

– Вы это Виталику скажите, – пробубнил Максим себе под нос.

– Что?

– Я говорю, – вслух произнес Ларин, – спасибо вам за консультацию.

– Не жалко, мы за здоровую конкуренцию!

Михаил Вячеславович улыбнулся, а взбешенному Ларину не оставалось ничего другого, как скалиться с ним за компанию. Вот так – поднял человеку настроение за собственный счет! Так приятно было видеть великого Фадеева в растерянности и прострации. А теперь смотреть противно, опять ожил, старый гриб.

– Вы меня простите, – Ларин вкрадчивым голосом протиснулся в фадеевское благорасположение, – что-то вид у вас был сегодня расстроенный. Что-то случилось?

– Заметно? – Фадеев поник.

– Если откровенно, – Ларин кивнул, – есть немного. Вы скажите, если могу чем-то помочь…

– Спасибо, у меня все в порядке.

Ларин выдержал паузу и, пользуясь смятением Фадеева, продолжил сочувственно:

– Выглядите вы усталым. Надо беречь себя, Михаил Вячеславович! На вас, можно сказать, огромная компания держится. А вы, наверное, переутомляетесь, не отдыхаете.

– Слава богу, не на мне одном, – задумчиво произнес Фадеев, – да и работа тут ни при чем. Просто встретил человека из прошлого.

– Женщина? – седьмым чувством угадал Ларин.

– Все-то вам известно, Максим Леонидович, – усмехнулся Фадеев и тут же встал из-за стола, давая понять, что разговор окончен.

– Михаил Вячеславович, – Максим вскочил вслед за ним, – огромное вам спасибо!

– За что?

– За то, что выслушали и посоветовали. Честно говоря, не ожидал, что у нас разговор такой хороший получится.

– Почему? – Михаил Вячеславович смотрел мимо Ларина, – мы же коллеги. Цель-то одна: чтобы авиация России процветала.

– Точно, – кивнул Ларин, про себя обругав Фадеева мухомором советской закалки. – А вы надолго в Таиланде задержитесь?

– Не знаю, – Фадеев пожал плечами, – ситуация пока нестабильная.

– Если не возражаете, может, поужинаем как-нибудь вместе? Поговорим.

– Можно, – Фадеев снова ушел в свои мысли.

– Вы в какой гостинице остановились?

– Как всегда, в экипажной. Mariotte.

– В Бангкоке? Отлично! Тогда договорились.

– Договорились.

Фадеев торопливо взглянул на часы и протянул Ларину для пожатия руку. Они попрощались. Михаил Вячеславович, погруженный в собственные мысли, побрел обратно, в аэропорт. А Ларин медленно опустился на свое место и махнул официантке, чтобы принесла меню. После такого ужасного утра оставалось только напиться.