Дни под солнцем - Анна Клири

Замешательство — вот что чувствовала Пиа. Неужели она сама фактически предложила Валентино легкую интрижку без всяких обязательств? Неужели позволила своему влечению к этому мужчине одержать верх над разумом?

С другой стороны, что плохого в том, чтобы немного пощекотать себе нервы? Она так давно не испытывала простых человеческих чувств! Почему бы не позволить себе снова стать женщиной? Почему она не может позволить себе страсть?

«Потому, — прошептал внутренний голос, — что ты рискуешь влюбиться в Валентино Сильвестри».

«Ну, до этого еще далеко», — возразила сама себе Пиа и решительно тряхнула волосами.

Да, ее сердце начинает биться сильнее от каждого брошенного на нее взгляда Валентино, но ведь это нормально. Любая женщина, очутись она рядом с таким красавцем, испытывала бы подобные чувства. И вообще, приятно ощущать рядом с собой мужское присутствие.

Так что Пиа решила не зацикливаться ни на чем и предоставить всему идти своим чередом.

Возле магазина они приостановились, чтобы испробовать сладости, которые купила Пиа.

Валентино съел свою порцию и с лукавым выражением в глазах взглянул на Пию:

— А что, если свободная птаха решит — она упускает что-то в своей жизни? Что-то хорошее.

— Например?..

— Статус. То, чем она владеет. — Его губы приподнялись в улыбке. — Дети, наконец.

Пиа едва не поперхнулась:

— Ты шутишь? Дети.

— Ты ведь встречалась с моей тетей. Таких, как моя тетя, девяносто пять процентов в городе. Они с ума сходят по детям и не успокоятся, пока не заведут своих. Почему Пиа Ренферн должна быть другой?

— Ну хорошо, — уступила Пиа. — Под статусом ты подразумеваешь мужа, я права?

— Ну разумеется.

— Ответ прост, — пожала плечами Пиа. — Я принадлежу к тем женщинам, которые считают это необязательным в современной жизни, ведь можно жить с мужчиной и не состоять с ним в браке. В этом нет ничего предосудительного, пусть живут так хоть всю жизнь! Это личное дело каждого человека. А в случае детей… Я намереваюсь их когда-нибудь родить, но считаю — у меня еще полно времени, чтобы стать матерью.

— Но разве тогда не обязательно сначала заиметь мужа?

— Нет, совсем не обязательно! — усмехнулась Пиа.

Валентино выглядел ошарашенным. Неужели он впервые слышит от женщины такое? Впрочем, принимая во внимание, что девяносто пять процентов женщин Позитано, а может, и всей Италии считают, что сначала должен появиться муж, а затем дети, в этом нет ничего удивительного.

При виде его лица Пиа не смогла удержаться от смеха:

— Да, хорошо еще, тебя не слышит Лорен.

— Да, Лорен, — вспомнил Валентино. Его лоб прорезала озабоченная морщина. — Тебе известно, как она оказалась связана с теми людьми?

Пиа умолкла и серьезно взглянула на него:

— Что ты имеешь в виду? А, ту пару, — поняла она. — Ну, они друзья. — И Пиа пожала плечами. — У Лолы есть галерея, а Лорен просто помешана на искусстве. Я не уверена, но мне кажется — возможно, работа на телевидении у нее появилась благодаря знакомству с мужем Лолы Джанкарло. — Пиа присмотрелась к Валентино внимательнее и нахмурилась. — Почему ты спрашиваешь? Что с ними не так?

— Просто хотелось бы знать, насколько ты доверяешь своей кузине.

— Валентино! — Пиа недоверчиво уставилась на него. — Что за вопросы ты задаешь? На что намекаешь?

— Я просто хочу сказать… Эти люди не в ладах с законом, и твоей кузине надо бы быть осторожнее с ними, — понизив голос, сказал Валентино.

Пиа смотрела на него как громом пораженная:

— Почему?

— Просто можешь поверить мне на слово. И сама не связывайся с ними. Это ради тебя же самой.

С этими словами Валентино резко повернулся и зашагал прочь.

Пиа просто стояла и непонимающе смотрела ему вслед с гулко бьющимся сердцем в груди.

Как прикажете это понимать?

Через некоторое время, придя в себя, Пиа двинулась обратно к квартире, пытаясь понять поведение Валентино.

Опять что-то пошло не так. Валентино обещал ей райскую жизнь — и ушел. А она-то уже начала мечтать о новом романе, о новом любовнике. О том, чтобы начать новую страницу в своей жизни! И вот пожалуйста! И опять все случилось тогда, когда всплывали имена Лорен и ее друзей. Как это понимать? При чем тут ее кузина и совершенно неизвестные Пии люди? Но, как бы то ни было, эти люди влияли на настроение Валентино Сильвестри.

Вернувшись домой, Пиа вытащила блокнот, чтобы поработать над набросками, но поняла — она не может сконцентрироваться, все время возвращаясь к мыслям о перепадах настроения Валентино.

Что Валентино имеет против ее кузины? По мнению Пии, Лорен отличали дружелюбие, смелость, профессионализм. Что касается Лолы и Джанкарло Фиорелло, то можно подумать, они злодеи. По крайней мере, Валентино намекал именно на это. Но если так, то Лорен не стала бы иметь с ними ничего общего! Может быть, у Сильвестри какие-то старые счеты с семейством Фиорелло?

Пиа все-таки решила закончить портрет, чтобы не забивать себе голову вещами, которых она не понимала. Жаль, у нее нет фотографии Валентино, приходилось полагаться только на свою память.

Через некоторое время ей почти удалось думать только о работе. Приятно было сознавать — не все потеряно и прежние навыки к ней однажды полностью вернутся. По крайней мере, как бы у них ни сложилось с Валентино, у нее есть что-то свое, на что она может полагаться. Никто и ничто не сможет отнять у нее ее дар — в этом она теперь была твердо убеждена.